Тим бросил на Миру ироничный взгляд, который она хладнокровно проигнорировала, вчитываясь в неразборчивый мужской почерк.
— Ты продолжай, продолжай… — подбодрил.
— И кто его писать учил, скажите на милость? Чисто курица лапой… Ну ладно, к сути. Итак, кровь девственницы… возникает вопрос, как выяснить, что особа женского пола — девственница? Опытным путем? Но тогда это будет уже, так сказать… порченый товар. Поверить на слово? Так кто ж тебе правду скажет? Магическим зрением посмотреть? Лакмусовую бумажку засунуть? Куда? Не может быть, чтобы прям туда… а как тогда?
В общем, вся помощь Миры заключалась в создании веселой атмосферы, но уж с этим делом она справлялась на ура. Тим то и дело ловил себя на том, что губы так и норовят разъехаться в шальной улыбке. Работа при этом спорилась — через полчаса в лаборатории был если не порядок, то относительное подобие оного.
— Нет, подожди, я еще не дочитала… как все? Ну и что. Слушай, а можно я копию сделаю? Давно так не смеялась… и почему сразу нет? Да ладно, что тут может быть важного… ох, ну ты и зануда… давай, отбирай конфетку у ребенка…
Потом очнулся Рич — к слову сказать, не понявший, что именно произошло. Тим отделался объяснением, что ему стало плохо. Увидев Миру, колдун скривился, но это не шло ни в какое сравнение с той гримасой, которая застыла на его подвижном лице, когда на глаза ему попалась Тесса, вольготно расположившаяся на диване в гостиной с чашечкой чая в руках. Рича натуральным образом перекосило от ярости, а невоспитанная девица даже ухом не повела, осталась безмятежна и умиротворена. Ни жестом, ни словом она не дала понять, что чувствует на самом деле. Лишь пристально глядела на Рича.
— Что она здесь делает? — завопил он. — Какого черта ты ее приволок?
— Успокойся, Рич, — Тим положил руку на плечо брата. — Давай все позже обсудим, когда ты выздоровеешь.
— Всенепременно, — злорадно ухмыльнулся колдун. — И мало вам, предателям, не покажется.
Поочередно пригвоздил всех троих взглядом к полу, после чего демонстративно сбросил руку Тима с плеча и удалился в лабораторию. Рядовой Брайт пошел за ним, Мира увязалась следом. Совместными усилиями им удалось выпытать некоторые подробности его неудачного путешествия. В итоге, разозлившись на настырных ребят, Рич выпил таблетку. Затем еще одну. И вот уже двадцать минут чудил. Таким образом они и оказались в кухне.
— Ты что-нибудь от нее узнала? Это совпадает с рассказом Рича? — спросил Тим, усаживаясь за стол. — И что между вами произошло? Почему ты вся как из… прости Истина… тролльей норы вылезла? И горячая как печка?
Больше всего на свете Мире хотелось вымыться, забраться под одеяло вместе с Тимом, крепко-крепко прижаться к нему и уснуть, а не выворачивать наизнанку душу прямо сейчас. Увы, не все мечты сбываются, и эта вообще относилась к числу утопий. Ведьмочка с тоской и невыразимой печалью посмотрела на свое отражение в зеркале, висящем около окна. Покачала головой, пропустила пальцы через жалкие остатки волос и сказала:
— Стильно. Смело. Оригинально. И пованивает. Этим и утешусь.
— Пойдем, я тебя умою, — вдруг предложил Тим, словно не он сейчас до нее докапывался, и Мира с радостью согласилась. Что угодно, лишь бы отложить тягомотный разговор. Взяв ее за руку, как маленькую, повел за собой. Ванная комната размерами не впечатляла, было видно, что Рич — не любитель нежиться в горячей воде по нескольку часов. Все было выдержано в темно-голубых тонах. Лаконичная душевая кабина — многофункциональная даже на мирандин неискушенный взгляд, со множеством непонятного назначения отверстий, пультом управления и, кажется, даже радиоприемником, небольшая раковина, полочка с мылом, шампунем и зубной пастой. В отдельном стаканчике болталась зубная щетка, рядом — бритвенный станок. В углу скромно притулился шкафчик с двумя дверцами. Мокрая мочалка валялась около кабины. Мира брезгливо подпихнула ее ногой под раковину и вопросительно взглянула на Тима — мол, давай, выполняй обещание. Заботься! Умывай! И желательно, молча.
Парень усмехнулся и пустил воду. Вода запенилась, зашипела, и Мира моментально вспомнила, как они с Тимом недавно принимали ванну. Кинуло в жар, щеки вспыхнули, а пальцы в ладони Тима чуть заметно дрогнули. Девушка отодвинулась подальше, чувствуя себя крайне неловко — пусть они и наедине сейчас, но квартира-то чужая, и позволять себе вольности и нежности ей представлялось неправильным. Почему-то казалось, что все — и Рич, и несносная Тесса — будут знать, чем они тут с Тимом занимались. Да, колдун уже как-то застукал их в постели, но в восприятии Миры то была другая ситуация. Они были у себя дома и имели полное право заниматься, чем хотят. То есть у Тима дома, это не столь важно. А тут…
Рядовому Брайту подобные тонкие материи были по барабану. Он почуял женское мягкое тело и рвался добраться до него немедленно. Его руки со знанием дела освободили Миру от платья, при этом он даже снизошёл до объяснений:
— Оно все равно рваное и грязное. Ты же не будешь в нем ходить после душа, так? И мыться в нем тоже кажется странным, согласись.
Когда это она давала согласие на «мыться», Мира не помнила, хоть убей. Вполне может быть, что и не давала вообще. Но как только пальцы Тима коснулись все еще горячей обнаженной кожи и пробежались по чувствительным местечкам, которые за недолгое время очень хорошо выучили, ведьмочка запрокинула голову назад, парню на плечо, и с наслаждением выдохнула. Вот ведь змей-искуситель! А по виду и не скажешь…
Длилось потакание своим желаниям лишь мгновение, но парень успел оценить степень доступности и усилил натиск. Мира заворчала и отодвинулась — ну уж нет, на секс в квартире Рича она не подписывалась. Тим все понял правильно, еще некоторое время потискал ведьмочку ради удовольствия видеть ее томные, полузакрытые глаза, ощущать трепет в её теле, а затем со вздохом сожаления приступил к прямым обязанностям камеристки.
Как Тим включил душ, как втолкнул разомлевшую девушку под воду, как осторожно промывал царапины и ранки, она не помнила абсолютно. Перед глазами стоял туман, в голове приятно шумело, а тело пребывало в расслабленном блаженстве. Прохладные тугие струи били по коже, и как-то незаметно получилось, что Тим встал рядом, полностью обнаженный, и вымыл Мире волосы, точнее, их остатки, ароматным шампунем. Выключил воду. Достал из шкафчика полотенце, насухо промокнул девушку и обернул с головы до розовых пяток в простыню, взятую оттуда же. Все это молча, уже без какой-либо сексуальной подоплеки. Вытерся сам и быстро оделся, после чего подхватил Миру на руки и понес в кухню.
