Только я принялся огибать Закругление, как языки пламени окутали меня целиком. Темп замедлялся, хотя сил уходило все больше. Каждый шаг отдавался во мне болью, и все ближе становилась Последняя Вуаль. Я чувствовал, как весь превращаюсь в сгусток воли, словно все во мне сосредоточилось на единственной цели. Еще шаг… Ощущение было таким, будто, пригибая к земле, на меня давили тяжелые доспехи. Последние три шага толкают на край отчаяния.
Еще…
Потом настал момент, когда само движение стало не так важно, как усилия. Значение имели теперь не результаты, а попытки. Воля моя стала пламенем, тело — дымом или тенью.
И еще…
В охватившем меня голубом свете оранжевые языки пламени окружавшие Корал, превратились в серебристо-серые раскаленные иглы. Сквозь потрескивание и постреливание опять донеслось что-то вроде музыки — медленной, низкой; глубокий дрожащий звук был таким, словно Майкл Мур играл на басе. Я попробовал уловить ритм, чтобы двигаться в нем. Мне почему-то показалось, что это удалось, а может изменилось ощущение времени, и следующие несколько шагов я будто тек, как вода.
А может быть, Лабиринт почувствовал, что в долгу передо мной и отчасти облегчил мою участь. Этого я так и не узнал.
Я прошел сквозь Последнюю Вуаль и оказался один на один со стеной пламени, которая вдруг опять стала оранжевой, но не остановился. В самом сердце огня я еще раз затаил дыхание.
Там, в центре Лабиринта, лежала Корал, которая выглядела почти так же, как во время нашей последней встречи — в медно-красной рубашке и темно-зеленых бриджах, — но, простершись на своем толстом коричневом плаще она, кажется, спала. Я опустился возле нее на колено и положил ей руку на плечо. Она не шелохнулась. Я похлопал ее по щеке, убрав прядь рыжеватых волос.
— Корал? — позвал я.
Ответа не было.
Я вернул руку ей на плечо и легонько потряс.
— Корал?
Она глубоко вздохнула, но не проснулась.
Я потряс посильнее.
— Корал, проснись.
Просунув руку ей под плечи, я немного приподнял ее. Она не открывала глаз. На нее явно наложили какое-то заклятие. Вряд ли середина Лабиринта подходящее место для того, чтоб вызвать Знак Логруса, если не хочешь превратиться в золу. Поэтому я попробовал средство из книжек. Я нагнулся и поцеловал ее. Она издала низкий звук, ресницы дрогнули, но Корал не очнулась. Я попробовал еще раз. С тем же результатом.
— Что за дерьмо! — заметил я. Чтобы поработать над таким заклятием, нужно было немного места для локтей, а еще — чтобы у меня был доступ к орудиям моего ремесла и место, куда безнаказанно можно вызвать источник своей силы.
Я приподнял Корал повыше и скомандовал Лабиринту перенести нас обратно в Амбер, в мои покои, где, тоже в трансе, лежала ее сестра, в которую вселилась ти'га. Это постарался мой братец, чтобы защитить меня от нее.
— Отнеси нас домой, — сказал я вслух, чтобы было убедительнее. Ничего.
Тогда я изо всех сил представил себе Амбер и сопроводил это еще одной мысленной командой.
Мы не двинулись с места.
Я осторожно опустил Корал, выпрямился и там, где языки пламени были послабее, выглянул в Лабиринт.
— Послушай, — сказал я, — я только что оказал тебе большую услугу. Это стоило большого напряжения, да и риск был немалый. Теперь я хочу к чертям собачьим выбраться отсюда и забрать эту леди с собой. Может, сделаешь одолжение?
Языки пламени утихли, и после нескольких всплесков исчезли. В потускневшем свете стало видно, что Камень вспыхивает, как лампочка вызова на гостиничном коммутаторе. Я поднял его и заглянул внутрь.
Вряд ли я ожидал увидеть короткометражку из тех, на которые не пускают детей, но там шло именно это.
— По-моему, это не тот канал, — сказал я. — Если у тебя есть информация, давай. А нет, то мне надо домой, и все тут.
Все осталось по-прежнему, только вот я вдруг осознал, до чего две фигурки на камне похожи на нас с Корал. Они занимались этим на плаще, похоже, посреди Лабиринта — ни дать ни взять пикантный вариант старой этикетки от соли, а если бы они могли посмотреть в Камень, который тот парень хранил, повесив на шею…
— Хватит! — закричал я. — Это, мать твою, смешно! Тебе нужен тантрический ритуал? Пошлю тебе профессионалов! Эта леди даже не проснулась…
От Камня снова пошли вспышки, такие яркие, что глазам стало больно. Я выронил его. Потом опустился на колени, сгреб Корал в охапку и встал.
— Не знаю, ходил кто-нибудь по тебе от конца к началу до меня, или нет, — сказал я, — но, по-моему, должно получиться.
И шагнул в сторону Последней Вуали. Передо мной немедленно выросла стена пламени. Отпрянув от нее, я споткнулся и упал на расстеленный плащ. Корал я прижимал к себе, чтобы она не попала в огонь. Она упала на меня сверху. Казалось, она вот-вот окончательно проснется.
Корал схватила меня за шею и вроде как потерлась носом о мою щеку. Теперь она производила впечатление скорее дремлющей, чем спящей глубоким сном. Думая об этом, я обнимал ее.
— Корал? — предпринял я еще одну попытку.
— М-м, — сказала она.
— Похоже, отсюда мы выберемся только, если займемся любовью.
— Я думала, ты никогда мне не предложишь, — пробормотала она, так и не открывая глаз.
Развернув нас обоих на бок, так, чтобы можно было добраться до ее медных пуговок, я говорил себе, что это уже не так напоминает некрофилию. Пока я занимался застежкой, она пробормотала что-то еще, но в беседу это не переросло. Тем не менее, ее тело не оставило без внимания мои ухаживания, а наше неожиданное свидание, быстро обретая все обычные черты, становилось слишком обыденным, чтобы представлять большой интерес для искушенных. Но такой способ снимать заклятие был весьма оригинальным. Может быть, у Лабиринта есть чувство юмора. Не знаю.
Огонь утих в тот самый момент, когда, так сказать, огонь утих. Корал наконец открыла глаза.
— Похоже, на огненное кольцо это повлияло, — сказал я.
— Когда сон перестал быть сном? — спросила она.
— Хороший вопрос, — ответил я, — и ответить на него можете только вы.
— Вы только что спасли меня от чего-то?
— Проще всего выразиться так, — ответил я, а она, чуть отстранившись, обшаривала взглядом пещеру. — Вы попросили Лабиринт отослать вас туда, где вам и надлежит быть, и видите, до чего дошло?
— Оттрахали, — ответила она.
— Именно.
Мы отодвинулись друг от друга и привели одежду в порядок.
— Недурной способ познакомиться получше… — начал я, и тут земля задрожала так сильно, что вся пещера затряслась.
— И, верно, наше время здесь вышло, — заметил я, когда нас, тряхнув, прижало друг к другу, отчего пришло успокоение, если не сказать — чувство взаимной поддержки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
