выяснить с ним отношения и во всем разобраться, но в то же время мне хотелось, чтобы он ушел. Оказавшись в квартире, я сбросила босоножки и швырнула сумку на диван, всем своим видом показывая, что я возмущена его поведением.
‒ Теперь мы можем поговорить? – Я уставилась на Коула, вскинув подбородок.
Мужчина остановился посреди комнаты, сдержанно глядя мне в лицо.
‒ Только после того, как ты примешь душ и приведешь себя в нормальный вид.
Нотки снобизма и неодобрения в его голосе резанули мне слух. Я моргнула, непроизвольно отступив назад. Конечно, я знала, что выгляжу, мягко говоря, не очень, но он будто заявил, что такая, как сейчас, я не заслуживаю его внимания и времени. Не соответствую Коулу Кроуфорду.
На какой-то миг мне захотелось с ним поспорить. Упереться и заявить, что если хочет разговаривать, ему придется смириться с тем, что есть, а иначе может проваливать. Но это желание исчезло так же быстро, как и появилось. Этим утром я не находилась в боевом настроении, к тому же, все еще плохо себя чувствовала, и душ, как я надеялась, облегчит похмелье.
Оказавшись в ванной, я получила небольшую передышку, и у меня появилось время подумать, как и что мне сказать Коулу, чтобы его гнев сменился на милость. В очередной раз я напомнила себе, что не сделала ничего (кроме того, что вынудила его немного поволноваться), из-за чего могла бы считать себя виноватой перед ним.
Стоя под потоками теплой воды, я с наслаждением чувствовала, как потихоньку расслабляются мышцы в теле. Я не торопилась, даже зная, что меня ожидает Коул. Я тщательно вымыла голову и терла кожу мочалкой, пока она не покраснела. Небольшая ванная комната быстро наполнялась паром. Наконец-то, я выключила воду и вышла из кабинки, замотавшись в полотенце. Стерев конденсат с зеркала, я посмотрела на свое отражение с удовлетворением впервые за этот день. Воспаление на подбородке никуда волшебным образом не исчезло, но в остальном все было куда лучше, чем полчаса назад.
Порывшись в ящике и отыскав мазь от прыщей, я нанесла немного на покрасневшую зону. У меня была не особенно проблемная кожа, но порой случались такие мелкие неприятности.
Пока я возилась с лицом, Рина постучалась в дверь и, не дожидаясь ответа, вошла внутрь.
‒ Ну ты здесь и напарила! – наморщила нос подруга.
Я не знала, что она дома. Наверное, затаилась в своей комнате, когда появились мы с Коулом.
‒ Сильно паршиво смотрится? – Я оглянулась к ней, указав на свой подбородок.
Рина подошла ближе и, присмотревшись, покачала головой.
‒ Не, не очень. Так ты расскажешь, что вчера произошло после того, как я ушла с тем красавчиком?
Взяв с Рины обещание, что позже она в деталях опишет мне свои приключения с ее новым юным другом, я рассказала о том, как перебрала с алкоголем, подстегнутая неуемной Линсей Марин и как в итоге проснулась в ее доме. Подробности того, как меня вывернуло при ее муже Итане и то, что какое-то время допускала, что у нас мог быть секс, я решила опустить.
‒ Коул на меня жутко зол, ‒ с досадой вздохнула я.
‒ Это я уже поняла. И сейчас он ждет тебя, чтобы всыпать по твоей непослушной заднице? – Рина вскинула крашеные брови.
‒ Он не станет бить меня по заднице! – возразила я, только наполовину уверенная, что Рина шутит. ‒ Он хочет, чтобы я как следует пожалела, что доставила ему сложности, не поставив в известность, где я и с кем.
‒ Ну, у него вроде как есть причина быть недовольным, ‒ осторожно заметила подруга.
Я уставилась на нее, словно она подставила мне подножку. Хотя, в ее словах был смысл.
Черт!
‒ Энди никогда не стал бы устраивать из подобного целую историю! – Как будто моего бывшего волновало что-то кроме его собственной персоны.
‒ Это говорит лишь о том, что Энди тот еще козел, ‒ хмыкнула Рина.
Вот тут я на сто процентов была с ней согласна.
‒ А сейчас, думаю, мне лучше свалить и дать вам возможность пошуметь без свидетелей, ‒ сказала она.
Я скрестила руки на груди, с разочарованием покачав головой.
‒ Ты просто трусливо сбегаешь!
‒ Он мой босс! – Она виновато развела руками. ‒ Если ты его выведешь, а я окажусь рядом, он может меня уволить!
Я впилась в нее взглядом в надежде воззвать к ее совести, но не сработало. Быстро обронив, что мыслями она со мной, подруга выскользнула за дверь.
Я вздохнула и обреченно посмотрела на свое отражение: сколько время не тяни, а выйти к Коулу все равно придется.
Я немного ускорилась, решив, что в той поговорке верно говорится – перед смертью не надышишься. Волосы сушить феном я не стала, наспех промокнув полотенцем. Вернувшись в свою комнату, я надела белую футболку и серые домашние треники. Вообще-то, моя рука сразу потянулась за шортами, но тут я вспомнила про свои колени и подумала, что нечего Коулу давать лишнюю возможность разглядывать их. Одевшись, я подошла к зеркалу, убедиться, что выгляжу нормально. Без излишеств, никаких манипуляций, чтобы отвлечь его и переключить его внимание на определенные части моего тела. Я не хотела, чтобы он решил, что я старалась предстать перед ним в привлекательном виде.
Это не так.
Треники. Он может подумать, что я надела их, чтобы скрыть от него колени. Что является правдой. Потому что мне есть что скрывать. А вот это – не правда. Но зачем давать ему лишний повод?
Беззвучно захныкав, я выбралась из треников, быстро натянула шорты и шагнула за дверь.
* * *
Коул сидел перед включенным телевизором, но когда я вошла, выключил его и поднялся.
Я не знала, как все будет, когда я вернусь. Он сразу набросится на меня с обвинениями, или возьмет время на раскачку? Хотя времени я дала ему предостаточно, меня почти час не было. В какой-то момент я даже думала, что Коул вломится в ванную, устав ждать.
