Я затаила дыхание, мой разум кружился, а тело напряглось. О чем бы мне спросить?
Пока я отчаянно пыталась найти правильный вопрос, ужасающий бог протянул руку и провел пальцем по переду моего зеленого платья в дорожных пятнах. Краска, казалось, сочилась с кончика его пальца, когда он путешествовал по грязно-зеленой ткани, и через несколько секунд мое платье превратилось в алое бальное платье с широкой юбкой.
— Мне так нравится видеть тебя в красном, — промурлыкал он, оскалив мне острые зубы, прежде чем постучать по короне в моей руке. — Она будет эффектно смотреться на тебе.
Я резко втянула воздух.
— Ты можешь притронуться к ней?
— Я бог, — ответил он, как будто это все объясняло. — Время вышло, красавица. Какой у тебя вопрос?
Был миллион вопросов, которые я могла бы задать. Кто убил мою мать? Кто возился с магией? Как мне все это остановить? Вопросы, которые были бы полезными. И все же то, что сорвалось с моих губ, когда я приоткрыла их, было…
— Кто мой отец?
В ту секунду, когда вопрос повис в воздухе, я зажала рот рукой.
Глупый, эгоистичный, бессмысленный вопрос! Как насчет чегонибудь, что могло бы помочь жителям Тейха? Кому вообще было насрать, какой случайный дворянин закрутил интрижку с моей матерью?
Однако совершенный, красивый, наводящий ужас бог передо мной улыбнулся шире.
— Умная девочка, — пробормотал он. — На мгновение я испугался, что ты можешь задать бессмысленный, требующий самопожертвования вопрос.
— Ну? — Я надавила, сохраняя свою браваду, в то время как мое сердце билось так быстро, что я боялась, что оно может выскочить. Я
озвучила свой вопрос, к лучшему или к худшему.
— Твоя прекрасная мать действительно была очень непослушной королевой, — сообщил мне бог, прищелкнув языком в притворном неодобрении. — У нее был страстный, опасный роман с кем-то, кто в конечном итоге стал причиной ее смерти… и твоей, почти. Твой отец -
не кто иной, как сам Сэл.
Кровь отлила от моей головы так быстро, что я пошатнулась. Если бы моя спина не была прижата к стене, я бы упала.
— Ч-что? — Я заикнулась, не веря своим ушам. — Сэл, бог судьбы. Этот Сэл?
— Сэл, повелитель богов, — насмехался надо мной великолепный,
грозный бог. — Тот самый. Ты знаешь, в последний раз, когда у бога был роман со смертным, он был убит.
— Но не Сэл? — Я выдохнула, чувствуя, как вся комната качается. Он с раздраженным видом покачал головой.
— Только не Сэл. В конце концов, он главный. Итак, ты должна знать достаточно о боге, чтобы понимать, что жена Сэла довольно мстительного типа и не из тех, кто оставит подобное нарушение без наказания.
— О звезды мои, — выдохнула я, прикрывая рот свободной рукой.
— Рэйч. Так вот почему Аана пыталась убить меня?
Бог пожал плечами и отошел от меня.
— Ты была скрыта очень долго, но эта защита исчезла. Теперь,
благодаря глупому смертному, который разрушает магию страны, мы все снова свободны.
— Что, черт возьми, это значит? — Потребовала я ответа, безумная потребность в информации пересилила мой страх перед этим богом.
— Это значит, что игра в разгаре. — Он собрался уходить, но бросил ухмылку через плечо. — Но тебе нужно решить одну вещь. Ты пешка, игрок или приз? В любом случае, я с нетерпением жду возможности сыграть с тобой.
Многозначительно подмигнув, он исчез.
s vgi mg
КОМНАТА В ШАХТЕ жрицы Ремы медленно возвращалась в фокус, но когда это произошло, мне пришлось подавить изумленный вздох. Комната была битком набита женщинами, все склонились в поклоне, прижавшись лбами к земле.
Их человеческими лбами.
Каждая женщина в комнате была полностью человеком, и если только они не прятались где-нибудь, чтобы мы их не видели… тогда жители Стальгорна были излечены от своих мутаций.
— Ч-что? — Пролепетала я, разинув рот от открывшейся передо мной сцены.
— Я же говорила тебе, что ты все исправишь, — угрюмо пробормотала Саген, скрестив руки на груди и фыркнув. — Ты уже начала.
Сбитая с толку, я повернулась к жрице Реме, которая улыбнулась мне совершенными человеческими губами. Ее пастельно-фиолетовые волосы ниспадали на грудь и рассыпались по сиденью рядом с ней, а глаза были цвета моря на островах Шон… или того, как я всегда представляла, как это должно выглядеть.
— На корону нашей покойной королевы Офелии претендует ее законный наследник, — объявила она склонившимся дамам,
собравшимся в комнате. — Боги довольны, и благодаря милости
Бармзиг жители Стальгорна были излечены от своего проклятия.
У меня зачесалась спина, метка моей матери подталкивала меня к более ясной правде, и я прищурилась, глядя на Рему. Внезапно я увидела ее такой, какой она была на самом деле, когда от ее кожи исходило слабое свечение. Боль пронзила мои пальцы, когда моя хватка на коронке усилилась, и я открыла рот, чтобы возразить ей.
— Сегодня вечером мы празднуем, — продолжала Рема, обращаясь к собравшимся горожанам, — потому что наша новая королева среди нас. Приветствую тебя, королева Зарина.
Раздались радостные возгласы, эхом разнесшиеся по пространству шахты, даже когда Рема или, как я подозревала, Бармзиг,
заговорщически подмигнула мне.
Дамы города начали тесниться ближе, протягивая руки, чтобы прикоснуться ко мне, и Рема встала со своего места, чтобы тихо сказать мне на ухо.
— Я на твоей стороне, дитя. Не все боги хотят твоей смерти.
Я сжала губы, ошеломленная объемом знаний, которые только что приобрела. — Только большинство из них.
Рема — Бармзиг — просто пожала плечами.
— Но не все. Перед тобой стоит огромная задача, но сегодня вечером, я думаю, ты заслуживаешь перерыва. Танцуй, пей, люби своих принцев, и прежде всего, — она серьезно посмотрела на меня,
— береги ее. Если ты не готова надеть ее, тогда спрячь. В игру вступили темные силы. Сильные. Ты же не хочешь, чтобы это попало не в те руки.
Я коротко кивнула ей и опустила взгляд на элегантный головной убор в своих руках.
— Куда ты предлагаешь ее спрятать? — Спросила я, затем снова посмотрела на нее… за исключением того, что ее там больше не было.
— Бр-а-а, Рема? — Я нахмурилась, оглядываясь в поисках нее. Однако теперь все женщины города стояли и возбужденно болтали.
Единственное, что удерживало их от того, чтобы наброситься на меня,
была Саген, которая стояла между мной и ними с выражением «не-связывайся-со-мной» на лице.
— Нам следует выбираться из этой пещеры, пока нас не задушила твоя обожающая публика, — предложила она с едва заметной долей сарказма. — Почему ты делаешь такое лицо?
— Куда подевалась Рема? — Я спросила ее, все еще выискивая в толпе прекрасную богиню с пурпурными волосами. — Я разговаривала с ней, а потом она просто ушла.
Саген изогнул идеальную бровь, глядя на меня.
— Черт возьми, если я знаю. Давай, освободим твоих любовников из камеры, пока они не поубивали друг друга.
Я съежилась и кивнула. На мой взгляд, такая возможность казалась слишком реальной.
После нескольких не слишком вежливых толчков со стороны Саген, которая каким-то образом стала моим личным охранником, мы выбрались из шахты и направились обратно к ратуше, где наши товарищи оставались взаперти.
Мы медленно возвращались по мощеной булыжником улице, ведущей к зданию ратуши, поскольку люди, казалось, стекались отовсюду. Эта главная улица быстро заполнилась женщинами, все болтали и подбадривали друг друга, недоверчиво прикасаясь к лицам друг друга, обнимаясь и плача от радости… Это было трогательное зрелище, и его было нелегко проигнорировать.
К счастью, мне не пришлось этого делать.
— Калла! — Крикнул Ли, подбегая к нам по улице и заключая меня в крепкие объятия, когда он закружил меня. — Мы так волновались. Что случилось? Как все вдруг снова стали людьми? И почему тебе пришлось сменить платье?
