охранников, зевающих у ворот.
Мы молча отползли вглубь переулка и только там выдохнули.
— Видел? — прошептал Патрик, в его голосе слышалось искреннее сомнение, — Это же армия, Джонни! Мы с нашими двумя стволами против них — чистые дети.
— Не против, — Задумчиво ответил я. Мой мозг лихорадочно искал решение. — «Против» нельзя, они нас просто напросто размотают. Я думал о том, чтоб напасть на машину, доставляющую товар, из-за колес. Так было бы проще. Водилу за шиворот схватили, пинка под зад дали, сели за руль и умчались в неизвестном направлении. Но… Теперь эта версия утратила свою актуальность. А значит… Значит, мы должны взять товар, действуя не в лоб, нахрапом, а хитростью. Ну и по-любому, получается, что возможно это только после того, как машины разгрузились и уехали. Слушай… А у Маранцано такая же схема, интересно?
Патрик молча пожал плечами. Но я от него ответа, как бы, и не ждал. Естественно, откуда ирландцу знать, как Маранцано завозит свой алкоголь, в каком виде, в каком сопровождении.
На обратном пути мы почти не разговаривали. Давление изменившихся обстоятельств сильно не способствовало веселью и радости. Времени совсем нет, а масштаб задачи — огромный.
Пять дней… Всего лишь пять дней. Две сложнейших операции, суть которых — увести из-под носа опасных мафиози ящики с алкоголем. Абсолютная неизвестность и полное непонимание, каким образом это провернуть. День ото дня моей жизни становится все более насыщенной.
Глава четырнадцатая
Слово — дороже золота
Утром, спустя пару часов после рассвета, мы с Патриком уже сидели в «Додже» и ехали по маршруту.
Естественно, столь раннее начало рабочего дня имело вполне оправданное объяснение. Сегодня мы пришли раньше обычного, чтоб увидеть, во сколько на склад являются грузчики. Мне нужно было понимать, какой временной промежуток получается между отъездом грузовиков и приходом первых работников.
— Вы что, совсем ку-ку? Вы чего приперлись? — Поинтересовался Мотылёк, увидев меня и Патрика, одиноко стоявших возле дверей.
Парни, которые должны были охранять склад, благополучно дремали в сторонке, устроившись на пустых ящиках.
Мотыльку было почти сорок и среди грузчиков он считался кем-то навроде бригадира. Именно он явился на склад первым.
— Почему сразу «ку-ку»? — Сделал я обиженное лицо. — Просто хотим пораньше закончить. Дела кое-какие есть.
— А-а-а-а-а… — Мотылёк с пониманием кивнул. — Ну что сказать… отличный план. Только он хрен сработает. Нужно получить добро от Рикки. А он может не разрешить выехать считай на два часа раньше обычного. Тут вот в чем загвоздка… Рикки раньше восьми не появляется. Маршрут с вечера готовит. Оно видишь, в чем дело… Рикки — «капо», но ему поручили работенку, которая, по его мнению, обычным парням, навроде нас, больше подходит. Вот он и не торопится. Ненавидит это место. Говорят… — Мотылёк оглянулся на охранников, дремавших неподалеку, а затем, понизив голос, продолжил, — Говорят, Рикки сюда за какую-то провинность отправили. Вот и получается, что он «капитан» — вроде бы человек при власти, но командует нами да пустыми ящиками. Какая уж тут власть.
Мотылёк тихо хохотнул своей шутке, сунул руку в карман, вытащил оттуда здоровенный ключ, вставил его в замок и открыл двери.
— Но в принципе, если хотите, можете пока помочь нам с товаром. Его нужно распределить, как обычно. — Усмехнулся он, пропуская вперед меня и Патрика.
Охранники, услышав лязг и скрип металлических петель, резво вскочили на ноги. Они изо всех сил таращили глаза, делая вид, будто никто сейчас и не думал спать. Один даже выхватил пистолет и пару раз махнул им в воздухе. Не знаю, зачем. Наверное, думал, что потенциальные грабители испугаются.
Заметив, что шум производят свои же, парни успокоились и снова устроились на ящиках. Только уже не спать, а… перекусить. Они выудили откуда-то сверток с едой и принялись уминать ее за обе щеки, попутно обсуждая Стива, который должен вот-вот прийти и сменить их, но отчего-то, сволочь такая, не торопится.
Через полчаса на склад подтянулись остальные грузчики. Сэм тоже пришел. В нашу с Патриком сторону он вообще не смотрел, занимаясь исключительно своей работой.
Мы, чтоб не стоять без дела, помогли парням раскидать товар, доставленный ночью. К тому же, основная цель была достигнута — еще немного информации получено. Значит, первым приходит Мотылёк. Один. А разница между отъездом грузовиков и его появлением составляет около трех часов.
Это хорошо. Пока он сообразит, что произошло ограбление, пока доложит об этом Рикки, который является в определенное время… У нас будет еще несколько часов форы, чтоб мы успели увезти и спрятать товар. Пока, правда, не понятно, на чем именно увезти и куда именно спрятать.
Парни, которые охраняют склад ночью, вообще проблемой не являются. Они настолько уверены в том, что ни один идиот не сунется на территорию Массерии, что не считают нужным создавать хотя бы видимость ответственного подхода к своим задачам.
Рикки, как и говорил Мотылёк, явился ровно в восемь. Злой, опухший и сильно помятый. Сдается мне, нашему боссу и правда его «почетная» должность стоит поперек горла. Вряд ли он от большой радости прибухивает.
— Вы что, ку-ку? — Хмуро поинтересовался Рикки, как только понял, что наш с Патриком товар уже загружен, а сами мы два часа работаем с грузчиками наравне. Рука у ирландца все так же болела, но он старался по мере сил, таскал ящики вместе со мной.
— Сговорились все, что ли? — Удивился я. — Зачем сразу в психи записывать? Нам просто нужно будет в промежутке между точками отскочить по своим делам.
— Нет, вы не ку-ку… — Констатировал Рикки. — Вы точно на голову больные. Куда отскочить⁈ В машине — дорогущий алкоголь, доставленный контрабандой, а вы собрались по городу кататься? Может сразу поедете в контору, которая с бутлегерами борется?
Я, пытаясь оставаться спокойным, что в диалоге с Рикки было сложно, рассказал ему заведомо придуманную историю. Мол, срочно, очень срочно нужно купить бабуле Патрика лекарство, потом отправить его в пригород Нью-Йорка. Ибо бабуля Патрика вот-вот отдаст концы и спасти ее может только волшебная микстура американских чудо-врачей.
Версия звучала, конечно, бредово. По крайней мере, для меня. Я бы на такую глупость никогда не повелся. Однако, Патрик, который и был идейным вдохновителем этой истории, заверил, Рикки обязательно поверит нашим словам.
Единственное, что сильно беспокоило Патрика — его бабуля, которая, как оказалось, умерла еще лет
