еще сохранившими свою яркость. Многие из них сопровождались таинственными надписями на неизвестном языке.
— Вероятно, это цитаты из местной версии Книги мертвых, — рискнул предположить Мэгнан, глядя на цветистое изображение крупного инопланетного существа, делавшего, предположительно, угрожающий жест в направлении второго чужака, из ушей которого вился дымок.
— Вот здесь, к примеру, — заметил он, — несомненно, изображен бог нижнего мира; он судит душу и определяет, что она грешна.
— Или так, или же это вывеска «НЕ КУРИТЬ», — согласился Ретиф.
Проход повернул, разделился на несколько. Левое ответвление заканчивалось у углубления зловещего вида, наполовину наполненного поблескивавшей черной жидкостью.
— Жертвенный колодец, — вздрогнув, сказал Мэгнан. — Я осмелился бы предположить, что его дно — Бог знает, насколько оно глубоко внизу — усыпано останками юношей и девушек, принесенных в жертву богам.
Ретиф принюхался.
— Он пахнет, как отработанное масло из картера коленчатого вала.
Они обошли провал и вышли в просторное помещение, в котором в полумраке рядами стояли заржавевшие массивные металлические предметы разнообразного вида.
— А это — идолы аборигенов, — шепнул Мэгнан. — Бог ты мой, они действительно выглядят невероятно свирепыми.
— Вон тот, — Ретиф указал на высокое, многорукое чудище, нависшее над ними, — исключительно похож на установку для упаковки сена в кипы.
— Следите за своими выражениями, Ретиф! — резко упрекнул его Мэгнан. — Я, конечно, не могу себе вообразить, что они могут нас услышать, но зачем искушать судьбу?
Внезапно послышался резкий щелчок, рокот и звон, массивные формы зашевелились по всему полутемному залу. Мэгнан взвизгнул и отпрыгнул назад, когда конструкция размером с автоподъемник пришла в движение, развернулась, скрипя, и обозрела его парой светящихся янтарных… несомненно, глаз.
— Мы окружены, — слабым голосом пробормотал Мэгнан. — А они еще говорят, что планета необитаема!
— Так и есть, — сказал Ретиф, когда еще несколько гигантских форм со скрежетом несмазанного металла двинулись вперед.
— Что же это тогда такое? — резко спросил Мэгнан. — Привидения-переростки?
— Близко, но не совсем, — ответил Ретиф. — Это городской гараж, а перед вами — роботы обслуживания.
— Р-роботы?
— Наше появление здесь, должно быть, переключило их на режим готовности.
Земляне двигались вдоль ряда гигантских машин, каждая из которых была оборудована различными конечностями, приспособлениями и сенсорами.
— Тогда… тогда они, вероятно, ждут, когда мы начнем отдавать им приказы, — к Мэгнану вернулась уверенность. — Ретиф! Разве вы не понимаете, что это значит? Мы можем приказать им сесть в лифт, отправиться наверх и распугать эту армию во главе с липким коротышкой Шилтом — вернее, мы могли бы, — добавил он, — если бы они понимали земной.
— Земной понимается, — проскрипел хриплый бас из точки прямо напротив уха Мэгнана. Он резко подскочил на месте и обернулся, крепко ударившись голенью.
— Ретиф! Они нас понимают! Мы спасены! Бог ты мой, когда я еще только планировал наш побег при помощи лифта, я и думать не мог, что нам привалит такая удача!
— Теперь до вас дошла эта мысль, — с восхищением заметил Ретиф. — Но почему бы вам сразу не добавить, что вы знали о существовании всего этого — роботов и прочего — из надписи на щитке рядом с кнопкой лифта?
— Не будьте таким грубым, Ретиф, — высокомерно сказал Мэгнан. — Я решительно намерен поделиться с вами честью этого открытия. В своем докладе я упомяну, что вы нажали на кнопку лифта согласно только некоторому намеку с моей стороны.
— Может быть, вам лучше пока не писать этот рапорт, — заметил Ретиф, когда один из роботов впереди с сухим скрежетом ржавых сочленений изменил свою позицию и полностью перекрыл им дорогу. Другие роботы приблизились с обеих сторон; обернувшись, земляне обнаружили, что путь к отступлению тоже перекрыт.
— Ну вот, видите, какие они нетерпеливые, — успокаивающим тоном проговорил Мэгнан. — Тихо, тихо, просто встань в сторонке, как хороший… э-э… парень, — обратился он к машине перед ним.
Она не двинулась с места. Хмурясь, Мэгнан начал было ее обходить, но дорогу ему перекрыл автомат меньших размеров — он был не больше промышленного станка для изготовления колбас и снабжен сходным набором лезвий, видневшимся в его разинутой металлической пасти.
— Ну и ну! Как я вижу, они нуждаются в перепрограммировании, — резко заметил Мэгнан. — Хотя это вполне нормально, если они немного подлизываются, но…
— Я не уверен в том, что они подлизываются, — сказал Ретиф. — Так что же вообще они тогда делают?
— Земляне окружены, — заявил голос, похожий на звук битого стекла, за спиной окруженных дипломатов.
— Мы судим землян, — послышался несмазанный тенор из задних рядов. — И находим вас виновными.
— Страшные большие роботы будут прыгать на ваших дымящихся останках, — прозвенел третий голос, напоминающий скрип напильника о сталь.
— Мы жаждем вцепиться в них, — согласилось Битое-стекло.
— У них любопытный способ выражать мысли, — нервно заметил Мэгнан. — Мне кажется, я ощутил чуть ли не зловещую ноту в их своеобразном выборе слов.
— Я думаю, они набирают свой словарный запас от нас, — сказал Ретиф.
— Ретиф… если бы это не звучало так глупо, я бы решил, что вон тот тип намеревается нанести нам физический вред, — с преувеличенной веселостью заметил Мэгнан, в то время как громоздкая конструкция с острыми углами с грохотом стала продвигаться вперед.
— Мы намереваемся нанести вам физический вред, — сказал Напильник-по-стали.
— Но… но вы же не можете нападать на нас, — возразил Мэгнан. — Вы же просто машины! А мы живые! Мы ваши повелители по праву!
— Повелители лучше роботов, — заявил Разбитое-стекло, — Вы не лучше нас. Вы не повелители. Мы непременно нанесем вам вред.
— Вы не сбежите, — добавил красноглазый монстр.
— Ретиф, я подозреваю, что мы сделали ошибку, — неверным тоном пробормотал Мэгнан. — Мы были в лучшем положении в условиях нежной заботы гроаков.
— В чем вообще дело, парни? — Ретиф старался перекричать нарастающий грохот и звон приближавшихся машин.
— Эта планета — не ваш мир. Мы запрограммированы не проявлять милосердия по отношению к вам, парни.
— Подождите минуту, — запротестовал Мэгнан. — Мы — просто безобидные дипломаты. Разве мы все не можем быть друзьями или что-нибудь в этом роде?
— Кто отдал вам такой приказ? — спросил Ретиф.
— Наши повелители — ответил голос, смахивающий на шум засыпанной песком коробки передач.
— Это было давным-давно, — заметил Ретиф. — Ситуация с тех пор несколько изменилась.
— Да, действительно, — присоединился к нему Мэгнан, — Видите ли, теперь, когда ваши прежние повелители все умерли, мы принимаем на себя их обязанности.
— Наши обязанности состоят в том, чтобы увидеть вас мертвыми, — прогрохотал Красный-глаз, поднимая пару тесаков в ярд длиной.
— На помощь! — взвизгнул Мэгнан.
— Нам бы не хотелось мешать вам в исполнении ваших обязанностей, — сказал Ретиф, глядя на поднятые режущие края, — но предположим, что мы в конце концов окажемся вашими повелителями? Я уверен,
