если не сломают — то натренируются так, что быстро привыкнут, а смысл её был не в том, чтобы затвердить действия в привычной обстановке, а чтобы научиться действовать в непредсказуемой. С помощью встроенных весьма сложных артефактов полосу можно было произвольно поменять, для чего требовалось участие нескольких опытных преподавателей: слишком много силы жрала система.
Селим Озан справлялся с такой задачей в одиночку, а главное, соглашался взять на себя ответственность за студентов во время этих игрищ. То ли считал, что им это полезно, то ли просто любил наблюдать за Большой Вознёй.
Команды делили жеребьёвкой, после которой преподаватель обычно «причинял справедливость»: порой выходило так, что на одной стороне оказывалось заметное преимущество, и тогда слепой жребий приструнивался непреклонной преподавательской волей.
В первом варианте разделения Исса с Яманом, который всё утро поглядывал на неё, но так и не решился подойти, оказались на одной стороне, вмешательство Озана раскидало по разным. Молодой кентавр состроил недовольную гримасу, когда его отправили в другую команду, но спорить из-за такой мелочи не стал.
Согласовали правила, выбрали командиров — Ямана у противника и Лина, парня с последнего курса, в команде Иссы, как самого опытного. Знала она его шапочно, впечатление тритон производил странное: вроде бы опытный и серьёзный парень, он вызывал желание держаться подальше. То ли виной тому слишком резкие черты лица, то ли взгляд, то ли противоположная стихия, но змея радовалась, что видится с ним нечасто.
Первый взгляд на полосу заставил выругаться всех. Озан сегодня был в ударе: Большая Возня предстояла в грязи. Под сводами зала простиралось неглубокое болото, разбавленное невысокими деревцами и произвольно раскиданными каменными обломками. Растительность была неживой, но пройти себя насквозь не позволяла. Над болотом стелился влажный жар с запахом гнили, разбавленный правдоподобной иллюзией роящейся мошкары. Радовало одно: укусить насекомые не могли, в реальности в такой местности пришлось бы тяжелее.
Осмотревшись, принялись за прикидку стратегии. Команду из семи человек решили почти не дробить. Двое прорываются, двое прикрывают, двое охраняют флаг, а один крадётся следом за первыми двумя группами и, если силовой вариант не выйдет, под прикрытием большого замеса пытается добраться до знака.
Против ожидания, Лин не попытался оставить Иссу в обороне, а взял с собой, намереваясь двигаться именно в её компании. Учитывая, что по согласованным правилам действовать предстояло только в человеческом облике, это было приятно — доверие без необходимости убеждать, что она тоже что-то может, даже несмотря на то, что единственная девушка в команде. Но тем сложнее оказалось справиться с мандражом. Вроде ничего серьёзного на кону не стоит, никакой действительной опасности, но пульс ускорялся, дыхание сбивалось, по спине пробегали мурашки.
Сигналом к началу послужил пронзительный трубный звук. Первая двойка двинулась вперёд.
Лин оказался резким и сложным напарником. Спорить за лидерство Исса не пыталась, так что обошлось без конфликта, но требовательность его заставляла выкладываться по полной. Воднику шагать по болоту было куда проще; змее, чтобы не отставать, приходилось здорово напрягаться. Смотреть, как дела у второй двойки, она уже не успевала.
Зал был не настолько огромен, чтобы тратить на дорогу много времени. Ориентироваться помогали стены и потолок, которые оставались на месте, так что середину Исса для себя отметила с заметным облегчением.
Они продолжали двигаться быстро и решительно, словно лезвие сквозь воду. Лин взял такой темп, что отвлекаться на сторонние чары не было сил и времени: всё внимание уходило на то, чтобы просушить землю для нового шага.
Это их и сгубило: не заметили замаскированных противников в засаде. От попадания первого же парализующего заклинания Иссу спасли чутьё и быстрота реакции: когда сзади-сбоку почудилось какое-то движение, девушка не раздумывая метнулась в сторону.
Вскинула щит, который принял следующий удар, — и тут же увязла в земле. Чья-то нога безо всякой магии подсекла колени. Исса вскрикнула от неожиданности и ухнула в жидкую грязь, а через мгновение едва не взвыла от боли: под ногу подвернулся шальной камень.
Развернув щит помощнее, от физических воздействий тоже, Исса попыталась встать. Рядом на Лина наседала пара противников. Против неё оказался Яман.
Ухмыльнувшись, кентавр принялся колупать щит, но через мгновение усмешка сползла с его лица.
— Исса, ты что?.. Стоп! — крикнул он, посылая в потолок сигнальную вспышку. — Да хорош уже!
Яман сырой силой толкнул занятых противоборством студентов рядом, а сам поспешил к змее, которая плюхнулась обратно в жидкую грязь и, закусив от боли губу, ощупывала лодыжку. Над головами прогудел сигнал остановки игры.
Рассмотреть, что с ногой, не выходило, но явно ничего хорошего. Только бы не перелом!
— Дай посмотрю, — кентавр опустился рядом на колени. — Мио, дай воды, — обратился к одному из «своих» парней. Напарник Иссы стоял в стороне, недовольно кривился, но правила соблюдал и не рвался продолжать. Хотя и помочь не пытался.
— Лин, плохо! — гаркнул через мгновение голос преподавателя, заставивший всех дёрнуться. — Отвратительно. Сам догадываешься почему?
— Да, — буркнул он. — Недооценил противника, спешил, пренебрёг обзором.
— Ладно, после поговорим. Яман, молодец. С остальными позже разберёмся. Что тут? — Селим Озан опустился на корточки рядом с Иссой, которой помогли отмыть ногу. Кентавр уступил преподавателю, тот взялся за лодыжку девушки, ощупал. — Болит?
— Терпимо, — поморщилась змея.
— Так? А так? — он покрутил стопу, понажимал. — Перелома нет, похоже растяжение, — успокоил он. — В лазарет надо.
— Я провожу, — вызвался Яман.
— Ты её сначала до душа проводи, — преподаватель окинул критическим взглядом пострадавшую и собравшихся вокруг парней. — М-да, с грязью я перестарался, — хмыкнул он. — Поиграли, в общем. Техническая победа за командой Ямана, а в остальном — сворачивайтесь. Отмоетесь — разберём ошибки. С тобой… — Озан опять посмотрел на Иссу, которой кентавр помог подняться на ноги, тоже встал. — Плохо. Головой думать надо, а не слепо доверять. Подчиняться приказам — дело правильное, но ему до командира расти и расти. И за периметром сама должна следить. Зря тебя менталист натаскивает, что ли?
— А он её не в том натаскивает, — гыгыкнул кто-то из малознакомых парней.
— А в чём? — невозмутимо поинтересовался преподаватель. Когда ответа не последовало, добавил с нажимом: — Топлень, я жду.
— Ну они же это… — высокий вихрастый светловолосый парень со второго курса замялся, стыдливо заполыхал ушами, заметался взглядом. — Ну… Того… Все знают…
— Ты боевой маг или что? — Озан, бесстрастно глядя
