приняты активные меры противодействия. Силы на американской базе были значительно увеличены и начата строгая блокада, чтобы удерживать американские фрегаты в порту. Британские фрегаты теперь ходили по большей части парами, и Адмиралтейский совет отдал приказ о том, что 18-фунтовый фрегат не должен вступать в бой с американским 24-фунтовым фрегатом. Распространялись преувеличенные сведения об американских 44-пушечных фрегатах, для них был построен новый класс фрегатов со спардеком, классом 50 и установкой 60 орудий, а некоторые 74-пушечники были сокращены с той же целью. Все эти новые корабли были намного тяжелее своих предполагаемых противников.
Поскольку за границей лояльность Новой Англии к США небезосновательно подвергалась сомнению, ее побережье поначалу не сильно беспокоили. Одна британская эскадра обычно держалась у конца пролива Лонг-Айленд, а другая – у Сэнди-Хук. Конечно, у Америки не было средств для снятия блокады, поскольку каждая эскадра обычно состояла из 74-пушечника или корабля со срезанной верхней палубой, слишком тяжелых, чтобы наш флот мог с ними справиться. Фрегаты и шлюпы продолжали курсировать вдоль побережья Нью-Джерси, Каролины и Джорджии. Залив Делавэр уже лишился того значения, которое он имел во время Войны за независимость, и, поскольку единственными военными кораблями в нем были несколько жалких канонерских лодок, британцы обычно держали там лишь небольшой отряд. Основным местом их операций стал Чесапикский залив – именно там собрались их главная группировка и были предприняты самые большие усилия. Там было собрано несколько линейных кораблей, фрегатов, шлюпов и катеров, а в начале сезона принять командование прибыли адмирал сэр Джон Уоррен и контр-адмирал Кокберн. Последние совершали многочисленные вылазки на берег и часто вступали в бой с местными ополченцами, которые обычно разбегались после пары залпов. Эти экспедиции мало что дали, кроме сожжения домов и угона домашнего скота фермеров, живущих вдоль побережья, а также разрушения нескольких небольших городков – один из них, Хэмптон, был разграблен с отвратительной жестокостью[60]. Правительство Соединенных Штатов фактически получало поддержку народом своей военной политики в значительной степени из-за этих эксцессов, которые сильно преувеличивались американскими писателями. Это была действительно своего рода гражданская война, и в подобном противостоянии в начале этого века не могло не произойти каких-то безобразий.
Американский фрегат «Констеллейшн» к этому времени уже был готов к выходу в море и под командованием капитана Стюарта готовился к походу в начале января. Поскольку количество блокирующих делало бой почти неизбежным в течение нескольких дней после выхода, команда была заранее приведена в состояние высочайшей дисциплины, а люди с особым тщанием были обучены обращению с большими орудиями и стрельбе по цели. Однако корабль так и не вышел, поскольку, достигнув Хэмптон-Роудс, он столкнулся с британской эскадрой линейных кораблей и фрегатов. Он направился к Норфолку, а когда поднялся прилив, вернулся и стал на якорь между фортами, а через несколько дней отошел с отливом, чтобы прикрыть форты, которые строились на острове Крейни. Здесь он подвергался атакам со стороны больших британских сил, все еще находившихся на Хэмптон-Роудс, и, опасаясь, что они попытаются захватить корабль врасплох, капитан Стюарт сделал все приготовления к обороне. Корабль встал на якоре посреди узкого канала, окруженный канонерскими лодками, его нижние порты были задраены, с бортов не свисало ни одной веревки, абордажные сети, сваренные в смоле, чтобы стали твердыми, как проволока, на реях вывесили за борт и нагрузили балластом для падения на атакующие лодки после того, как будут перерезаны стропы, а карронады по дуло зарядили мушкетными пулями и опустили стволы для стрельбы по воде возле корабля[61]. Дважды отряд британцев, численность которого, по оценкам противника, составляла 2000 человек, ночью предпринимал вылазки, чтобы застать «Констеллейшн» врасплох, но каждый раз их обнаруживали и внимательно контролировали со сторожевых катеров, и они ни разу не осмелились атаковать. Однако корабль не смог выйти в море и до конца войны оставался в блокаде.
В начале года в море находились несколько фрегатов и более мелких кораблей. «Чесапик» капитана Эванса вышел из Бостона 13 декабря 1812 года к экватору и в течение шести недель курсировал к югу от него между 16° и 25° долготы. Оттуда он направился на запад, пройдя около Суринама, над тем же местом, где «Хорнет» потопил «Пикок», но днем ранее. Двигаясь на север через Вест-Индию, он прошел возле Бермудских островов, где его преследовали 74-пушечный корабль и фрегат. Спасаясь от них, он 9 апреля вернулся в Бостон, захватив пять торговых судов и безуспешно преследуя два дня бриг-шлюп. Два года, на которые была зачислена его команда, истекли, и большинство людей ушли из-за некоторых проблем с призовым фондом. Капитан Эванс был в плохом состоянии, и командовать кораблем был назначен капитан Джеймс Лоуренс. Он прибыл в Бостон примерно в середине мая[62] и сразу же приступил к вербовке новой команды и попытался, но с частичным успехом, уладить дела со старыми матросами, которые теперь были почти на грани открытого мятежа.
Когда 1812 год подошел к концу, 32-пушечный «Эссекс» находился в Южной Атлантике, и вскоре после этого капитан Портер зашел на Сент-Кэтрине, чтобы набрать воды. Будучи в недоумении, где найти своих товарищей, он решил предпринять чрезвычайно смелый шаг, обогнув мыс Горн и нанеся удар по британским китобоям в Тихом океане. Это был практически вход в воды врага, поскольку португальские и испанские страны полностью находились под влиянием Великобритании, а станций, где Портер мог бы безопасно пополнить запасы продовольствия или произвести ремонт, не было. Однако «Эссекс» отправился в путь, обогнул мыс Горн и 13 марта бросил якорь в гавани Вальпараисо. Его авантюрный поход по Тихому океану был самой яркой чертой войны, но, так как это было очень подробно описано самим коммодором Портером, его сыном, адмиралом Портером, адмиралом Фаррагутом и Купером, я едва коснусь этого эпизода.
20 марта «Эссекс» захватил 16-пушечный перуанский капер «Нереида», выбросил за борт его орудия и стрелковое оружие и отправил его в порт. «Эссекс» добрался до острова Сан-Галлан, заглянул в Кальяо, а оттуда отправился на Галапагос, получив все, что хотел, из своих призов. Затем он отправился в Тумбес и вернулся на Галапагосские острова, оттуда на Маркизы и, наконец, снова в Вальпараисо. К походу этого года на Тихом океане капитан Портер спас все наши корабли в этих водах, не стоил правительству ни доллара, существуя исключительно за счет врага, и забрал у него почти 4000 судового тоннажа и 400 человек, полностью разбив его китобойный промысел в южной части Тихого океана.
Этот поход был чем-то незаурядным в современной войне, напоминая походы ранних английских и голландских
