его внимательных, прищуренных глаз, в которых читалась странная, нетрактуемая эмоция. Казалось, ему нравилось то, что происходило, но явно не нравилось, что подчинённая с ним так огрызалась. В конце концов он всё-таки взял душ и стал медленно поливать её водой. Иногда раздавались раздражённые вздохи, иногда, глядя в зеркало, Бауэр видела, как силуэт Анселла медленно качал головой.
— Ты пойдёшь назад в мокрых трусах?
— Когда наличие трусов, хоть и мокрых, стало в нашей с вами ситуации — минусом⁈ Лучше так, чем светить голым задом. В номере переоденусь, — девушка нервно вытаращилась, после чего встала и кивнула на выход. — Идёмте, я помылась. Спасибо за помощь, но больше не нужно. Я чистая.
Он ничего не ответил, лишь повернулся к Селене спиной и указал на неё большим пальцем. Та послушно влезла, хоть и ощущалось мужское тело куда более скользким после душа и забавно пахло тем женским гелем с неопределённым ароматом.
Как только они высунулись в холл, Бауэр почувствовала, что мёрзнет — причём до стука зубов. Кожа тут же покрылась заметными мурашками, волосы неприятно прилипали к шее.
Она облегчённо выдохнула, когда увидела, что ресепшн пустовал. Над ним качалась одинокая тусклая лампа, но за стойкой никого не было. Быть может, человек, который там дежурил, отошёл или прилёг и попросту заснул. Как бесшумная тень, Джерт стал подниматься наверх, под ним едва слышно скрипели деревянные ступени. Девушка вцепилась в его плечи, но тут же ослабила хватку. Через пару минут они уже были на втором этаже. Узкий коридор, редкие двери — и такой же редкий женский смех за некоторыми из них.
— Я донесу тебя до комнаты, — пробормотал шеф. — Поставлю возле неё, но не заходи туда сразу. Дай мне пару секунд, чтобы удалиться.
— А как поступать с остальными? — Бауэр нахмурилась. — Они будут задавать вопросы. Что им рассказывать?
— Скажи, что встретила меня. Мы заговорились, прогулялись по периметру территории, потом ты одна посидела в онсэне и вернулась.
— А полотенце? Что сказать по поводу полотенца?
— Сдуло ветром? — мужчина иронично поднял бровь, сам понимая, что сказал какую-то ерунду.
— Очень смешно, — Селена прищурилась.
— Скажи, что упала в онсэн, полотенце полностью намокло, и поэтому ты не потащила его назад. Что-то такое. Лучше? — Джерт прищурился в ответ.
— Немного, — девушка вздохнула. — Ладно, идёмте.
В тот же момент послышался щелчок открывающейся двери.
Сны
Анселл нервно вытаращил глаза и так же нервно попятился, тут же скрываясь во тьме лестничной площадки. Из комнаты вышел усталый Айзек, который мимоходом услышал за своей спиной фразу:
— Ну ты ещё посмотри там, вдруг вернулся. И дай знать, если Селена нашлась. Окей?
— Окей, — раздражённо пробормотал Де Голль, кутаясь в синий махровый халат. Его явно не радовала перспектива ещё раз прогуливаться по округе, но раз «Пришелец» просил — значит, надо. С ним скоро съёмка. И мистер Анселл похоронит своего секретаря заживо, если тот своим поведением заставит гостя сомневаться насчёт проведения совместной работы.
Баэур замерла, стиснув зубы. Джерт тихо процедил:
— Не шевелись и ничего не говори, — он начал медленно отступать к лестнице, и холодные скользкие ступеньки вновь предательски скрипели под босыми ногами.
Было слышно, как Айзек шаркающими шагами приближался к небольшой лестничной площадке. Селена снова впилась в кожу шефа ногтями, и тот оскалился. Всё внутри сжалось, лицо начало медленно краснеть. Удары пульса становились всё чаще и уже начинали отдаваться во вспотевших висках.
Де Голль вышел, всё сильнее кутаясь в халат, медленно оторвал взгляд от пола — и тут же столкнулся глазами с Джертом. Повисла тяжёлая, долгая, нелепая пауза. Секретарь ошарашенно заморгал, непонимающе осматривая Анселла, затем — Селену, которая выглядывала из-за его плеча. Но тот тихо зашипел ему в лицо:
— Смотри мне в глаза. Не вниз, не вверх, не в сторону — только в глаза.
— Ладно. Хорошо, — как робот, ответил Де Голль и действительно остановил зрачки на лице голого мужчины. Его выражение стало похоже на восковую маску, только на ней иногда, почему-то, дёргался уголок рта.
— Мисс Бауэр нашлась, — выдавил из себя Джерт. — Она упала в овраг за забором онсэна и повредила ногу. Я помог ей выбраться. Только, в силу обстоятельств, я потерял полотенце. А она… она одета. Почти. — Он поджал губы, глаза стали стеклянными. — Не поднимай панику, мне не нужен репутационный ущерб. Лучше принеси сюда новое полотенце. Два. Два полотенца.
— И где я его сейчас возьму? Рожу, что ли? — Айзек непонимающе вскинул брови. — На ресепшене уже никого нет. В комнату я не вернусь — там «Пришелец» беснуется, он что-нибудь заподозрит.
— Тогда снимай халат, — мужчина жутко улыбнулся. — Пожалуйста.
— Что? Халат? — Де Голль вскинул брови.
— У тебя же под ним что-нибудь есть? Вот именно. Снимай, — улыбка становилась всё шире. — Снимай, или останешься без премии. Как минимум.
— А как максимум? — Айзек скривился, но всё-таки стал нехотя развязывать узел на поясе.
— Как максимум — уволю, — Джерт гневно поджал губы.
Секретарь закатил глаза. На бледном, поджаром теле действительно были самые обыкновенные серые боксеры, но без халата ему было явно холодно. Селена осторожно слезла, соскользнула на скрипучую ступеньку и оперлась на поручень, попутно спрятавшись за широкой спиной Анселла. Вроде бы, её по-прежнему не было видно, хотя стоять всё ещё неудобно и довольно больно.
— Извини, — прохрипел шеф, пока натягивал на тело свой трофей, который был ему явно мал. — Я не могу отдать его тебе, мне нужно чем-то прикрыть гениталии. Подожди буквально одну минуту — я схожу к себе и возьму тебе полотенце.
— Да нет, не нужно, не тратьте время, — Бауэр вздохнула. — Вы и так почти донесли меня до места. Уж на последних десяти метрах полотенце мне не очень-то нужно. Девочки меня поймут.
Девушка не знала, отказывалась ли из-за того, что оно ей в самом деле не было нужно, или из-за нежелания оставаться одной на лестнице в одних трусах даже на минуту. Больше не хотелось случайно столкнуться ни с кем-то из персонала, ни даже со случайной моделью, которая также случайно может выйти ночью в уборную. Де Голль раздражённо косился в сторону, рассматривая стену. Анселл тяжело вздохнул, после чего
