но верно: "Я нужен тут, в России. Мне здесь нужно работать" ("Советская Россия", 28.02). А определять, до каких пор ему "работать" в России, конечно не Ельцину и Черномырдину…
Журналисты "правозащитники" обижаются, когда их подозревают в поддержке "кавказских братьев" из корыстных побуждений. Лишь самые смелые соглашаются: кто дает, у того и берем, хотя бы и у Чечни (репортаж с заседания 10.03). А Дудаев не всех и допускает в свои бункеры. Ведущий программы "Ситуация" С. Кешишев вынужден был отказаться от намерения встретиться с генералом: "Дудаев по чеченскому радио объявил, что все корреспонденты, находящиеся в зоне военных действий, потенциальные шпионы, подлежащие немедленному уничтожению". А "по ту линию фронта" лишь те корреспонденты, "которые уже успели зарекомендовать себя как правильно освещающие события с чеченской стороны" ("НГ", 25.02).
Кешишев в список доверенных не вошел. А Боровой свободно проехал через все заслоны и погулял с Дудаевым по Грозному. И рассказал об этом и по телевидению, и в "АиФ" (№ 6), выразив уверенность, что российские войска будут разгромлены. Денег он от Дудаева явно не получал. Возможно, и не передавал. Может быть, это и есть то самое: журналисты служат чеченскому фюреру потому, что это зачем-то надо тем, кто стоит над московским наместничеством?
Как осуществляется дрессировка и журналистов, и вождей "кавказских братьев", прекрасно иллюстрирует материал, опубликованный "Правдой" (25.02). Речь идет о беседе корреспондента агентства "Интерфакс" Анатолия Журавлева с Дудаевым и упомянутым выше Удуговым. Особенно интересны наставления последнего:
Толик, одно уточнение: что касается весенних событий, которые возможны, о которых говорил президент, эта информация поступает. Президент очень встревожен этим, потому что это может произойти помимо нашей воли. Отметь это обязательно, Толик… Мы подготовили реакцию правительства Чечни, нужно откомментировать от правительства Чеченской республики эмоциональные высказывания Юсефа в Америке. Правительство Чеченской республики отмечает, что некоторые эмоциональные высказывания министра иностранных дел Чеченской республики Юсефа, высказанные им на пресс-конференции в Соединенных Штатах Америки, не меняют принципиальную позицию Чеченской республики, которая строго придерживается принципов ненасилия в политике. Правительство Чеченской республики еще раз официально заявляет, что придерживается и будет придерживаться принципов строжайшего исполнения всех норм международного права и ни в коей мере, ни при каких условиях не допустит никаких акций насилия… Это надо срочно дать, потому что сейчас звонила Елена Георгиевна Боннэр, она была крайне обеспокоена этим вопросом. Сказала, что было бы желательно через Интерфакс.
Такая вот независимая журналистика. И глубоко правы солдаты и офицеры, говоря, что ведут войну на два фронта: против режима Дудаева и его московских и заокеанских покровителей. И потому, когда в хоре призывов — "переговоры только с Дудаевым", "политическое урегулирование" и т. п. — слышишь и голоса патриотов, хочется спросить: о чем переговоры, какое политическое урегулирование? Чтобы русских грабили и убивали не подряд, а через одного? Чтобы русские окончательно оставили территории, на которых они жили, по крайней мере, полторы тысячи лет? Чтобы русские снабжали бы бандитов всем необходимым, а сами бы вымирали с возможно большим ускорением? А ведь иных-то тем для переговоров и не может быть.
Чем "Черный октябрь" отзовется?[13]
Слова Андропова: "Мы не знаем общества, в котором живем", многих потрясли. А удивляться, собственно, было нечему: как раз истек двадцатилетний срок, определенный Хрущевым для строительства коммунизма, глупейший "прогноз", критиковать который дозволялось разве что на кухне. "Самая передовая в мире" социальная наука превратилась в объект насмешек, хотя сама-то по себе она вряд ли виновата: за 70 лет ее так и не востребовали: то "культ личности", то "волюнтаризм", то "субъективизм".
"Плюрализм" вроде бы породил разные "независимые" социологические службы. Но эти службы как бы взялись подтвердить актуальность старой шутки статистиков, когда одна половина граждан спрашивает у другой, что они думают по вопросу, о котором никто ничего не думает. Примерно так ставила вопросы и служба Грушина: в 1990–91-м годах мне тоже приходилось отвечать на вопросы вроде того, почему "улучшение" наступает не так быстро, как хотелось бы. А поскольку прорисовывавшуюся катастрофу я никак не хотел признавать "улучшением", интервьюеры "отстали".
А масштабов катастрофы, похоже, не предвидел никто, в том числе и те, кто ее долго готовил и организовывал. Депутаты, союзные и российские, плелись в хвосте событий, даже не сознавая, соучастниками какой народной трагедии они стали. Покорно и даже с энтузиазмом утверждали разрушительные "суверенитеты", награждали разрушителей "дополнительными полномочиями", и когда вроде бы начали просыпаться, оценить ситуацию оказались неспособными. Избиратель по-своему отреагировал на поведение депутатов: митинговый энтузиазм сменился апатией, неверием большинства, что все эти "команды" захотят и смогут сделать хоть что-то позитивное.
Самое удивительное то, что и властные структуры оказались неспособными разобраться в информации, получить объективные данные о процессах и настроениях. "Политический Новый год" — великолепный монумент головотяпству самодовольных властей, а президент публично пожаловался, что советники его подвели. Кто же эти советники и что они советовали? Завесу таинственности приоткрыл новый журнал "Элита", в редсовет которого наряду с Р. Казаковой, Б. Окуджавой, Ю. Нагибиным, И. Смоктуновским входит и Егор Гайдар. Оказывается, что американская фирма "Годдард и Клаусен/Ферст тьюздей", обеспечившая избрание последнего и некоторых предшествующих американских президентов и заработавшая на этом миллиарды долларов, "подписала контракт о проведении политической кампании в поддержку Бориса Ельцина накануне референдума".
А "недавно… вновь взялась проводить президента по скользким склонам власти". С российской стороны контракт подписал Г. Бурбулис. Сообщая об этом, автор статьи А. Чесноков оговаривается: "Какие средства массовой информации участвуют в этой программе и во сколько она обойдется российским налогоплательщикам, Годдард, естественно, сообщить отказался: "Наши отношения с центром Бурбулиса засекречены".
Годдард зато не стал скрывать содержания своих рекомендаций: "Любовь и голод, как известно, правят миром. Можно было бы добавить: и страх". Голод у всех на глазах организуется последовательно и целенаправленно, секс, которому американская фирма уделяет особое внимание, до краев заполнил и СМИ, и подмостки эстрад, и подворотни. Некоторое время назад в нашей печати с недоумением обсуждали вышедшую из правительственных сфер информацию, по которой не менее 70 % членов правительства — гомосексуалисты. Оказывается, что и личность Бурбулиса привлекла американскую фирму потому, что "Бурбулис обладает чертами анального характера и, по всей видимости, является латентным гомосексуалистом" (цитата из справки, представленной в Конгресс США). По разъяснению Годдарда, "секс непосредственно воздействует на подкорку мозга человека, и потому это самый верный способ придать людям нужное направление движения".
Годдард явно лукавил, когда уверял, что "страх" их фирма старается обходить. "Страх" нагнетают американские кинобоевики. Ничего иного, кроме возбуждения страха, не
