человеку, принимаюсь его рассматривать, думая над своими чувствами, которые я испытываю к нему.
— Всё в порядке? — замечает мой интерес Дементьев.
— Да, просто… — не сразу нахожу, что ответить. — Просто знаешь, мне ведь не только с родителями, но и с тобой так повезло.
— Лия, — он бросает на меня теплый взгляд, — это ведь совсем не так, а наоборот. Мне повезло.
— Ой, да брось, перестань смотреть на меня так, — отмахиваюсь я.
— Как? — спрашивает Андрей, усмехаясь. — Глазами, полными любви? Я ведь люблю тебя, глупышка.
И я хочу ответить ему тем же, сказав три этих заветных слова… и не могу. Просто не могу. Поэтому стараюсь, как можно счастливее ему улыбнуться. Дементьев никогда меня не торопил ни с чем, всегда говорил, что будет ждать столько, сколько потребуется, но сейчас лично для меня всё представляется в совсем ином свете. Что если и ждать-то ему нечего? Что если я сама так никогда и не смогу ответить ему взаимностью?
И в этот момент он кидает на меня быстрый взгляд, вроде бы и счастливый, но… но с крошкой грусти внутри и чего-то ещё, что я разглядеть не успеваю. Возможно, его терпение начинает подходит к концу, просто он сам пока этого ещё не понимает.
Что же мне делать? Что будет правильно для Андрея и что будет правильно для меня? Как поступить?
Да, папа, подкинул ты мне почву для размышлений…
Лия (24)
На даче нет света и стоит полная тишина.
— Твоего брата нет дома? — интересуется Андрей, разуваясь, когда я закрываю дверь на замок.
— Ага, Лука отправил сообщение, что будет не раньше одиннадцати, — отвечаю я и тоже сбрасываю обувь.
— Правда? — говорит молодой человек низким голосом, подходит ко мне ближе и обнимает. — Значит, в нашем распоряжении есть как минимум полтора часа?
Андрей не дожидается ответа и обнимает меня, затем поднимает руку и нежно ведёт ей по моим волосам, смотря на меня глазами, полными любви, в которых начинает полыхать желание. Молодой человек медленно, как будто дразня, наклоняется, опускает свой взгляд на мои губы и целует их, прижимая меня к себе сильнее.
Я отвечаю на поцелуй, веду руками по его плечам, а затем обнимаю за шею, но… ничего не выходит. Сейчас моё сердце и тело совсем не отзываются на прикосновения парня. В голове ворох мыслей, которые постоянно отвлекают и не дают расслабиться. Или это просто моё оправдание тому, что Андрей не тот человек, который мне нужен, хоть раньше он и вызывал во мне желание, пусть и не очень сильное.
Мужчина подхватывает меня и несёт на диван в гостиной, я всё ещё пытаюсь заставить себя отзываться на его ласки, даже сама углубляю поцелуй, но это происходит скорее механически, чем чувственно и страстно, но Андрей не замечает или не обращает на это внимание, продолжает целовать и перехватывает инициативу в свои руки.
Он укладывает меня на диван, на мгновенье отстраняется и снимает с себя рубашку через голову. Я тоже приподнимаюсь, чтобы снять с себя футболку, но именно в этот момент натыкаются на одну из фотографий, стоящую на тумбе сбоку от дивана, — на ней изображены мы с Лукой, но она сделана на свадьбе Дроздова. На меня будто выливают ушат холодной воды, и я теряю весь свой решительный настрой.
Дементьев опускается и начинает целовать мою шею, но мне от этого становится лишь противнее, точнее противнее мне становится от самой себя, что я в постели с одним мужчиной, а думаю совсем о другом.
— Андрей, — тихонько молю я. — Андрей, пожалуйста…
— Да, моя Лиечка…
— Андрей, хватит, — повторяю тверже, и молодой человек останавливается. — Не надо, прошу.
Он зависает надо мной и поднимает на меня встревоженный взгляд.
— Что-то не так? — обеспокоенно спрашивает.
— Я… — спотыкаюсь, пытаясь придумать объяснение своему поведению. — Давай не сегодня. Я не в настроении.
Андрей несколько секунд внимательно на меня смотрит, но затем уступает, садится на диван в моих ногах и надевает рубашку обратно. Я чувствую себя ужасно, мне физически плохо. Когда мы были в Москве, все как-то было легче, после того нашего первого поцелуя, я практически не думала об Илье рядом с Дементьевым, но здесь и сейчас, кажется, я не могу думать больше ни о чём, кроме как о моих безответных чувствах к Дроздову. Ещё и фотография, на которой его даже нет, но сделана на его свадьбе, подливает масла в огонь.
— Тебе что-то сказал отец? — вдруг спрашивает Андрей.
— О чём ты? — хмурюсь я, садясь рядом и поправляя одежду.
— Ты какая-то другая после встречи с Романом Викторовичем, — поясняет молодой человек. — Сейчас ты не здесь, не со мной.
— Андрей, — начинаю я немного дрожащим голосом, тянусь к его руке и сжимаю её, — я же прямо перед тобой.
— Физически, может быть, — он начинает медленно гладить мою руку, — но ментально ты где-то очень далеко. Что сказал тебе отец?
— Сказал, что хочет, чтобы я была счастлива, — немного потерянно отвечаю я.
— А со мной разве ты не счастлива? — Андрей смотрит мне прямо в глаза и ждёт ответа.
— Я не несчастлива…
— Но и счастьем это назвать не можешь? — продолжает он.
И я открываю рот, чтобы возразить… но не могу ничего произнести, потому что возразить мне нечего. Я ведь и правда не могу назвать себя счастливой рядом с Андреем, насколько бы удивительным и потрясающим молодым человеком он не был. Да, мне с ним очень хорошо и комфортно, но счастьем у меня это назвать не получается.
Молодой человек отстраняется от меня и встаёт.
— Что происходит, Лия? — серьёзно спрашивает он, глядя на меня сверху вниз, и я понимаю по интонации и голосу, что он совсем на меня не давит, но его положение «сверху вниз» говорит об обратно, пусть он об этом скорее всего и не задумывается даже. — Я уже ничего не понимаю. Может быть, это связано не с разговором с твоим отцом, а с чем-то другим?
— Андрей…
— У нас же всё было хорошо, — продолжает он, — я думал, что мы двигаемся в правильном направлении, я на тебя никогда не давил. Я понимаю, что несмотря на то, что у тебя прекрасные родители, хороший отчим и в целом отличный пример счастливых отношений, по какой-то причине говорить о любви и счастье тебе тяжело и сложно, значит, есть что-то, что произошло лично у тебя. И я не выпрашиваю у тебя подробностей, покорно жду, когда ты будешь сама готова рассказать о своих предыдущих отношениях.
— Но у меня их и не было
