«Я хочу, чтобы ты любил меня», — подумала Лорен.
— Ничего я от тебя не хочу, — сказала она вслух. — Уходи и оставь меня одну.
Ник взглянул на нее с оскорбительной снисходительностью.
— Прежде чем уйти, я дам тебе один совет, — бросил он холодно. — Подрасти.
Лорен почувствовала себя так, как будто ей дали пощечину. Разъяренная, она набросилась на него:
— Ты абсолютно прав! Это то, что я собираюсь сделать. С сегодняшнего дня я буду претворять в жизнь твои взгляды! Спать со всеми мужчинами, которые попадутся под руку. Но только не с тобой, ты слишком стар и циничен. Проваливай отсюда!
Ник достал из кармана маленькую черную коробочку и положил на стол.
— Я должен тебе пару серег, — сказал он, выходя из кухни.
Лорен услышала, как за ним захлопнулась входная дверь, и, взяв дрожащими руками коробочку, открыла ее. Она ожидала увидеть маленькие золотые колечки своей матери, но вместо них там лежала пара огромных светящихся жемчужин в тонких золотых ободках. Лорен захлопнула коробку. «Какая из его любовниц потеряла их в его постели? — со злостью подумала она. — Или он привез их из Италии?»
Она побежала наверх, чтобы взять сумочку и накинуть джемпер. Она пойдет искать Джиму подарок, как и собиралась, а предыдущий час навсегда выкинет из головы. Ник Синклер больше не причинит ей вреда. Она открыла шкаф и застыла, глядя на красивый серебристо-серый свитер, который связала для… для этого негодяя!
Вот он — подарок Джиму! У него такой же размер, как у Ника, и ему, наверное, понравится вещь, связанная собственноручно Лорен. Нику бы тоже понравилась. При этой мысли она почувствовала острую боль в груди, но тряхнула головой и решила не обращать на нее внимания.
Глава 15
На следующее утро Лорен была в пурпурном замшевом костюме, на губах ее играла ослепительная улыбка.
Джим взглянул на нее и усмехнулся:
— Лорен, ты просто сногсшибательна, но разве ты не должна быть наверху?
— Больше нет, — ответила она, передавая ему корреспонденцию. Она была убеждена, что поскольку «игра» закончена, Ник не захочет видеть ее по утрам у себя в кабинете.
Но она ошиблась. Через пять минут, когда они обсуждали доклад, над которым она сейчас работала, на столе Джима зазвонил телефон.
— Это Ник, — сказал он, передавая трубку Лорен.
Голос Ника был властен и груб:
— Поднимайся сюда! Я сказал, что хочу, чтобы ты была здесь целый день, и тебе придется выполнять. Давай пошевеливайся!
В трубке раздались гудки. Лорен посмотрела на аппарат так, как будто он был раскален. С ней никогда не разговаривали таким тоном.
— Я… я думаю, что мне все-таки лучше пойти наверх, — сказала она, поспешно вставая. Джим недоверчиво посмотрел на нее:
— Хотел бы я знать, что за бес в него вселился.
— Это не бес, это я.
На лице Джима появилась понимающая улыбка, но у Лорен не было времени размышлять над этим.
Уже через несколько минут Лорен вошла в кабинет босса, стараясь выглядеть совершенно спокойной. Две минуты она ждала, чтобы Ник обратил на нее внимание, но он продолжал что-то писать, не замечая ее присутствия. И это после того, как он почти кричал, приказывая ей подняться.
Раздраженно пожав плечами, она наконец подошла к его столу и положила перед ним маленькую бархатную коробочку.
— Это не серьги моей матери, и они мне не нужны, — обратилась она к стене за его спиной, — Серьги моей матери — простые золотые кольца без всяких жемчужин. Они, может быть, не стоят и ободка от этих серег, но это память о ней, и для меня они бесценны. Их, и только их, я хочу получить обратно. Ты можешь это понять?
— Представь себе, — холодно ответил он, не поднимая головы. Нажав кнопку, он вызвал Мэри. — Однако твои серьги потеряны. Поэтому взамен я подарил тебе то, что имеет ценность для меня. Это серьги моей бабушки.
Что-то сжалось в груди Лорен, и она спокойно, уже без злости и обиды, произнесла:
— Я все равно не могу принять их.
— Тогда оставь их здесь. — Он кивнул на угол стола.
Лорен положила коробочку и вернулась в свой временный кабинет. Через несколько минут туда вошла Мэри, Она закрыла за собой дверь и подошла к столу Лорен. Дружелюбно улыбаясь, она передала Лорен инструкции, видимо, только что полученные от Ника.
— В течение трех следующих дней он ждет звонка от синьора Росси. Он хочет, чтобы ты была на месте и в любой момент могла выступить в роли переводчика. Я буду очень благодарна тебе, если в остальное время ты поможешь мне с моей работой.
В эти дни Лорен увидела Ника с такой стороны, о которой даже не подозревала. Мужчина, который добивался ее, исчез. Вместо него явился властный, энергичный бизнесмен, говоривший с ней холодным, официальным тоном. Если он не вел переговоры по телефону или не присутствовал на какой-либо встрече, то диктовал или работал с документами. Когда она приходила, он был уже на месте, и, уходя, она видела его сидящим за письменным столом. Исполняя обязанности дополнительной секретарши, Лорен цепенела от одной мысли, что чем-нибудь не угодила ему. У нее было чувство, что он ждет только предлога, чтобы иметь полное право уволить ее.
В среду Лорен допустила ошибку, печатая продиктованный Ником контракт. Он вызвал ее по внутренней связи, и Лорен поняла, что ее время пришло. Вся дрожа, она вошла в его кабинет. Но вместо того чтобы содрать с нее три шкуры, он указал на пропущенный параграф и протянул ей документ:
— Перепечатай, и чтобы без ошибок. После этого Лорен немного расслабилась. Если Ник не уволил ее сейчас, то, возможно, и не сделает этого. Ведь она работает ответственно и внимательно, хоть ей и мешает то, что она любит его.
— Я — Вики Стюарт, — объявил томный голос в двенадцать часов того же дня.
Лорен подняла голову и увидела тоненькую манерную блондинку.
— Я случайно оказалась поблизости и решила узнать, не свободен ли Ники — мистер Синклер — на время ленча, — проинформировала она Лорен. — Не беспокойтесь, я просто пройду к нему.
Через несколько минут Вики и Ник вместе вышли из его кабинета и прошли к лифту. Ник фамильярно обнимал ее за тонкую талию и улыбался каждому ее слову.
Лорен решительно повернулась к своей пишущей машинке. Она ненавидела протяжное произношение блондинки, ненавидела то, как страстно она смотрела на Ника, ненавидела ее грудной смех. Ей незачем было обманывать себя — она знала, что ревнует Ника.
Лорен восхищало в нем буквально все: и окружавшая его атмосфера силы и власти, и энергичные большие шаги, и то, как он наклонял голову, когда задумывался о чем-нибудь. Ей нравилось, с каким достоинством и элегантностью он носит дорогие костюмы, как рассеянно вертит в руке золотую ручку, когда говорит по телефону. «Он неотразим», — мучительно думала Лорен.
