никогда, — пытаюсь возразить я.
— Может быть, отношений и не было, — качает он головой, не соглашаясь со мной, — но что-то другое явно было. То, что оставило в твоей душе неизгладимый отпечаток, чем ты не хочешь со мной делиться. Хорошо, ладно, может быть, тебе требуются чуточку больше времени, окей.
— Андрей… — только и могу выдавить я, потому что не знаю, как оправдать своё поведение, нечестное по отношению к нему. Начинаю чувствовать себя ещё хуже, рискнув представить себя на его месте.
— Но, Лия, — не даёт он мне вставить и слова, — такое ощущение будто со вчерашнего вечера, или после звонка Макса, или после встречи с твоим братом и его друзьями, или после разговора с отцом, — я не знаю, что послужило триггером, — но ты отдаляешься от меня всё сильнее и сильнее. Лия, я готов ждать, но я больше не могу быть совсем в неведении… Что происходит? Скажи мне, в каком направлении движутся наши отношения? Вперед или всё-таки назад? Есть ли у меня вообще хоть шанс?
— Конечно, есть! — отчаянно восклицаю я, но на Андрея это не производит впечатления.
— Ты никогда мне полностью не открывалась, — потерянно говорит он, — но сейчас ты не то, что не открываешься, ты как будто становишься всё дальше и дальше… Я уже ничего не понимаю, Лия.
Подскакиваю с места и тянусь к его лицу рукой, нежно провожу пальцами по его щеке, боясь, что в любой момент он может меня отстранить, но молодой человек этого не делает, лишь прижимается к моей ладони сильнее, я буквально чувствую его любовь ко мне в одном этом движении.
Господи, почему я не могу прямо здесь и сейчас с ним быть счастливой? Почему в моей голове до сих пор сидит другой, о котором я совсем не хочу больше думать?
— Может, — осторожно предлагает Андрей, внимательно глядя мне в глаза, — мне пока съехать в отель и дать тебе время подумать наедине с собой?
Смотрю на него и не могу понять, почему я до сих пор в него не влюбилась? Он ведь идеальный: всегда рядом, всегда поддерживает, принимает такую, какая я есть, чуть ли не боготворит меня.
И я принимаю решение. Пора уже делать следующий шаг и насильно выселять никому не нужные чувства. Если не сейчас, то я уже никогда не решусь.
— Не нужно, — качаю головой и тепло ему улыбаюсь, — я тебе обязательно всё расскажу, но чуть позже, хорошо? Когда мы вернёмся в Москву. Ты прав, мне и правда кое-что сказал отец, о чём нужно подумать, но не уезжай, пожалуйста, мы ведь приехали сюда отдохнуть и хорошо провести время, так давай именно это и сделаем, наберемся сил для работы и нового учебного года. Такой ответ тебя устроит?
Он слегка кивает головой, тогда я вытесняю все мысли о Дроздове и делаю шаг к Дементьеву, оказываясь с ним практически вплотную.
— А сейчас, Андрей, просто знай, что я хочу быть с тобой, — говорю я и нежно целую его в губы. — Мне требуется ещё совсем чуть-чуть времени, чтобы окончательно разобраться в себе и оставить прошлое в прошлом.
— Хорошо, — кивает он, принимая ответ, и обнимает меня.
Какое-то время мы просто стоим, прижавшись друг к другу. Мне кажется, что я поступаю правильно, но что-то внутри подсказывает, что это чувство ложно и обманчиво, оно просто притупляет то, с чем я не в состоянии справиться.
— Схожу в душ и буду ложиться спать, — отстраняется от меня Дементьев. — День и правда был длинный.
— Хорошо, — киваю, — я выпью воды и тоже поднимусь.
— Завтра, — чуть погодя добавляет молодой человек, — первый день экономического форума, я поеду туда с утра. Ты сможешь провести время с семьей, наедине с собой, подумать обо всём, о чём ты бы хотела.
— Ага, — киваю я.
Андрей уходит в нашу комнату за полотенцем, я скрываюсь на кухне. Вижу частично не вымытую посуду и, несмотря на утренние заверения брата, что пока что мы у него в гостях, решаю всё-таки помочь и принимаюсь за мытьё, надеясь, что это либо поможет как-то привести мысли в порядок, либо немного отвлечет.
Когда я ставлю на сушку последнюю кружку, на мой телефон приходит сообщение. Вытираю руки и достаю мобильный.
Сообщение от Луки.
«Буду совсем поздно, поэтому не ждите меня. Возможно, ещё с Ильёй вдвоём посидим у нас на веранде. Постараемся не шуметь.»
С Ильёй? Вдвоём? Почему не с Ларой и Дашей? Между Дроздовыми что-то всё-таки произошло?
Лия (25)
Много ворочаюсь и снова не могу уснуть.
Честно пытаюсь предаться миру Морфея, но все попытки тщетны. Андрей, наверное, видит уже десятый сон, а я никак не могу выкинуть из головы тот факт, что сейчас на веранде сидят Лука и Илья и общаются. Я должна закрыть глаза и просто спать, но меня так и тянет вниз. Они же наверняка обсуждают там что-то важное. Ведь совсем недавно собирались целой компанией и отдыхали, и тут снова, но уже вдвоём. Что-то точно случилось.
Любопытство берет надо мной вверх и плевав на все манеры и здравый смысл, я на носочках спускаюсь вниз и прислушиваюсь к звукам. Дверь на веранду оказывается открыта, поэтому можно не подходить слишком близко, чтобы не быть замеченной. Я останавливаюсь у основания лестницы и прислушиваюсь. Слух всё равно приходится напрягать, потому что разговаривают они тихо.
— Я понятия не имею, что мне теперь делать, Лука, — раздаётся слишком потерянный голос Ильи, я никогда не слышала, чтобы он говорил с такой интонацией. Мой первый порыв — кинуться к нему и узнать, что же произошло. Но я насильно себя сдерживаю, понимая всю абсурдность ситуации.
— Разводиться, Илья, я иного выхода не вижу, — обреченно говорит мой брат.
Я застываю на месте и слышу, как сильно и громко начинает стучать моё сердце, чуть ли не разрывая грудную клетку, стремясь выпрыгнуть наружу.
Разводиться?
— Но, Лука, как же… — пытается возразить Дроздов с отчаянными нотками в голосе, но замолкает на полуслове.
— Вот так просто взять и развестись! — настаивает мой брат.
— Это совсем не просто, — чуть ли не шепчет Илья, мне еле-еле удаётся его расслышать.
— Сначала в клинику, а потом разводиться с Ларисой, в этом нет ничего сложного, — четко говорит Лука.
Разводиться с Ларисой? Уже даже не Лара? Неужели, мне всё это не слышится? Неужели, это не сон, а происходит на самом деле?
Как в забытьи я оступаюсь и ставлю ногу именно на ту половицу, которая скрипит.
Голоса на веранде тут же замолкают.
Черт!
