у вас правда преподают руны? И их правда преподает несовершеннолетний пацан? И что, чему-нибудь полезному обучились?
Веселый Ганнибал Лектер:
— Ты всерьез спрашиваешь, или так, людей раскочегарить? Да, у нас преподает студент, и да, мы обучились полезному.
Негативчик:
— Неужели вы еще не поняли, что руны — всё? Посмотрите на рынок, на hh.ru, на другие сайты с вакансиями! Там гроздьями висят резюме новичков, отличных специалистов, выпускников лучших ВУЗов! Где предложения по их найму? Посмотрите на тех, кто ходит на курсы Айдара. Они учатся уже вторую неделю, бешенный срок, и где результаты? Где восторженные работодатели, готовые кидать стопки шекелей к ногам этих специалистов? Где толпы людей, готовые взять любого из трех (!) иллюзионистов, обученных Алмазовым?
Руны уже мертвы, иллюзии мертвы! Вы не успели вкатиться в этот бизнес, места давно заняты опытными специалистами! Обновлять печати за тысячу в день — это ваш максимум. Конечно, вы можете сказать «я придумаю новую печать, новый ритуал, разбогатею», но все равно будете барахтаться на самом дне. Страдать, терпя провал за провалом, пока не сдадитесь. В магии больше нет возможности продвижения со дна на поверхность, вы все упустили! Теперь решает только бабло, которое нужно заплатить, чтобы тебя устроили на работу на более-менее хлебную должность. Стартовый бюджет — двести тыщ.
И тогда боженька сказал:
— Хочется думать, что ты преувеличиваешь. Не думаю, что нужно опускать руки. Надо придумать, как действовать в изменившихся обстоятельствах. Пока похоже на то, что рынок рунологов уже заполнен, и вряд ли вся аудитория Айдара найдет работу, но кто-то ведь сможет. Просто нужно искать способы, как заинтересовать и привлечь работодателей и инвесторов.
Негативчик:
— Руны — все! Иллюзии — все! Ты не сможешь запрыгнуть в эту лодку, лодка уплыла! Айдар ничего не добьется, кроме похлопывания по плечу от директора, его «ученики» поймут, что все было бесполезно и после академии будут нести багаж ненужных знаний!
Креативный Жирослав:
— А вот меня это обсуждение заинтересовало. Ничего не теряю, кроме полутора часов свободного времени, так что схожу-ка на его лекцию. И вам всем советую получить свой опыт, а не полагаться на идиотские выкрики из-за кулис.
Негативчик:
— Советую вам на курсы боевки записаться, или улицы убирать, откладывая деньги на защитные и атакующие артефакты. Когда за стены прорвутся монстры из-за того, что вы на курсах рун пропадали и не ценили действительно нужные навыки, только артефакты спасут вас от смерти от разорванной грудины. Иначе будете подыхать в чужих зубах и вспоминать дядю Негативчика, но будет поздно.
Тролливали:
— Все гораздо страшнее, брат. Ничего не произойдет. Все будет так же. Монотонно. Невзрачно. Серо. День за днем. День за днем. День за днем.
Глава 17
Стою рядом с тремя мужчинами. Четвертый, водитель, сидит за рулем, но меня и эти трое скрутят, если понадобится.
— Всего минуту?
— Всего лишь небольшой опрос. Вы владеете магией иллюзий?
— Да, верно. Меньше года назад получил талант у Алтаря Алодов.
— Как у вас обстоят дела с биомодификациями, с улучшениями человеческого тела и откатом возраста?
— Никак. То есть, я бы и не против, но почти ничего о них не знаю.
— Проводили ли вы операции на людях?
Мне пришлось разогнать время в вондере по максимуму, чтобы успевать убрать воспоминания до того, как следователь закончит вопрос и мне нужно будет отвечать. Но я справлялся, судя по тому, что на лжи меня не поймали. Если вообще вопросы имели для них значение, потому как беседа завершилась совсем не так, как я хотел.
— Хорошо. С вопросами покончено, но есть еще одно дело, с которым вы способны нам помочь. Можете проехать с нами в участок и пройти ментальную проверку, которая подтвердит ваши слова?
Хмурюсь.
— Есть же всякие «браслеты правды». Зачем усложнять?
— То есть, вы отказываетесь?
— А это правда необходимо?
— Думаю, да. Конечно, можете отказаться, но в следующий раз мы приедем с официальным запросом и не будем столь же дружелюбны.
— Да я готов, просто спросил, — растерянно киваю. — А нужно ли мне позвать родителя? Я все-таки несовершеннолетний.
Троица переглядывается.
— На ваше усмотрение.
Но им было бы гораздо удобнее, если я буду один. Что ж, не буду их разочаровывать.
Я посмотрел на особняк, а потом — пожал плечами.
— Если это ненадолго, то можно съездить и одному. Не хочу беспокоить отца ради пустяка.
Я мог бы проломить защиту на их артефактах, и как превратить следователей в идиотов, так и поместить в их разум любые закладки и отправить визитеров обратно. Только в следующий раз ко мне приедет группа захвата из В-ранговых магов. Имперские службы — не те люди, в чьих мозгах стоит копошиться. Их головы проверяют куда чаще, чем воспоминания тех же глав кланов.
— Тогда присаживайся, — кивнули мне на автомобиль. — На заднем сидении может быть тесновато, так что садись рядом с водителем.
Так я буду на виду, и ударить мне в спину оглушающим или парализующим будет гораздо легче.
— Хорошо, — киваю и занимаю место рядом с хмурым водителем.
Кулон я поместил в кольцо еще в машине, а сам пространственный артефакт сунул в щель между сиденьем и спинкой. Было бы неловко, если бы мне удалось одурачить менталиста, а потом ко мне прицепились бы из-за
Это не так уж и сложно, если ты знаешь свой разум. Хороший менталист может банально удалить у себя «ненужные» куски воспоминаний, но у меня-то ненужного нет…
Всю дорогу до участка провожу в вондере. Десятки наспех созданных безликих манекенов берут тома библиотеки, достают из кристалла все компрометирующие воспоминания, в том числе и о прошлой жизни, и размещают их по тайникам, опутанным сотнями заклинаний скрытности — всеми, что я успел на них навесить. Тайники находятся за фальш-панелями в полу, стенах — с виду монолитных и крепких. Туда же отправляются целые куски рунного зала — стены, полы уменьшаются до размеров игрушек лего и размещаются по крошечным тайникам. Наполовину дохлый призрак, окруженный летающими печатями, летит следом.
Взамен манекены помещают в кристалл воспоминания-обманки: скучные и не слишком интересные. Пройденный «Старфилд», как и десятки других игр, сотни прочитанных развлекательных книг и вечерние прогулки с Кристиной ложатся на пробелы.
Связи между собой и спрятанными воспоминаниями обрезаю и морщусь — придется весь вечер убить на их восстановление.
Наконец работа заканчивается,
