темное пятно, а потом раздается тихое журчание, и у его ботинка формируется небольшая лужица.
Он обмочился от страха.
– Тащите ему подгузник скорее! – раздается чей-то голос.
Е Пин, не сдержавшись, прыскает от смеха, но, осознав свою оплошность, тут же прижимает ладонь ко рту. Се Ли бросает на нее взгляд, но ничего не говорит.
– Если снова посмеешь оскорблять пациентов, я тебя сожру, – говорит Сагава без каких-либо эмоций в голосе. – Ты знаешь, за что я сюда попал. И я всегда делаю то, что говорю. Это тебе за Профессора.
С этими словами Сагава заносит лезвие и оставляет кровавый порез на щеке Се Ли. Из раны хлещет кровь, окрашивая лицо мужчины в красный цвет.
– А-А-А-А-А-А! – Се Ли визжит, как резаная свинья.
– Что происходит? Быстро откройте дверь!
За дверью слышатся топот и гомон множества людей. Кажется, к двери стекается охрана.
Одиноко стоящий в другом углу комнаты охранник подает голос:
– Они захватили в заложники замначальника Се Ли! Пожалуйста, помогите!
– Быстро откройте дверь! Иначе мы ее выбьем!
– Даем вам последний шанс! – звучат предупреждения от охранников за дверью.
– Я не люблю болтать, – говорит Сагава, прижимая губы к уху Се Ли.
Со стороны это выглядит так, будто он целует его.
– Так вот, в последний раз говорю: если будешь вести себя так нагло, я тебя сожру. Прикончу раньше, чем твои дружки убьют меня, и съем твой труп.
Сказав это, Сагава отпускает Се Ли, отступает назад, роняет лезвие на пол и поднимает руки.
Се Ли без сил валится на пол, и другой охранник спешит к нему на помощь. Он перекидывает руку Се Ли через плечо и отводит его к стене. Се Ли тяжело дышит, практически хрипит, что со стороны похоже на всхлипывания. Я вижу, что под маской свирепого охранника скрывается жалкий трус. Он опускается еще ниже в моих глазах, обнажив самую уродливую сторону своей натуры.
В конце концов охрана выбивает дверь и врывается внутрь. Сагаву валят, накрепко прижимая его лицом к полу. От начала и до конца лицо каннибала остается бесстрастным, будто его вовсе не держит отряд здоровых мужиков. Се Ли, кажется, оправился от нападения. Он видит, что угроза миновала, а обидчик обезоружен, и к нему снова возвращается храбрость. Несмотря на дрожь в ногах, он все-таки поднимается.
– Заприте… заприте… – отдает команду Се Ли, не осмеливаясь посмотреть в лицо Сагаве.
Два охранника поднимают Сагаву с пола и тащат его к выходу. Лицо каннибала сохраняет прежнее безразличие.
– Если кто-нибудь расскажет о том, что сегодня произошло, вы все трупы, – с ненавистью шипит Се Ли.
Даже в такой момент он умудряется угрожать нам.
* * *
Из-за этого инцидента охрана приняла решение отменить все мероприятия и вернуть больных по палатам. Поэтому я и не смогла передать подготовленное послание Дон Кихоту. Однако я успела договориться с ним, что передам ему все завтра во время очередного сеанса групповой терапии. На что же способен голубь? Честно говоря, думаю, что связаться с полицией у Санчо шансов мало. Хоть остров и небольшой, но у птиц не безграничный интеллект, так уж распорядилась природа. Санчо может играть в камушки с Дон Кихотом, но это вовсе не значит, что он понимает нас хорошо. Увы, будет успешным этот контакт или нет, зависит только от воли судеб.
Сегодня мне повезло, моя вылазка увенчалась успехом. Жаль только, что мне не удалось прочитать всю информацию из черной записной книжки Чжуан Яня. Тогда меня спугнул шум у двери, и я лишь бросила быстрый взгляд на графу с именем – и там не было написано «Сюй И». Чжуан Янь и впрямь морочил мне голову.
Меня зовут не Сюй И.
Меня зовут Тан Вэй.
Глава шестая
1
Я протянул руки и раздвинул шторы. Казалось, что солнце спряталось за облаками, даже с утра было видно только тусклое небо. Было еще рано. Сначала я думал, что где-то семь утра, но, взглянув на часы, понял, что едва перевалило за шесть. Чэнь Цзюэ все еще спал, лежа на спине. Способность заснуть где и когда угодно – поистине величайший дар.
Вспоминая о клоуне, которого я видел ночью, я никак не мог успокоиться. Конечно, как я и думал, этот остров и вправду странный. Если бы Чэнь Цзюэ тогда послушал меня и не отправился сюда, было бы куда лучше! Наверняка найдутся люди, которые будут высмеивать меня за трусость. Но я совсем не трус! Некогда я тоже был убежденным атеистом. Однако, когда сталкиваешься с такими событиями в жизни, которые невозможно объяснить с научной точки зрения, это потрясает до глубины души. Если даже ученый не спасся, куда уж мне? Убийство Сюй Пэнъюня, которое я видел на видео, показалось мне страшнее любого ужастика. Невозможно сравнивать реальность и вымысел, и страшная история из жизни всегда будет более пугающей, чем фильм ужасов.
От реальных дел у меня мороз по коже!
Да даже если допустить, что видеозапись убийства Сюй Пэнъюня подвергалась монтажу, то как тогда объяснить появление клоуна в коридоре общежития? Я своими глазами видел, как он стоял в нескольких шагах от меня, а потом внезапно пропал. М-да, вот это был номер, кому расскажи – не поверят. А может, у меня были галлюцинации? Думаю, что вероятность этого равна нулю. Я же здравомыслящий взрослый человек и в состоянии отличить вымысел от реальности. В ту минуту я в самом деле увидел клоуна, это не могло быть неправдой. Но вот то, что клоун вдруг растворился в воздухе, как дым от огня, объяснить было невозможно. Даже такой умник, как Чэнь Цзюэ, оказался бессилен против этой загадки.
Он тем временем повернулся на другой бок, улегся лицом к стене и снова захрапел.
Когда я пытался подвести хоть какие-то адекватные итоги, в дверь вдруг постучали. Кто же пришел так рано? Еще даже не время завтрака. Накинув кофту, я пошел открывать. Когда распахнул дверь, опешил: на пороге стояла Тан Вэй в компании начальника охраны Ци Лэя.
– Кое-что произошло.
На лицо Тан Вэй нельзя было смотреть без слез.
– Что? – я был совершенно сбит с толку, не понимая ситуации.
– Убили еще одного, – со вздохом сказала мне Тан Вэй.
От этой новости я на мгновение оцепенел. Честно говоря, хоть далеко не все обитатели острова относились к нам с дружелюбием, мне все равно было горько узнать про смерть кого-то из них. В тот момент я подумал о кривляющемся ночном
