Целует еще раз, но уже более настойчиво и смело. Ее дыхание обжигает, а нежные губы ласкают. Целует каждый сантиметр открытой израненной кожи, поднимаясь по ключице выше, несмело облизывает язычком шею, а руки запускает мне в волосы.
Так хорошо, что мой гортанный рык дикого зверя разноситься по комнате. Мои руки уже крепко прижимают ее ко мне, хочется вдавить ее в себя, привязать к себе.
Оливка очерчивает поцелуями линию скул, медленно приближаясь к моим губам, зависает в миллиметре от них и опять смотрит на меня, проникая в самую душу. Но я стойко держусь, хочу, чтобы она сама поцеловала и словно читая ответ в моих глазах, робко проводит острым язычком по моим губам, после чего целует ласково и трепетно, языки сплетаются, я чувствую ее сладкий вкус спелой клубники, и моя выдержка летит к черту.
— Скажи, — мой умоляющий хриплый голос.
— Да. — Шепотом в губы. — Хочу тебя мой Демон. Сейчас.
И это ответ на все волнующие меня вопросы. Иногда ожидание стоит того.
Вся инициатива уже в моих руках, мне дали полную свободу в действиях, я как оголодавшее животное, слетевшее с катушек. Целую жадно и горячо, кусаю ее губы.
— Сладкая моя девочка, так бы и съел тебя, — из-за моей щетины и поцелуев ее губки распухли и покраснели. Это выглядит невероятно красиво, невинно и горячо.
Пробираюсь к такой желанной щелке, малышка истекает соками, она возбуждена также сильно, как и я. Одним движением разрываю невесомую кружевную ткань и проталкиваю один палец внутрь.
— Уммм, — ее глаза закрылись, ресницы трепещут от неверия происходящего и в предвкушении неизбежного.
Лязгает ремень, звук молнии брюк и вот мой член трётся об истекающую киску, головкой давлю на тугую дырочку.
— Чееерт, — стонет малышка. Беру одну ее ногу под колено и закидываю себе на бедро, раскрывая ее для себя, смотрю вниз. Ее писечка гладкая, красивая, аккуратная, как невинный бутон, позже я обязательно рассмотрю ее лучше. Рывком, без промедления и нежности вхожу сразу на всю длину.
Как же охуено!
Внутри горячо и тесно, стенками давит на мой член, от чего мне приходиться призывать все силы, чтобы не кончить.
Оливка задыхается от переполненности и глаза вновь закрываются.
— На меня смотри, — возбужденным голосом приказываю открыть глаза, хочу видеть их, хочу, чтобы смотрела и видела меня перед собой, а сам тону в синем океане похоти и возбуждения. — Смотри кто тебя трахает. Больше ты никого не увидишь перед собой.
— Я и не хочууу, — это уже больше похож на вой.
Беру за ягодицы и поднимаю выше, она скрещивает ноги у меня за спиной. Вхожу с новой силой, нещадно скользя, тараня по самые яйца как я и мечтал сделать это последние месяцы. Трахаю жестко, чтобы выбить всю дурь из этой прекрасной головки, чтобы и думать не смела про других. Губы соприкасаются в такт нашим движениям. Рыча, а она кусает до крови и боли, в паху простреливает от полноты чувств.
— Моя! Скажи, что ты моя!
— Т-твоя! — Чувствую, как она начинает сжиматься вокруг члена, а значит еще пару движений и малышка кончит. Останавливаюсь. Она неудовлетворённо и не до конца понимая, что произошло, смотрит растерянным взглядом.
— Скажи, что любишь! — А самого нехило так потряхивает от всего, что происходит.
— Люблю.
— Громче! — Толчок. Оставляю засос, Лив, не сдерживаясь громко стонет.
— Люблю тебя Демьян, черт бы тебя побрал! — Еще движение и мы оба кончаем. Бурно, до искр в глазах, до дрожи в ногах. Сильнее вжимаюсь, сперма выстреливает глубоко внутри нее, в этот момент понимаю, что хочу маленькую копию моей жены. От переизбытка чувств вновь кусаю ее за шею, впиваясь глубже губами.
— Люблю тебя мой Ангел. — Соприкасаемся лбами, тяжело дыша. Глаза в глаза. Немое обещание друг другу, что мы сделаем все для нашего счастья. — Завтра же на твоем пальце будет кольцо.
— А твоем?
— Собственница? — Фыркнув, хочет отвернуться, но я не даю, перехватываю рукой за щеки.
— Ревнивая девочка. И моем.
— А сам то, — Да, ревную ее пиздец как. Снова целую. К ней невозможно не прикасаться, когда она рядом. И я столько был на сухом пойке, что…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Сегодня ночью нам будет не до сна. Мне мало вас госпожа Крам.
Оливия смущенно усмехается, но тут же становиться серьезной.
— Демьян, не обижай меня больше… — И столько отчаяния и надежды в ее голосе, взглядом умоляет меня. Вот она вся раскрыта для меня, протяни руку и бери.
— Никогда. Больше никогда.
— Я тебя простила, и я прошу тебя, в будущем сначала поговори со мной, не надо строить догадок и вспыхивать от нечего. Понимаешь?
— Понимаю маленькая.
— Вот вы где, мы вас уже потеряли. — К нам подходит вся гоп-компания. — Ааа, понимаю. — Довольно и со знанием знатока ухмыляется Илья, а Лив опять красная как рак. — Маслинка, выглядишь как никогда потрясно. — Подмигивает моей жене, а я взглядом уже расчленяю собственного друга.
— Илья! — Прикрикивает на него моя жена и оторачивается, уткнувшись мне в грудь, пряча свои пунцовые щеки и бесстыжие глаза.
— Ну что я вам говорила парни? — Марго обращается к остальным. — Я же сказала, чем они там будут заниматься!
— Маргарита! — Тут же разворачивается Оли и убийственно смотри на свою подругу, а я не могу сдержать смеха, на что она с прищуром смотрит теперь на меня, смело приближается и в ухо тихо, только для меня. — Ночью можешь рассчитывать только на свою руку. — И не дав мне ничего сказать разворачивается и поспешно удаляется, бросив напоследок. — Я к сыну и гостям.
Но я-то знаю, что нас ждет горячая ночка, стоит мне только прикоснуться к ней, как она тут же обо всем позабудет.
Глава 43. Оливия
Я много думала над словами бабули с того разговора, много спорила сама с собой, иногда казалось, что черепушка моя скоро даст трещину, наблюдала за Демьяном за его поступками, действиями и даже поговорили о случившемся. Разговор, конечно, был не из легких и очень эмоциональным, но мы все выяснили и новые знания принесли мне хоть какое-то душевную спокойствие. А еще, он не отказался принимать в своем доме Никиту и дал мне решать, общаться мне с ним или нет, и это говорит о многом, это подкупило. Что сдержал свое слово и просто был рядом, не лез ко мне в сексуальном плане, как и просила, хотя сама себя иногда и ругала за то, что запретила ко мне притрагиваться. Каждый день меня швыряло из стороны в сторону, не знала какое решение окажется верным. И окончательное решение я приняла утром, когда мы собрались в гостиной поздравлять сына, как он, сидя на руках Демьяна обнимал нас обоих своими ручками за шеи и наши лица были очень близко друг к другу. У меня впервые было ощущение полноценной семьи, что все должно быть именно так, что это и есть правильно. Ну и выбор все-таки у меня был не большой, а точнее никакой, я бы не смогла их оставить, а Демьян бы и не отпустил, ну и жена уже как никак, с этим я тоже смирилась.
Решила, что вечером после того, как уложу сына спать, поговорю с моим Демоном, но все пошло как обычно не по плану. Он оказался очень ревнив, с ним как на пороховой бочке, не знаешь когда рванет, но я поняла, как можно усмирить этого тигра оставшись с ним наедине посреди праздника ребенка — это конечно очков мне как матери не добавляет, но можно же иногда пошалить (улыбающийся смайл).
Еще мы еле пережили разговор о моей работе, это была война вселенского масштаба. Мы ругались неделю, почти не разговаривали, потом я поняла, что захожу не стой стороны к нему.
— Я сказал нет! Я в состоянии вас обеспечить. Демиду всего два года, ему нужна мать!
— Демьян, я не сомневаюсь в твоих возможностях, мы за тобой как за каменной стеной, ты хочешь нас защищать и оберегать, и я ценю это, ты не представляешь как много для меня это значит, я буду благодарить тебя за это всю оставшуюся жизнь, — прижимаюсь грудью в прозрачном бюстгалтере, ноготками прохожусь по шее и выше, запускаю пальчики в волосы. Встаю на цыпочки и приближаю наши лица. — Но я хочу работать, хочу развиваться, зарабатывать свои деньги, хочу к своим ученикам, хочу быть нужной и полезной.
