Лиза вскочила с дивана и выбежала в прихожую.
Иван Бекетов молча, с остервенением топтал босыми ногами брошенные на пол бусы из перламутровых раковин.
— Ваня, что ты делаешь? — испугалась Лиза. — Ты же поранишь ноги, смотри, уже кровь! Перестань, прошу тебя.
— Сейчас, еще немного целых осталось, — он поднял на нее глаза, полные слез. — Лиза, зачем ты это сделала? Неужели нельзя было подождать?
— Вань, перестань, прошу тебя, — умоляющим голосом попросила Лиза.
— Я тоже просил тебя. А ты…
«А ты? — захотелось Лизе спросить его. — Как поступил ты? Не успел уехать, как вся страна увидела, что ты обнимаешься с юной актрисой на горячем песке в перерыве между трудными состязаниями. Так сказать, поднимаешь боевой дух». Но Лиза не могла позволить себе эти слова. Потому что она сразу стала бы выглядеть смешной. Глупо ревновать к девушке, которая моложе тебя на пятнадцать лет.
— Ваня, не надо устраивать представлений, — голосом очень взрослой и слегка уставшей женщины произнесла Лиза. Так она обычно делала замечания своим подчиненным. — Я, конечно, понимаю, что ты актер. Но давай обойдемся без сцен и без крови. Каждый из нас сделал свой выбор. Ты — свой, я — свой. И не надо за это уничтожать ни в чем не повинные ракушки. Кстати, бусы были очень красивые. Жаль…
Он сел на пол и закрыл лицо руками — то ли от стыда, то ли от отчаяния. Лизе очень хотелось подойти к нему и обнять. Но она знала, что не сумеет остановиться. И тогда им придется жить вчетвером — он, юная актриса Лена, она, Бирюзов… Что ж, вполне обычная модель отношений. Так многие живут. Но только не в том случае, если в самом начале ты присвоил этим отношениям другой статус. Самый простой и самый редкий. Любовь.
— Вань, я не смогу, прости, — вздохнула Лиза и села рядом на пол.
— Не сможешь — что? — он отнял руки от лица и взглянул на Лизу. На загорелом лице его глаза казались еще синее. Как море.
«А, может, плюнуть на все принципы и жить так, как живут многие? — вдруг подумала Лиза. — Зато сейчас я смогу сделать то, о чем так давно мечтала, — просто обниму его. А потом мы отправимся в спальню. Впрочем, можно и прямо здесь, на полу. Ой, нет, надо перед этим в душ сходить…»
Эта мысль про душ словно отрезвила Лизу.
— Вань, я понимаю, я старомодная дура. Но я не могу быть с тобой и знать, что у тебя кто-то есть. Я, честно говоря, думала, ты вообще не придешь…
— У меня кто-то есть?! Лиза, ты спятила? Это ты пришла в пять утра и заявила, что ночевала у Бирюзова…
— Не надо врать, да и глупо, — вздохнула Лиза. — В конце концов, это видела вся страна. Может быть, вы, конечно, уже расстались, в вашем возрасте это быстро. Но это ничего не меняет.
— Лиза! — Ваня был так потрясен, что даже вскочил и теперь смотрел на нее сверху вниз. — Ты что, увидела ролик с Ленкой и решила, что у нас роман?
— А что я должна была подумать? Что вы так играете в шахматы? Почти голые валяетесь на песке и обнимаетесь! Да об этом вашем романе все газеты написали!
— И поэтому ты… О Господи! Какая же ты дура!
— Дура?! — закричала Лиза и вскочила на ноги. — Да, я дура, что поверила тебе! А потом читала твои эсэмэски — такие короткие, как будто ты только вчера научился писать, — «все хорошо целую ваня». А потом этот ролик стали крутить с утра до вечера. Что я должна была думать? Что?!
— Ты не думала, ты делала, — кивнул Бекетов. — Как настоящая бизнес-вумен. Молодец! Браво! Ты сразу решила найти мне замену. Лиза, а тебе не приходила в голову самая простая мысль о том, что все это — реклама проекта. И ничего больше. Или ты сама столько лет живешь в зазеркалье, что перестала отличать ложь от правды?
— Хватит меня воспитывать. Поздно уже, — холодно ответила Лиза.
— Нет, подожди, я хочу знать. Может, это наш с тобой последний разговор, — тихо сказал Бекетов и положил ей руки на плечи.
— Ваня, что ты хочешь? Я устала… — Лиза чувствовала себя настолько опустошенной, что даже слова «последний разговор» не могли ее сделать более несчастной.
— Я хочу знать, почему у тебя не хватило сил на самое простое. То, что всегда делают женщины.
— Что всегда делают женщины? — заинтересованно спросила Лиза.
— Они верят и ждут. Если любят, конечно.
— А… — кивнула Лиза и сделала попытку освободиться из его рук. Но он держал ее — нежно, но сильно. Впрочем, он все делал именно так. Только Лиза успела позабыть об этом. А сейчас вспомнила. И поняла, что жить без его нежности и силы ей будет невмоготу. «И правда, почему я не подождала его? — подумала Лиза. — Даже если сейчас он врет, что никакого романа у него не было. Какая разница? Разве правда сильнее того, что я испытываю сейчас, когда его руки снова лежат на моих плечах, и я начинаю понемногу возвращаться к ощущению того, что моя жизнь имеет смысл? Очень простой, очень ясный. И такой важный только для двоих».
— Не надо было тебе уезжать, — вздохнула Лиза.
— Дело не в этом. Просто ты поверила всем вокруг — рекламному ролику, Бирюзову… Только не мне. Кстати, он что, действительно моется сто раз в день?
У Лизы был еще шанс все спасти. Надо было быстро ответить, что она не знает ничего про Бирюзова, потому что никакого романа нет. Она так сказала лишь из ревности. Что до пяти утра она была на работе — сдавала в печать последние страницы журнала. Что все это глупости. И она ужасно рада, что он наконец-то вернулся, да еще и с победой. Лиза уже набралась мужества и открыла рот, чтобы произнести первую фразу, но тут Ваня сжал ее плечи, улыбнулся и покачал головой.
— Не надо, Лиза, не ври. По твоим глазам сразу было видно, откуда ты пришла. Знаешь, в первую минуту мне даже захотелось тебя убить. Такой ты была чужой… и красивой. Мне жаль, что так все случилось. Но уже ничего нельзя изменить. Ты сама все изменила. Что ж, глупо было ждать чего-то другого… Если бы поступила по-другому, то ты бы никогда не стала той, кем стала, — великой Лизой Соболевской. По большому счету, ты никому не веришь, потому что тебе никто по-настоящему не нужен.
— Нет, — вздохнула Лиза. — Я боялась выглядеть смешной. Хотя ты прав… Всех женщин рано или поздно обманывают, они выглядят смешными, но они вопреки всему верят и ждут. А кто перестает верить и ждать — живут так, как я.
— Лиза, я никогда не спрашивал тебя об этом… А как ты жила раньше? Ведь у тебя были мужчины?
«Да, — подумала Лиза. — Как он правильно сказал — мужчины. Много мужчин. Один в Америке, два — в Европе. И не надо никому верить и не надо никого ждать».
— Вань, мой тебе совет: не задавай никогда взрослой женщине такой вопрос. Правды ты все равно не дождешься.
