Из-за этого он деньги копил на квартиру, валютой, ценными бумагами торговал, даже машину не покупал.
– Да, Игорек рассказывал мне, что над ним в банке все смеялись. Про него ходил анекдот: «Может ли Игорек заработать миллион? – Может, если начнет с двух». Тогда доллары по чуть-чуть росли, он их покупал, а через неделю продавал среди своих друзей и знакомых уже по новому курсу. Но так он мог бы лет десять копить. И вдруг – дефолт. А он – с двумя тысячами баксов на руках. Представляешь?
– Представляю. Больше, наверное, никто над ним не смеялся.
– Надо скорей поговорить с ним. Бедный Игорь! Мать не любила его, потому что считала, его сыном убийцы. Может, он из-за того свою семью не стремится завести, что ему в родительском доме было неуютно? Но когда она узнает правду о Рукавишникове, она переменится к нему, как ты думаешь?
– Я думаю, что мне хватит уже сидеть дома безвылазно, когда тут такое открылось. Сколько можно тебе бегать туда-сюда! Даешь свободу!
Марина позвонила в агентство «Ласковая няня». Несмотря на привет от Юлии Грибовой, с хозяйкой они общего языка не нашли. Во-первых, плата за час оказалась очень большой, во-вторых, на четыре часа в день няни не соглашались, минимум – на шесть, иначе невыгодно ездить, в-третьих, несмотря на заверения хозяйки, что агентство гарантирует наличие сертификата и санитарной книжки, а также отсутствие уголовного прошлого, оставались сомнения, так ли это. Марина нашла объявление этой же самой «Ласковой няни» с приглашением на работу. Там был указан другой телефон. Марина позвонила туда, якобы в поисках работы. И узнала поразительные вещи. Во-первых, няня получает половину того, что платят клиенты, во-вторых, никому из клиентов не нужны няни на полдня, в-третьих, если нет санитарной книжки, то надо заплатить столько-то, а если нет образования и стажа работы, то за сертификат надо заплатить столько-то. Про темное прошлое Марина спрашивать не стала.
Она обратилась к Галине Леонидовне с просьбой найти ей няню на четыре часа в день за плату, чуть больше той, что оставляла своим людям «Ласковая няня». Галина Леонидовна очень обрадовалась.
– Ты не представляешь, как вовремя ты решила взять няню. У меня только вчера был разговор с Верочкой Кислициной из выпуска 1982 года. Она поздно вышла замуж, родила, из фирмы сразу вылетела. С мужем тоже не пожилось, стал спиваться, развелись. Теперь она не может никуда устроиться, кроме уличной торговли и сетевого маркетинга. А ее сын пошел в первый класс, она хотела бы работать по полдня, чтобы самой его забирать, кормить и делать уроки, а то в продленке совсем не подходяшие условия. Она очень порядочная, аккуратная, ответственная. Если хочешь, звони ей прямо сейчас.
– А как ее по отчеству? И фамилия, наверное, изменилась, – уточнила Марина.
– Фамилия не менялась, а отчество у нее редкое – Кузьминична. Она и сына назвала Кузьмой. Он, кстати, в нашей школе учится.
Няня Вера Кузьминична пришла знакомиться не в самый лучший момент. У Саши болел животик, видимо, это были рези. Он вдруг начинал кричать истошно и жалобно, извиваться, поджимать ножки. Марина прикладывала ребенку к животику теплую грелку, гладила его. Он успокаивался, засыпал, и родители засыпали вместе с ним. Так он будил их несколько раз за ночь. Марина не выспалась, чувствовала себя соответственно. Вера Кузьминична показалась ей невзрачной, унылой, потрепанной жизнью женщиной. Но когда она заговорила, Марина опешила. Певучий ласковый голос, приятная улыбка, материнские интонации и такая готовность все выслушать, все понять и во всем помочь, словно они давние подруги или кровная родня.
– А вы укропную водичку не давали?
– А зачем?
– Так это же ветрогонное средство, при коликах очень помогает, его и врачи рекомендуют, если животик болит. Я принесла семя укропа из аптеки, подумала, вдруг надо будет.
– Да у нас раньше не болел, мы спали спокойно, а после месяца начали мучиться.
Пока заваривали укропный чай, Вера Кузьминична надавала кучу полезных советов. Проснувшийся Саша ничуть не испугался новой тети, наоборот, охотно пошел к ней на руки. Марина, ожидавшая, что Саше понадобится несколько дней, чтобы привыкнуть к няне, почувствовала неожиданную свободу и слегка растерялась, как употребить это время.
– Вера Кузьминична, а что если я в какой-то день не буду нуждаться в няне?
– Вот и хорошо, отдохну, схожу в ЖЭУ или на фирму съезжу, я же распространяю продукты пчеловодства.
– А если наоборот, попрошу Вас выйти в выходной?
– В субботу с утра – нет проблем, в нашей школе по субботам все учатся. А в воскресенье, если не с самого утра, то я успею своего Женьку в гости к тетке забросить. Так что звоните – договоримся. Но воскресенье я бы просила часто не занимать, сами понимаете, своему ребенку надо уделить внимание.
Такая гибкость порадовала Марину. Договорившись о ежедневной почасовой оплате, Марина отправилась на прогулку одна. Это было восхитительно: гулять без спешки, налегке, не толкая коляску по неровным, грязным или обледенелым дорожкам, не избегать ни шумных, ни людных мест. Она любовалась машинами, прохожими, воробьями, по-весеннему голубым небом и его отражением в лужах. Попутно она забежала, на почту, в аптеку, в супермаркет и через два часа явилась домой. Из кухни доносился запах куриного бульона, Вера Кузьминична извинилась, что немного похозяйничала, когда ребенок уснул: разморозила куриную грудку и сварила бульон.
– У Вас здесь на стенке режим висит, скоро обед.
– Спасибо за заботу!
– На здоровье! А Вы знаете, Марина Николаевна, что воду от трех первых минут кипячения надо сливать?
– Зачем?
– Чтобы не было отложения солей.
– А я пену снимаю.
– Правильно, но сменить воду еще лучше, в ней – пириновые кислоты.
Оба стола, плита и раковина сверкали чистотой, на полу – ни крошки. Марина засомневалась, не потребует ли няня добавку за дополнительные услуги, но размер вознаграждения вызвал у Веры Кузьминичны довольную улыбку.
– О, это за два часа! А завтра будет четыре. Мне повезло с Вами: малыш не капризный, спокойный, и мама – такая приятная, интеллигентная. Сразу видно, что учились у Галины Леонидовны.
«А уж как мне повезло!» – подумала Марина.
Зимой на каникулы поехала к маме. Каким же маленьким показался мне наш городишко! Мама в мое отсутствие навела справки. Я могла после летней сессии переводиться в филиал финансово-экономического института в соседнем городе. Мама была очень довольна. Как о вполне решенном вопросе она разговаривала о моем переводе. Соседний городок мало чем отличался от нашего, такое же захолустье. Ни в какое сравнение с миллионным городом
