Эдди Бритва Эдди, злое божество опасной бритвы, шел сквозь то, что осталось от Улицы Богов, и если его и волновали все разрушения вокруг, сожженные церкви и разрушенные храмы, это никак не отражалось на его худом изможденном лице. Бесчувственный и равнодушный, в своем грязном старом сером пальто, он брел мимо тел мертвых богов, и ему было все равно.
Толпа покрытых пирсингом и шипами фанатиков, оторвавшись от осквернения священной рощи, вальяжно вышла на Улицу, чтобы преградить ему путь, с насмешками и непристойными намеками. Эти дураки не знали, кто он такой. Когда он не выказал перед ними ни страха, ни малейшего намерения как-либо их позабавить — навроде попытки убежать или умолять сохранить ему жизнь, — фанатики помрачнели и разозлились, а в их руках появились острые предметы. Это были стервятники, питающиеся падалью, оставленной позади крестового похода Лилит, раздувшиеся от адреналина, жажды крови и религиозного рвения.
Они шли навстречу Эдди Бритве, не думая ни о чем, крове мучений, ужаса и убийств, смеясь и визжа от восторга, и злое божество опасной бритвы прошло прямо сквозь них. Когда он вышел с другой стороны, все они были мертвы, и кроме огромной кучи отрубленных голов от них ничего не осталось. Ни у одной из них не было глаз. Я не знаю, как он это сделал. И никто не знает. Может, в эти дни Эдди и был посланцем добра, но порой даже добро отворачивается. Эдди Бритва Эдди такая же загадка, какой и бог, и по своему это любит.
Он оглянулся, заинтересованный неожиданным громким стуком, и огромное существо чем-то напоминающее сороконожку, крутясь и извиваясь, выползло из руин древнего храма. Оно было невероятно огромным, и казалось, никогда не кончится, огромная блестящая масса, передвигающаяся на тысячах коротких толстых ножек. Сотни ярдов тела шириной в добрую дюжину футов, состоящего из извивающихся сегментов и мерцающего в огнях сотен тлеющих пожаров тусклым красным цветом, барабанили по Улице Богов, направляясь к Эдди Бритве. Оно неслось невероятно быстро, выпуклую голову покрывали ряды насекомьих глаз, а сложные челюсти щелкали от предвкушения. Оно чувствовало силу Эдди Бритвы, и он было голодно. Я не знаю, что это было. Возможно, некий старый безымянный бог из глубин, которому больше никто кроме земляных червей больше не поклонялся.
Эдди Бритва пошел ему навстречу, чуть нахмурясь, словно обдумывая незнакомую проблему. Опасная бритва с перламутровой ручкой в его руке сияла, как солнце. Существо вздыбилось, пондяв свою тупую башку выше окрестных зданий, а потом обрушилось вниз и схватило Эдди клещами своих челюстей. Короткая борьба — руки Эдди беспомощно прижаты к бокам, — и гигантская сороконожка проглотила его целиком. Вот он еще здесь, миг — и он исчез. Сороконожка откинула назад покрытую панцырем голову, и серия медленные волн прошла вниз по ее горлу, когда она заглатывала Эдди Бритву. Огромная голова несколько раз кивнула, как бы от удовлетворения, и существо направилось дальше по Улице Богов.
Только чтобы замереть, пройдя лишь несколько ярдов. Голова существа неуверенно качнулась вперед и назад, челюсти громко защескали, а потом оно издало вопль, похожий на выброс пара из гейзера, когда его живот взорвался. Сверкающие сегменты трескались и раскалывались на части перед Эдди Бритвой, прорезавшим себе дорогу наружу. Огромная сороконожка скручивалась и корчилась в агонии, ее тело било по сторонам, уничтожая здания вокруг нее, разбивая камень и бетон и превращая в пыль щебень, но не могла убежать от того ужасного и безжалостного, что ее убивало. В конце концов, Эдди Бритва не спеша побрел прочь от останков мертвого бога, не обращая внимания на последние судорожные подергивания изломанного и разбитого тела. Он слегка улыбался, как будто размышляя, чего бы такого еще более неприятного ему сделать своим приятелям-богам.
Еще одна заводь, еще три капли крови, еще одно видение. Те из агентов Уокера, у кого не хватало сил бросить вызов потомству Лилит или в одиночку противостоять обезумевшей толпе, объединялись против более мелких целей, делая, что возможно. Сандра Шанс, консультирующий некромант, уничтожала все живое при помощи своей аборигенской кости-указателя, и там, куда она ею указывала, люди в конвульсиях падали на землю, чтобы больше не встать. Когда сила кости была исчерпана, Сандра подбросила в воздух горсть заранее подготовленной кладбищенской пыли, вытащенной из мешка на ее поясе, и все фанатики Лилит, кто был рядом с ней, упали, задыхаясь — словно погребенные заживо.
Сзади ее прикрывала Энни Скотобойня. Огромная и мускулистая, на голову выше большинства, она кралась в ночи в своем лучшем оперном платье, разрывая людей на куски, вырывая им глотки и набивая их плотью свой ненасытный рот. Ее алые улыбающиеся губы были покрыты свежей и уже запекшейся кровьь.
Единственный на Темной Стороне трансвестит — супергерой, Мисс Судьба, мужчина, переодевавшийся в супер-героиню, чтобы бороться с преступностью, наконец, стал самой собой. Она прыгала, своершая невероятные пируэты, в толпе взбесившихся фанатиков, поражая их страшными ударами рук и ног и переходя от одного вида боевых единоборств к другому. Никто не мог против нее устоять, и никто не мог ее даже задеть. Раз за разом она швыряла пригоршни бритвенно-острых сюрикенов туда, где они были наиболее необходимы. Может, ее вклад в общее положение вещей и не был слишком велик, но все-таки, после долгого ожидания Мисс Судьба была тем темным мстителем ночи, которым всегда и хотела быть.
Это троица билась тут и там, объединяясь для разгона толпы, спасая тех, чья жизнь была под угрозой, и делая все возможное для раненых и павших. Когда появлялась возможность Уокер дополнительно посылал агентов им в поддержку, но этого хватало лишь на то, чтобы замедлить продвижение Лилит по Темной Стороне. Кадр за кадром в прозрачной заводи показывали, как растущая армия Лилит прокатывается триумфальным маршам по горящим улицам и опустошенным районам. Где бы ни проходила Лилит, люди стекались к ней, пополняя ряды ее растущей армии — либо попав под чары ее яркой индивидуальности, или в отчаянном желании быть на стороне победителя…
или же просто из страха, что люди Лилит убьют их, если они не присоединятся.
Она разгуливала по Темной Стороне, и здания взрывались от одного ее взгляда. По ее слову вспыхивали костры, а на улицах, где она проходила, возникали трещины. Кучами валялись тела, которые некому было убирать, а люди или с криками разбегались или сидели, съежившись, на порогах сгоревших домов, лишившись разума от шока и страданий. Безумцы и бездомные в слезах шатаются по улицам, которые больше не узнают, бесконечно отступая перед наступающими силами Лилит. Люди Уокера делали все возможное, чтобы удержать Лилит подальше от тех районов, где она могла причинить еще больший вред, заманивая ее тактическими ударами и отступая назад достаточно медленно, чтобы она обязательно захотела их догнать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
