Внезапно кровь хлынула из перерезанной глотки, и одно из божеств рухнуло на землю, судорожно суча ногами по мере того, как вместе с кровью утекала его жизнь. Все больше и больше божеств принималось кричать, когда на них нападало что-то, чего они не могли увидеть, поражая их с невероятной быстротой и убивая с презрительной легкостью. Они падали один за другим, старые боги рушились перед более современным. Мертвым детективом Ларри Забвение.
Сначала я решил, что он, должно быть, пользуется какой-то разновидностью невидимости, но зеркало считало иначе. Оно бы увидело сквозь пелену. Тогда я велел зеркалу замедлить изображение и еще раз убедился, что это был Ларри Забвение, двигавшийся слишком быстро, чтобы глаз мог за ним уследить. Он был здесь, там — везде, мгновенно приходя и уходя, появляясь из ниоткуда, чтобы нанести удар ничего не подозревающему мелкому божеству мерцающим серебристым клинком и исчезнуть до того, как его жертва упадет на землю. Он возникал и исчезал, существуя столь короткие отрезки времени, что даже зеркало с трудом за ним поспевало. Оно жаловалось, что это вызывает сильную мигрень, но я безжалостно его подгонял. Мне нужно было знать, что происходит.
В конце концов все божества были мертвы, и рядом с телами возник из ниоткуда Ларри Забвение, такой же опрятный и элегантный, как и всегда. Он двигался настолько быстро, что на его костюме от Gucci не было ни капли крови. А в руке его была волшебная палочка фэйри. Я удовлетворенно улыбнулся. Теперь становилось ясным многое о загадочном Ларри Забвении и его невероятных подвигах. Он использовал палочку, чтобы остановить Время, пока сам он он продолжал двигаться. Очень полезная игрушка. А поскольку палочки в наши дни стали редкостью, конечно же, никто ничего не заподозрил. Все просто предположили, что у него есть дар, как у меня или его брата Томми.
А потом Ларри резко бросил поправлять свой шелковый галстук и поднял голову, когда что-то гораздо худшее, чем шайка незначительных божеств, понеслась на него по улице, думая только об убийстве. Это был в тридцатифутового роста гигантский механический аппарат, сотрясавший улицу огромными многосуставчатыми стальными ногами. Неизвестные силы спрессовали и собрали воедино его составные части, а металлические детали вращались вокруг светящихся источников силы. Все в нем кричало о грубой силе. Он выглядел грубым подобием человека с разными по размеру руками и ногами и выпуклой латунной головой с двумя огромными глазами, светящимися красным, как адской пламя, светом. Вместо рта у него была длинная неровная щель с краями острее любых зубов.
Он несся по улице длинными неуклюжими шагами, раскачиваясь из стороны в сторону, превращая в кашу и живых, и мертвых тяжелыми стальными ногами. Его длинные руки заканчивались кулаками, каждый из которых был размером с ядро для разрушения зданий, и которыми он небрежно пробивал насквозь каждое здание, мимо которого проходил, с одинаковой легкостью разрушая камень и кирпич. Каждый его шаг сотрясал землю. Я не представлял, что это такое — бог, создание или какая-то механическая идея под управлением духа-аниматора. Духа Дерьмо-Роботов Прошлого, возможно.
Ларри Забвение, безусловно, не выглядел впечатленным прущей на него огромной неуклюжей штуковиной, разрушающей все на своем пути. Все прочие поспешили убраться с дороги чудовища, хотя бы потому, что оно не слишком устойчиво держалось на своих стальных ходулях, но Ларри только поправил свои безупречные манжеты, смахнул невидимую пылинку с одного плеча и остался стоять. Он дождался, пока огромная конструкция практически нависнет над ним, а потом, почти небрежно взмахнул палочкой и исчез. Массивная штуковина отшатнулась, издав рычание, похожее на густой басовитый свисток, и вращая большой латунной головой в поисках неуловимой добычи.
Металлическую штуку окружило смазанное движение, мгновенные проблески чего-то молниеносно появляющегося и исчезающего, и во все стороны полетели куски. Ларри Забвению не понадобилось и пяти минут, чтобы разобрать металлическое создание на составные части. Ларри снова появился рядом с оторванной латунной головой и пинком отправил ее вниз по улице, как слишком большой футбольный мяч. Я уверен, что люди бы ему аплодировали, останься из них хоть один, чтобы это засвидетельствовать.
Ларри тщательно убедился, что на его костюме не осталось следов, и продолжил свой путь.
Следующее зеркало показало мне Короля Шкур, бредущего по широкой магистрали во всей своей неприглядной красе, но выглядящего гордым, сильным и уверенным. Его глаза ярко сияли, а взгляд становился страшным, когда он развоплощал вероятности и рассеивал кошмары силой своих ужасных чар. Даже сквозь зеркало, на расстоянии, я не мог смотреть на Короля Шкур открыто. Это были дни его славы, и он по-прежнему оставался Силой, с которой необходимо считаться. Было почти нестерпимо даже краем глаза следить за тем, что он делает. Глядя на него слишком долго, я начал видеть… нечто и вовсе невыносимое. Когда Король Шкур появлялся на людях, завернувшись в свои чары, каждый видел то, чего боялся больше всего, а его могущество изменяло вероятности так, что эти кошмары оживали. Никто не устоит перед лицом собственных кошмаров, которые обрели плоть и кровь. Ужасные образы проявлялись и сопровождали Короля Шкур, чудовищный Двор чудовищного Короля.
Он шел по осажденному городу, куда хотел, окруженный ужасными образами, исполненными жуткого смысла для каждого, кто их видел, — подобно чудовищам, которых мы в детстве видели в темноте спальни. Они вставали на дыбы, ревели и важно разгуливали в ночи, нападая на все, что попадало в пределы их досягаемости, освободившись, наконец, от ограничений нереальности. Король Шкур шел туда, куда ему заблагорассудится, и все принадлежащие Двору Лилит Силы, Сущности и Существа Власти в криках бежали от него. Король Шкур улыбался, хихикал и продолжал свой путь.
Пока кто-то с безопасного расстояния не уронил на него здание. Он исчез под горой щебня, и, хотя я долго смотрел в зеркало, больше я его не увидел.
Но я хотя бы в определенной мере узнал страшное будущее.
К этому моменту я уже выжал досуха все зеркала. Изображения в них стали смутными и размытыми, а у некоторых не осталось сил даже на то, чтобы показать просто отразить меня самого. Я попробовал хрустальные шары, но их диапазон был очень ограничен, а половина помутнела, травмированная увиденным. Поневоле мне пришлось обратиться к созерцанию сквозь воду. Для этого не требовалось ничего особенного, лишь выбрать один из незамысловатых каменных гротов в подсвеченной снизу комнате, в каждом из которых находилась запруда с чистой водой. Я встал на колени рядом с первой запрудой, уколол палец приготовленным кинжалом, и позволил трем крупным каплям крови упасть в воду. Ясновидение — это старая магия, с давно установленными ценами и штрафами. Чистая вода приняла мою кровь, даже не покраснев, но рябь все расходилась и расходилась, пока, наконец, запруда не сфокусировалась на том, что я хотел увидеть, рябь исчезла, а появившееся изображение было почти до боли ярким и четким.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
