Утра, ― хмуро поприветствовала инспектора Ли-Ли, лично подлетев к нему и, не собираясь брать заказ, уселась в кресло напротив.
Она никогда не желала "доброго утра", постоянно повторяя, что для тех, кто работает большую часть ночи и без выходных, оно добрым никогда не бывает. Не дождавшись ответа от хмурого как туча Ганса, она продолжила, что-то кивнув официантке. Та тут же скрылась где-то на кухне.
― По моим ощущениям, ты вымотан не меньше моего, ― хмыкнула она, правда, тон был миролюбивый и даже прослеживались нотки жалости. ― Я-то сейчас спать пойду, а вот ты…. Слушай, у вас там всё действительно так плохо?
― Смотря что ты имеешь в виду, ―ответил инспектор, держа в руках список, переписанный из архива. ― Маньяк и не думает останавливаться. Он кого-то убил вчера, а я понятия не имею, что случилось.
― Нисса что-то не заходит вторую ночь, даже днём на обед, ― обеспокоенно проговорила Ли-Ли. ― Я переживаю за неё, в последний раз она очень быстро покинула таверну и умчалась в ночь. Бо-Бо говорил, что вид у неё был очень обеспокоенный, она спешила как на пожар.
― Странно, я вчера вечером видел её, ― оживился Ганс, эта ситуация ему нравилась всё меньше и меньше. ― Я надеялся, что она вернётся сюда ночью.
Фея многозначительно отрицательно покачала головой, давая понять, что не видела подругу ни ночью, ни вечером, ни утром. Оба знали, что Нисса редко изменяла своим привычкам и считала таверну домом, защищённым и уютным. С Атром они даже сдружились, несмотря на разногласия.
― Если она и сегодня не придёт на ночёвку, я хочу проверить её комнату, с твоего разрешения.
― Да, конечно.
В этот момент официантка принесла завтрак. Однако Ганс ел без особого аппетита, практически не чувствуя вкуса еды, он оказался слишком поглощён своими мыслями. Ли-Ли тоже ела молча, похоже, тоже размышляя о чём-то.
― Нисса говорила, что ты практически всё знаешь про местные слухи, ― произнёс Ганс, доедая последний кусок тёплого хлеба с ломтём сыра, и протянул фее обрывок листа бумаги с написанными именами.
― Да, я много чего знаю, ― улыбнулась Ли-Ли лукавой улыбкой. ― По работе положено, да и вообще интересно, что вокруг творится. Мы же совсем не путешествуем много лет, а к приключениям тянет.
― Сможешь узнать, что с этими людьми стало? Может, они в вашей таверне были, подались в приключеницы?
― В какие сроки? ― спросила девушка, внимательно вчитываясь в имена на листе.
― Ко вчера, ― ответил на её улыбку Ганс, положил на стол несколько серебряных монеток, поднялся и направился к выходу. ― Продуктивного дня тебе!
Дойти до Управления следователь не успел, его догнал стражник и попросил следовать за ним. Как они его находили в городе, сыщик не имел представления. Особых пояснений не последовало, но Ганс понял, что они идут на место очередного преступления. Перейдя мост, он вдруг поймал себя на мысли, что он на мгновение испугался, ― убили кого-то в верхнем городе, а это не сулило ничего хорошего. Особенно в условиях проверки ОСБ. Однакоего вели в сторону форума.
Днём форум использовался в основном для прогулок зевак, аристократов и праздной молодёжи. Для них поставили беседки, портики, скамейки, вдоль реки посадили декоративные деревца, в клумбах из мрамора цвели прекрасные растения, мягкая трава газонов радовала глаз. Собирались здесь на политические дебаты или собрания не чаще раза в месяц, а то и меньше. Сегодня здесь оказалось на редкость пустынно.
Больше десятка стражников и примерно столько же бойцов гарнизона держали периметр вне досягаемости зевак и просто гуляющих жителей. Вообще то, что предстало перед глазами Ганса, видеть обычному горожанину было бы категорически нежелательно во избежание паники и ужаса.
Ворон без труда прошёл мимо бойцов оцепления, причём он заметил на лицах солдат некое облегчение и надежду ― их сослуживец будет отмщён, убийцу поймают. Ганса знали даже они, слухи о его безупречной работе доходили до многих. Кого-то это сильно напрягало, кто-то, наоборот, преисполнялся верой в закон.
Недалеко от тела стоял давний знакомый инспектора. Крупный зелёный драконорожденный в полных латах стоял, скрестив руки на груди, и щурился, при этом его зубастая пасть время от времени клацала, ни дать ни взять цокал языком и ругался про себя.
― Морелт, моё почтение, ― произнёс Ганс, подходя к воину, протягивая руку для приветствия. Тот по-воински её пожал, крепко сжав её у локтя инспектора.
― Что-то мы не по тем поводам видимся, друг мой, ― вздохнул Морелт. ― Нашего лучшего бойца порезали втихую. Это большая потеря.
Ворон знал, что Морелт был великолепным командиром и отлично помнил каждого из своих солдат, заботился о них как мог. Ему стукнуло уже лет шестьдесят, что по меркам его расы очень почтенно. Драконорожденные редко доживали до девяносто, а на покой уходили в семьдесят. За его спиной несколько военных конфликтов и масса боёв. Его знали как командира, что бережёт своих солдат.
Инспектор ещё раз бросил взгляд на погибшего минотавра, лежащего лицом к небу, раскинув мускулистые руки. На левой красовался намотанный кусок ткани, один из рогов окрашен кровью, судя по всему, он достойно принял бой. На теле зияло несколько свежих ран разного размера.
Ганс обратился к кольцу, воздев руку над местом убийства. Ярко алая вспышка озарила на мгновение всё место боя и на булыжной мостовой начал медленно проявляться магический круг, вычерченный кровью жертвы. Вместе с этим почувствовался резкий запах озона как во время грозы.
― Что за чертовщина, ― пробасил Морелт. ― Какого демона здесь происходит?! Я требую объяснений! И ты мне их дашь.
― Обязательно, ― криво усмехнулся Ворон и тут же приступил к осторожному планомерному осмотру места происшествия. ― Если ОСБ меня за это не прихлопнет.
Бровь командира поползла вверх от удивления, однако дополнительных вопросов он задавать не стал, сразу всё поняв. Он внимательно следил за действиями приятеля из Управления и лишь иногда задавал короткие вопросы, получая на них не менее короткие, но содержательные ответы.
Ганс же уже видел, что под туникой минотавра был распорот живот. Беглый, но профессиональный осмотр показал, что отсутствовал желудок. Оглядевшись по сторонам и, не обнаружив рядом Ниссы и никого другого из Управления, тяжело вздохнул, вынул лист бумаги, достал из футляра самопишущее перо и принялся надиктовывать материалы для наполнения протокола осмотра места действия.
Инспектор облазил всю площадь, прошёл путь от арены до места
