Ни при каких условиях он не может жениться на Констанции, это погубило бы его. Да он никогда и не говорил, что хочет жениться на ней. Между ними вообще не было слов любви, одно только ослепительное желание. Доминик хотел ее, в этом Констанция не сомневалась, но он не любил ее, он не мог позволить себе любить ее.
Она должна призвать на помощь свой разум, подумала Констанция. Она тоже хотела Доминика, но достаточно ли ей одной лишь страсти? Ведь он никогда не даст ей ни своей любви, ни своего имени. Готова ли она рискнуть всем ради одного только желания?
Глава 11
Главным событием в доме Фитцаланов стал бал, устроенный в поместье два дня спустя. Констанция надела свое лучшее платье из бледно-розового шелка. Корсаж с квадратным вырезом был расшит спереди мелким жемчугом. Волосы были заколоты на затылке и рассыпались по плечам блестящей волной. Прическу украшали крошечные розовые бутоны из шелка и розовые шелковые ленты.
Посмотрев на себя в зеркало, Констанция поняла, что деньги, потраченные ею на это платье, не пропали зря. Она улыбнулась своему отражению, представляя, какое лицо будет у Доминика, когда он увидит ее.
После того, что случилось в саду, они вели себя осмотрительно. Не избегая друг друга, они тем не менее старались не оставаться наедине. Они разговаривали, но только в присутствии других. Доминик старался не дотрагиваться до Констанции, а она не протягивала ему руку для поцелуя.
Одним словом, он прилагал все усилия, чтобы не скомпрометировать Констанцию, а она, не уверенная в своих чувствах, не пыталась соблазнить его. Однако она всегда ощущала его присутствие, даже не глядя на него. Когда она все же поднимала глаза, встречала его взгляд, устремленный на нее. Он всегда подходил, чтобы обменяться парой слов, и, когда их взгляды встречались, воздух вокруг них словно звенел от напряжения.
Констанция говорила себе, что с ее стороны неблагоразумно надевать это платье, ведь в глубине души она знала, зачем делает это, — она хотела увидеть в глазах Доминика желание. Но она не смогла себя заставить надеть что-то другое.
Констанция зашла к Франческе и увидела, что Мэйзи заканчивает одевать свою хозяйку. Сегодня Франческа впервые с начала болезни встала с постели и все еще чувствовала себя не очень хорошо, но не хотела пропустить бал. Она улыбнулась Констанции:
— Сегодня вы выглядите просто прелестно.
— Не так прелестно, как вы, — честно ответила Констанция.
Франческу трудно было затмить. Она была необычайно хороша в черном шелковом платье, отделанном стеклярусом. Белокурые волосы были уложены в тяжелый узел на затылке, вьющиеся пряди обрамляли лицо. Прическа тоже была украшена стеклярусом. Последним штрихом стало ожерелье, выгодно оттенявшее нежную кожу шеи и груди.
Франческа улыбнулась:
— Очень мило с вашей стороны так говорить, но, по-моему, вы сами не знаете, как красивы. Пойдемте, произведем фурор.
Она взяла Констанцию под руку, женщины медленно спустились по лестнице и вошли в огромный бальный зал. Большие французские окна, выходившие на террасу, были распахнуты, чтобы впустить свежий вечерний воздух. Бело-золотые стены сияли в свете свечей, установленных в хрустальных канделябрах. Хрустальные капли свисали с канделябров на стенах. В дальнем конце зала, на возвышении, сидели музыканты, скрытые от глаз присутствующих растениями в больших кадках. По всему залу были расставлены вазы с букетами благоухающих роз.
Когда Констанция увидела все это великолепие, у нее перехватило дыхание. Это был один из самых прекрасных балов, на которых ей довелось присутствовать, хотя она и не могла точно сказать, что делало его столь прекрасным. Может быть, все дело в переживаемых ею чувствах, подумала она.
Франческа и Констанция прошли по залу, останавливаясь, чтобы побеседовать с другими гостями. Гостей сегодня было немало, среди них были местные жители, а также те, кто специально ради бала приехал из Лондона.
У двери, ведущей на террасу, они встретили герцога Рошфора. Он, как всегда, выглядел безукоризненно. Рядом с ним стояла молодая женщина. Хотя ее лицо было оживленно, а лицо герцога словно вытесано из камня, между ними наблюдалось определенное сходство. Поэтому Констанция не удивилась, когда, поприветствовав ее и Франческу, герцог сказал:
— Мисс Вудли, разрешите представить вам мою сестру, леди Каландру.
— Миледи, это честь для меня, — сказала Констанция девушке, которая ослепительно улыбнулась.
— Рада нашему знакомству, — ответила Каландра, пожимая Констанции руку. — Я с таким нетерпением ждала этого бала. Последний месяц я провела в Бате с бабушкой, там было нестерпимо скучно. Поэтому я очень обрадовалась, когда Сенклер рассказал мне о бале.
В отличие от брата леди Каландра была невысокого роста, но у нее были такие же иссиня-черные волосы и темные глаза. Ее лицо с правильными чертами то и дело освещала улыбка, от чего на щеках появлялись ямочки.
Леди Каландра непринужденно беседовала с Франческой и Констанцией и эта непринужденность и легкость в общении резко контрастировали со сдержанными манерами герцога. Она была гораздо моложе Рошфора, но, кажется, не испытывала перед ним никакого трепета, что несколько удивило Констанцию.
— Вы должны непременно навестить меня, — сказала Каландра Констанции. — Я совсем одна в большом доме. Есть еще Рошфор, конечно, он уедет в Лондон только на следующей неделе, но он — плохая компания. Вечно то хозяйством занимается, то книги читает. — Каландра взглянула через плечо Констанции и радостно улыбнулась: — Лейтон! Как приятно вас видеть!
Сердце Констанции замерло, и она, сделав над собой усилие, обернулась, чтобы приветствовать его.
— Лорд Лейтон.
— Леди Каландра. Рошфор. Франческа, — поприветствовал Доминик остальных и повернулся к Констанции: — Мисс Вудли.
Его взгляд сказал ей все, что она ожидала. Щеки ее густо порозовели, и она опустила глаза, как приличествует скромной женщине. Правда, в данном случае Констанция сделала это, чтобы скрыть ответный огонь в своих глазах.
— Надеюсь, вы окажете мне честь и позволите пригласить вас на следующий танец, мисс Вудли, — сказал Доминик.
Констанция знала, что по правилам приличия ему следовало бы пригласить сестру герцога, поскольку леди Каландра была выше ее по положению, но Констанция была рада, что он этого не сделал. Ей было бы неприятно видеть его под руку с красивой, богатой и знатной Каландрой. Она была для него великолепной партией.
Констанция ответила согласием и, взяв Доминика под руку, направилась в центр зала. Трое оставшихся наблюдали, как Доминик и Констанция кружатся в танце. Через мгновение герцог повернулся к Франческе с легкой улыбкой:
