всего рода отправлял Степан. Но, по правде говоря, и я дарил что-то нечасто, предпочитая перекидывать «подарок» на банковскую карту.
Даже неловко стало от такой заботы. Но открывать подарки я не стал — оставлю распаковку коробок на вечер.
Сегодня у меня особое дело, ради которого я даже первую пару пропущу. И имя моему делу — Богдан Станиславович, тот самый маститый зельевар и по совместительству — рецептурный кидала.
Забавно, что вчера Даша позвонила в Новосибирский Государственный Университет, якобы записаться на лекцию, и узнала, что мужчина не свалил из города, ухватив куш, и даже не попытался оборвать все связи, растворившись на просторных улочках города. Он продолжает спокойно вести занятия в лаборатории НГУ, и даже свое расписание не изменил. Слабоумие, или отвага?
Я подошел к стеклянным дверям университета, но заходить не стал — посмотрел внутрь, на пожилого охранника, сидящего за мониторами. Легкое воздействие на разум, и тот клюет носом, не глядя в камеры.
Иду в обход здания — информацию по планировке почерпнул у Даши. Без всякой иллюзии подхожу к окну пустого лекционного зала, вызываю гоблина в паре шагов от себя, и тот открывает мне окно изнутри.
Дверь аудитории была открыта, так что отмычки не понадобились. Вот только когда я потянулся к ручке, дверь потянули с той стороны. Мужчина в очках и со стопкой книг в руках недоуменно нахмурился:
— Что вы здесь делаете?
— Ищу Богдана Станиславовича. — сказал я спокойно, но мужчина недоуменно нахмурился. — Арохнина, зельевара. Мне сказали, у него лекция…
— Дальше по коридору, аудитория сто двенадцать, — перебил меня мужчина и, не оглядываясь, поспешил к кафедре. — И будьте добры, не лазайте больше по пустым аудиториям.
У дверей нужной аудитории собралась группа студентов. Не так хорошо, как могло быть, но главное, что преподаватель здесь.
Я дождался звонка, а потом из аудитории повалили люди. Преподавателя я пока не видел, потому спокойно стоял рядом с дверью. Щуплый, но шустрый паренек рядом со мной попытался было пройти «против течения», но тут уже я придерживаю его за локоть:
— Может, сперва людей выпустим?
Тот растерянно заморгал и шагнул назад.
Седовласый мужчина — один в один лектор из воспоминаний Дарьи, собрал бумаги в стильного вида портфель и направился к двери, готовясь выйти за студентами. Только вот первым в аудиторию зашел я, и сходу активировал подготовленные иллюзии. Теперь меня и преподавателя не смогут ни увидеть, ни услышать, пока я эту иллюзию не сниму — студентам видится, что мы стоим у стены и беседуем о погоде.
— Здравствуйте, Борис Станиславович. — Вежливо поздоровался я.
— Я вас знаю? — хмуро зыркнул на меня мужчина из-под кустистых бровей. — Что вам нужно?
На приветствия лектор не разменивался. Значит, и я могу опустить вежливость.
— Я Айдар из рода Алмазовых. Вы присвоили себе рецепт зелья, которое сварила моя хорошая знакомая.
Причина моего интереса зельевара ничуть не обрадовала: мужчина скривился и пошагал к двери, больше не обращая на меня внимания. Интересно, такой подход решения проблем срабатывает с кем-нибудь, кроме девушек-секретарей?
Когда мужчина проходил рядом, я схватил его за руку, завел ее за спину и поставил подножку. Бедолага не успел понять, что не так, как впечатался носом в пол. Раздался тихий хруст, а потом — громкий крик.
— Помогите! — завопил мужчина. — Эй!
Студенты спокойно проходили мимо, не видя нас, но обходя область, где лежал зельевар, придавленный моим коленом.
— Не нужно громких звуков, — заломил я руку чуть сильнее.
— Она… она сама подписала отказ… — пропыхтел мужчина, сдерживая крик.
— Борис Станиславович, даже если бы договор действительно был подписан ею, это ничего не значит, — снисходительно принялся объяснять я, одновременно читая воспоминания этого человека. — Это же рецепт уникального и совсем небесполезного зелья, в перспективе он стоит ошеломляющих денег. Когда речь заходит о таких суммах, для большинства людей теряют силу не только поставленные подписи, но и родственные связи, а на первый план выходят деньги, огромные деньги. Я пришел бы к вам, даже если бы Дарья заключила сделку, а потом перечитала договор на свежую голову и решила, что она ее не устраивает.
Воспоминания мелькали в моих руках быстрыми картинами. В целом зельевар жил спокойной жизнью, позволяя себе интим со студентками, но когда я прошелся по его связям, стал внимательнее — членство этого человека в клане московских зельеваров для меня стало полнейшей неожиданностью. Так вот почему он может позволить себе смотреть на окружающих, как на пыль. Так-так…
Я прошелся по новым ассоциативным цепочкам, а потом — задумался. Если раньше я хотел прийти, заставить его подписать кучу документов, передавая право обладания рецептом Дарье и заставить его учить девушку сверхурочно и бесплатно, то теперь мои мысли изменились.
Жадина присвоил рецепт потому, что в отличие от меня и секретарши, понял его истинную ценность и знал людей, которые примутся его продавать. С его связями этот рецепт будет приносить раза в три больше, чем он принес бы нам: зельевар надеялся через полгода выйти на сумму в три-четыре миллиона пассивного дохода в месяц. Без него мы столько не получим, и не потому, что не знаем нужных людей — просто нужные люди не знают нас.
Значит, меняем схему. Пусть работает, продвигает продукт. Закладку в его разум я уже поставил — кроме того, что я смогу проникнуть в его внутренний мир за секунду, если он будет находиться в зоне видимости, теперь мужчина будет раз в неделю сбрасывать на мой номер СМС со своим местонахождением, удалять отправленное сообщение и забывать о нем.
Если с мозгом зельевара не поиграется менталист, отыскивая посторонние закладки, буду диктовать ему рецепты зелий из будущего. Через месяц-другой и начну, если проверки у менталиста не будет, или специалист попадется неопытный и не увидит моих художеств.
Кроме всего вышеописанного я скопировал в свой разум все его воспоминания по зельеварению — начиная от средства, выводящего прыщи, и заканчивая собственными набросками и заметками. Скопирую воспоминания Даше, пусть по вечерам разбирает эту гору.
* * *
Разобравшись с преподом, посетил Академию, выслушал вялые поздравления, закинул в кольцо четыре подарка, а после пар решил сделать себе подарок сам.
Сегодня особенный день. Дата, когда я верну Липовым сторицей то, что они недавно сделали с нами. Решили ударить по кошельку, убрать кузню? Я уничтожу их кошельки. Ударю по их доходам так, что даже
