неумелым, как Рон. Он не делал никаких движений, даже не шевелил губами. Слизеринец будто передавал через поцелуй свои чувства. Прижимаясь к ней так мягко. Она чувствовала его запах. Хвойный. И была неподвижна, но в душе её взрывались фейерверки, заставляя трепетать от счастья. Никогда и ничего подобного она не испытывала.
«Я ему нравлюсь?»
Глава 8.
Саундтрек:
The neighborhood — Sweater weather
И он просил всего одного. Дать ему шанс быть самим собой.
Набоков
— Гарри… Мне тоже не хватает нас. Рона не хватает… Он бы сейчас сморозил какую-нибудь глупость, — услышал голос Грейнджер Драко.
Малфой не понимал, почему он остался стоять у двери спальни мальчиков. Почему решил подслушать разговор гриффиндорцев тоже.
— Ты скучаешь по нему? — донёсся голос Поттера.
— Да, я очень скучаю, — ответила гриффиндорка.
Драко откинул голову на стену. Пальцы зарылись в платиновые пряди.
«Она скучает по Уизелу. Ты же это понимал! Всегда знал, что у тебя с ней ничего не будет».
Краем глаза он наблюдал через небольшую щель, как она садится на ковёр, а сзади неё устраивается Поттер. Они что-то изучают, и тут Избранный берёт её волосы в свои руки. Так небрежно и торопливо. Сворачивает их в пучок и заталкивает палочку в её пряди. Она откидывает голову ему на колено и смеётся.
Злость разливается по телу, как раскалённая сталь. Медленно и мучительно, обжигая каждый сантиметр тела.
«У них всё так легко. Она любит Уизли. У неё с Поттером нерушимая дружба. Проклятое Золотое трио».
«Они всегда могут просто быть с ней. Просто прикасаться к ней. Она смеётся и светится рядом с ними. Нет запретов, нет правил. Всё так просто».
«Почему я не могу быть с ней так?»
Ноги перестали держать Драко. Он сполз по стене и уронил голову, руки упёрлись на согнутые колени. Несмотря на всё, она так и оставалась для него чем-то недоступным, невозможным, запретным, но таким желанным. А потому и таким ненавистным.
«Да и что ты можешь ей дать? Через три месяца ты исчезнешь, будешь в бегах! На что ты рассчитывал?»
— ядовито твердило сознание.
«Что у меня есть три месяца, чтобы быть с ней. Чтобы просто забить на всё, отпустить. Дышать ей, смотреть в эти проклятые карие глаза. Тонуть в этой карамели».
«Но есть одно
НО
! Ей на тебя плевать».
Все последующие дни он избегал гриффиндорку.
Солнце постепенно опускалось за горизонт, тая в бордовых оттенках заката, играя причудливыми бликами на стеклянном графине. Гостиная Башни старост неспешно окрашивалась в лиловые цвета. На диване в коричневой обивке, откинув одну руку на мягкую подушку, сидел Драко Малфой, читая выпуск «Ежедневного пророка». Он слышал, как отодвинулась статуя льва, и кто-то торопливо зашагал. Не опуская газеты, слизеринец уже понял, кто стоял перед ним, тяжело дыша. Отчётливый сладкий запах молочной карамели ударил в нос, заставляя болезненно сжаться что-то в левой части груди.
«Ненавижу! Как же я тебя ненавижу!»
«Как же сильно я хочу прижать тебя к себе и дышать, дышать этой карамелью! Ненавижу сладкое. Ненавижу карамель. Ненавижу тебя».
— Опять зов приключений? — холодно сказал он.
«Стало скучно, пока Уизли нет рядом? Вспомнила обо мне?»
Девушка слегка затормозила.
«Думала, я тебе шут заказной? Должен, блять, быть счастлив, когда тебе этого хочется? Нихера подобного, Грейнджер. Найди себе, сука, другого питомца».
— Я тут подумала… Нужно проверить у Филча. Я пересмотрела, наверно, уже всю библиотеку в поисках информации о Выручай-комнате, но ничего нет. Пока мы ищем, может, проверим каморку Филча? Там много всего, — она подняла на него свои карие глаза.
Искрящийся лёд встретился с горячей карамелью.
«Пересмотрела всю библиотеку в поисках?» — он сглотнул ядовитые колкости.
«Так она искала? Она не забыла об этом. Не забыла обо мне».
Неугомонное существо, что обитало в левой части груди, довольно замурчало.
— Ты искала? — тихо переспросил он.
— Что? В смысле? — не поняла гриффиндорка.
— Ты всё это время искала информацию, — так же тихо сказал он.
— Ну да. Мы же договорились. Как что-то найдём, дадим знать. Или ты уже справился?
«Мы?»
— Драко собирал все силы, чтобы не улыбнуться.
«Малфой, ты ведёшь себя как недоумок! Соберись, блять. Плывешь от одного слова
мы
? Браво».
— Нет. Я ничего не нашёл. Просто подумал, что ты забыла, — он пытался напустить на себя непринуждённость, но, кажется, совсем безуспешно.
Стеклянный графин вдруг стал так сильно интересен слизеринцу. Блики от заката играли на нём, переливаясь всеми цветами радуги.
«Не смотри на неё. Она всё увидит по глазам. Верни себе самоконтроль! Давай же, блять. Как учил тебя отец? Отец…»
— Как я могла забыть. Я ведь обещала.
«Чёрт, Грейнджер! Ты не даёшь мне даже шанса выкинуть тебя из головы».
«Сука, я не могу. Нихера не получается! Я, наверно, просто хочу её? Салазар подери, да. Я просто безумно хочу её».
Он перевёл на неё взгляд. Её щёки залились румянцем, и она опустила глаза.
Он приблизился к ней.
«Чёртова Грейнджер! Я хочу тебя прямо здесь. Сейчас».
«Это просто желание тебя трахнуть. Больная фантазия. И она сводит меня с ума, заставляя воображать себе какой-то дебилизм. Мне надо тебя взять, и всё закончится».
Она замерла, будто ожидая его действий.
«Наверно, Крам сорвал с неё целку ещё тогда, на четвёртом курсе, а потом был Уизли. Пиздец, трахать девушку после Уизли? Блять. Не комильфо».
«Да плевать. Я хочу её... Не важно после кого. Хочу»
Звук отодвигающейся статуи льва, отрезвил сознание слизеринца.
«Но не здесь».
— Сходим после ужина. Жди на первом этаже возле кабинета Заклинаний, — быстро сказал он ей и вышел из Башни старост.
«Мне точно просто нужно её трахнуть! Просто трахнуть, и всё закончится. Это просто желание и не больше»
.
Каморка Филча была небольшой, а пахло в ней сыростью и пылью. Они торопливо осматривали стеллажи, но Драко был уверен, что его часов здесь нет.
— Ты, кажется, удивился тому, что я искала информацию, — вдруг сказала Грейнджер.
«Чёрт! Она заметила…»
«Драко, блять, только слепой бы не заметил!»
«Да, я удивился. Потому что думал, что ты ходишь и мечтаешь о скорейшей встрече с рыжим недоумком».
— Думал, твоя голова занята другими мыслями, — ответил Малфой.
— Какими? — спросила она.
— Может, о своём парне, — холодно сказал он. — Ты ведь
