города. Он снова миновал форум и двинулся к воротам верхнего города. Чтобы попасть туда, нужно было преодолеть достаточно мощные бастионы башен. Обе из них, предназначенные для охраны внутренних ворот, напоминали две гигантские приземистые пузатые бочки. Отчасти из-за того, что они выполняли не только оборонительную функцию, но и являлись штабом городской стражи, а ещё центральной городской тюрьмой. Последняя расположилась под землёй, в глубоких подвалах. Ещё одна причина, по которой эти ворота охраняли армейские, — неподалёку располагались самые большие казармы в городе, всего их было три.
Как и полагалось для фортификационных сооружений, дверь в главное подразделение стражи охранялась, была узкой и толстенной. А за ней — решётка. Одним словом, неудобство для посетителей весьма серьёзное. Да и местные капитаны выглядели недружелюбно и крайне недовольно. Некоторые уже оказались мертвецки пьяны. Нужный инспектору командир нашёлся в одном из небольших кабинетиков, к которому вела узкая каменная спиральная лестница без перил. Офисы капитанов стражи располагались на первых этажах башен, ибо выше уже находились механизмы оборонительных приспособлений и туда посторонних не допускали, считая саму стражу.
По своей старой привычке в кабинет Ганс вошёл без стука. Грубая тяжёлая окованная железными пластинами дверь открылась с трудом и противным скрипом. Хозяин этих владений восседал на добротном табурете, положив ноги на стол и читая лист бумаги, испещрённый какими-то письменами. Куча таких же лежала на небольшом столе рядом с глиняной пинтой, запотевшей от холодного пенного напитка. Ворон дал бы свой палец на отсечение, что это явно не квас.
Стражник недовольно заворчал ругательствами и на посетителя зыркнуло полтора глубоко посаженных карих глаза. Один из них заплыл от большого синяка.
― А ну пшёл вон отсюда, ― зло рявкнул капитан, обнажая жёлтые зубы, в которых зияло несколько прорех.
Капитанами стражи становились лучшие бойцы, что доживали до преклонных лет. Они многое повидали за свою жизнь в городе и знали Карф как свои оставшиеся пять пальцев. Стычки с бандитами и убийцами, бои с восставшими рабочими и разгоны уличных хулиганов не проходили легко, за свою должность они платили здоровьем. Однако городскую жизнь они знали так, как не знали большинство инспекторов Управления. Их организаторские навыки позволяли ловить мошенников, предотвращать бунты матросов и работяг, ловить мелкую шпану и воров. А ещё они слыли теми ещё садистами в пытках.
― А ты попробуй выгнать, ― ухмыльнулся Ганс, скидывая капюшон и, отгибая полу плаща, продемонстрировал значок, а вместе с ней и рукоять меча.
Он также бесцеремонно, как и вошёл, взял стул, поставил его рядом со столом и уселся, глядя на старого стражника. Тот опешил от такого интересного визита, спустил ноги со стола, однако недовольное выражение небритой физиономии никуда не делось.
― Чем обязан такой чести? ― ехидно поинтересовался грубый хриплый баритон.
― Да пара вопросов имеется. Знаешь, кто я?
― Ворон, ― ответил капитан, отхлёбывая большой глоток. ― Тебя все мои ребята знают. А ещё почти весь мир теней, наверное. Странно, что тебя ещё ОСБ не прихлопнул.
― Только вместе с почти всеми вами, ребятки, ― рассмеялся сыщик, однако в его глазах веселья и не видать.
― Зачем пожаловал?
― Меня интересует один боец твой. Бастианом зовут. Прибился тут ко мне и моему расследованию одному. А сейчас, говорят, пропал. Что знаешь?
― Да вообще странный тип, ― прокашлялся стражник. ― Он не так давно служит у нас. Весёлый он, говорливый, особенно когда лучше б заткнуться. Тупой как пробка, думал, выкинем его ко всем демонам потустороннего после года службы, никакого толка от идиота. А потом резко вдруг начал выдавать всякое, умник нашелся! Посмышлёнее некоторых будет. С магичкой красивой и талантливой водиться начал, а до этого по борделям шастал. Далеко не элитным, если ты понимаешь, о чём я. На занятиях по бою сначала ему равных не было, а затем сдал сильно. Жаловался, что надорвал спину где-то, но потом наверстал, конечно. Иначе бы уволили.
― Давно пропал? Бывало такое? ― Ганса периодически дёргало от большого обилия оскорблений и жаргонизмов, что лились из капитана, чуть ли не после каждого нормального слова следовало три бранных.
― Да пару дней. Один день дежурить должен был, а не вышел. Вместо него пришлось ребят напрячь. Вернётся ― задам ему! Правда, весельчак этот и раньше тоже пропадал где-то, да. Потом стал исправно службу нести. Походу, опять за старое взялся.
― Где он живёт?
― Да кто ж его знает?! Мы не следим друг за другом, да и не входит в обязанности вести документацию по месту жизни сотрудников. Поначалу в казармах обретался, а потом начал по тавернам путешествовать в нижнем городе. Это ребята рассказывали. Может, со своей девахой живёт, не знаю.
― Благодарю за ответы, ― неожиданно произнёс Ворон и, поднявшись со стула, вышел из кабинета, бросив на выходе, ― хорошего дня, капитан!
Найденные сослуживцы повторили примерно то же самое, что и капитан. Бывшее место в казармах оказалось уже занято, его подробный осмотр ничего бы не дал, однако кольцо немного вибрировало. Магического кровяного круга при этом не появилось ― и на том спасибо. Стражники, как оказалось весьма, тоже весьма болтливые ребята, если для плодотворного разговора накинуть пару медяков.
Каково же было удивление инспектора, когда, дойдя уже почти до площади форума, он столкнулся с Бастианом. Стражник едва ковылял, опираясь на своё копье. Однако, несмотря на большой синяк под глазом и кровоподтёки на лице, его озаряла улыбка. В целом, выглядел надоедливый балбес помято. Одна рука покоилась на повязке, через кольчугу проглядывали свежие бинты, пропитанные там и тут кровью.
― Вот так встреча, ― искренне развёл руками Ганс. ― Его вся стража города ищет, девушка чуть меня не растерзала, а он по улицам спокойно расхаживает. Что случилось?
― Доброго дня, господин, ― виновато улыбнулся Бастиан. ― Да я после встречи с подругой день назад нарвался в нижнем городе на каких-то бандитов. Они меня сильно покалечили и бросили умирать. Если бы не добрые люди, что отнесли меня в больницу, я бы уже умер.
Сыщик с неподдельным интересом изучал его раны и побои. Познания в анатомии и хирургии позволили понять, что молодой человек серьёзно недоговаривает, ибо выглядели они уж больно свежими. Феник сказал бы точнее.
― Давай я провожу тебя к нашему врачу, он тебя осмотрит и окажет профессиональную помощь.
― Нет-нет, лучше не надо, ― запротестовал юноша, на его лице мелькнул испуг. ― Если я сейчас же
