* * *
Только лишь Александр начал надеяться на спокойную размеренную жизнь под крылом культа Тьмы и постепенное приобретение магического могущества, как вместо обычного семинара в уже ставшем привычным классе драконят и Варлада выгнали за стены Купола Ночи. Намира с насмешливым и испытывающим взором, ничего хорошего и безопасного не сулившим, присматривала за наставницами, что выводили на площадь молодняк, выстраивая его словно на линейку. «Господин Тьма», сильно выделявшийся своим ростом и бестолковостью на фоне крылатых ребят, и следовавшая за ним хвостиком Артара, участи этой тоже не избежали. Варлад, крутя во все стороны черногривой головой, пересчитал количество учеников. Выходила примерно одна параллель средней школы — немногим меньше сотни.
В отличие от большинства из них, Александр полетел за группой кое-как, едва справляясь с крыльями, делая то слишком быстрые, то слишком медленные махи крыльями. Хорошо ещё, что Артара успела показать ему, как ими пользоваться, да и сам чёрный внимательно присматривался к ученикам, пытаясь копировать их движения. Выходило не очень. Очень не очень!
Вокруг Варлада роились молодые озорники, нарочно выписывающие пируэты. Каждому хотелось показать себя превосходящим Воплощение в полёте! Но Намира, узрев подобное презрение дисциплины, позорящее добрую репутацию жречества Тьмы, страшно перекосила морду и безжалостно выстрелила в драконят теневым сгустком. Он поразил особенно наглого самчика, который пытался подражать колчекрылому полёту Варлада. В результате его парализовало посреди взмаха, драконёнок камнем рухнул вниз и расшибся о покатую крышу, скатился по ней, а потом треснулся о мостовую кровавым блином.
— Незачем глумиться над Воплощениями, — рявкнула Намира на детвору так, что от ужаса зависли даже редкие утренние драконы, летевшие по своим делам. — Когда Воплощение поглумится над вами, вам станет не смешно!
Варлад ошеломлённо уставился на убитого юнца, поражённый стремительной и безжалостной атакой Намиры. Та продолжила полёт как ни в чём не бывало. Артара же поспешно отдалилась от Варлада, вздрагивая от мысли, что чересчур близкий полёт Намира расценит как ещё одну шутку. Впрочем, мысли Александра к ней не обращались, он поспешил нагнать Намиру. Драконята расступились перед ним, как волны перед кораблём.
Почему его самого за куда более сильный, по его мнению, проступок не наказали, а заставили пострадать попавшихся под лапу ремонтников? А сейчас просто так лишили жизни будущего служителя тогда, когда было достаточно громко рявкнуть? В новом мире Александр находил ещё меньше справедливости, чем в старом. То, что именно его защищали как Воплощение, не облегчало совесть.
— Зачем так жестоко? — спросил он у Намиры.
— Его ещё можно соскрести, — она произнесла цинично и без сожаления. — Зато для других это запоминающийся и наглядный урок, как нужно себя вести.
— Но нельзя так просто разбрасываться учениками, — осторожно заметил дракон.
— Девять верных Матери ценнее десяти предателей Тьмы, — показывая, что диалог завершён, стервозное Воплощение ускорилось, вставая во главе клина и ведя за собой за город.
Варлад сильно опасался, что, стоит лишь Намире ослабить присмотр за детьми, как они разорвут если не его, то бедняжку Артару — просто за то, что она часто находилась рядом с чёртовым «Воплощением» и прислуживала ему. От этой «избранности» одни проблемы что у самого Александра, что у окружающих. Кто выиграл от его переселения в Нашар? Не горюющие от расставания родители, не Намира, которая еле терпит слабака-Варлада, что должен был обладать громадной силой, и срывается на безвинных детёнышах. И уж точно не послушники, подвергшиеся децимации. Кто тогда?
Пока что этот перенос не принёс ему ничего, за чем он стремился… Только с носом оставил как полицию, так и силы посерьёзнее. Мало радости на общем фоне. А точно ли угрожала серьёзная опасность, если бы он решил продолжить жить прежним образом? «Дух-поисковик», круживший подле скрывшегося убийцы, напоминал обычную инструктированную душу, которую могла и Намира послать для убедительности, чтобы легче согласился на переселение в мир полудиких драконов.
Когда в голове родилась эта мысль, Александр уже улетал из города, следуя за стаей Тёмных вдоль реки, берега которой размещали город. Похищенный из родного дома уже летел ровнее и увереннее, успокаиваясь в прохладном вечернем воздухе, который пах приятной влагой от многочисленных каналов, широких и узких, своей разветвлённостью делавших тёмный город похожим на Венецию или Петербург, а строгость и монументальность строений на берегах лишь подчёркивала сходство.
Пригород, постепенно переходящий от невысоких домиков и особняков посреди ухоженных парков в пустыри и дикие леса, также был полон загадочными достопримечательностями, о назначении которых лишь гадать можно было. Какие-то теории в голове возникли лишь при виде высоченной башни не меньше чем в тридцать этажей со стеклянной или кристальной комнатой на самой верхушке, горящей ярким золотисто-оранжевым в лучах солнца и зеркал, вогнутым полукругом расставленных у подножья высотки. Ещё на Земле он видел в интернете такого рода электростанции, концентрирующие энергию солнечного света в одной точке. Драконы использовали похожий метод, только генерировали прану, а не электричество. Это внушало некоторый оптимизм: несмотря на творимую Тёмными магию, законы физики в Нашаре мире оставались разумными и интуитивно понятными. Не пришлось переучиваться.
Столица драконов напоминала ад, решивший привидится в кошмаре после тяжёлого дня какому-нибудь впечатлительному архитектору. Александр сначала подумал о священнике после попойки, но поправил себя, так как не приметил ни расставленных рядами прямо под открытым небом котлов, ни потоков лавы… Так или иначе природа, окружавшая цивилизованный район, поражала притягательной живописностью. Буйная растительность, ярко зеленеющая и почти отражающая, словно зелёная луна, прямые солнечные лучи, контрастировала с темнеющими гранёными глыбами скал, камень с которых, по-видимому, и применялся в строительстве чёрных домов покинутого послушниками города.
— Госпожа Намира! — вдруг услышал он крик Ворвея. — Мы направляемся к строениям Аменехматов? Неужели вы, Воплощения, хотите вычленить души недостойных и снова запустить их?
Приглядываясь к горизонту, черношёрстый золотоглазый человек действительно заметил несколько темнеющих треугольников на фоне блеска широкого озера. Когда Тёмные подлетели к ним ближе, эти треугольники начали различаться как пирамиды. Нижняя их половина, густо оплетённая плющом и даже заросшая кустарником, имела большое сходство со ступенчатыми американскими монументами, тогда как гладкие четырёхсторонние вершины походили на египетские чудеса света.
По-гречески «пирамида» — «огонь внутри». В Нашаре этот странный перевод начинал проясняться. Не физически, но энергетически эти далёкие изваяния светились так ярко, что их прана была заметна даже с такого огромного расстояния, хотя пятно ауры жителей немалого города за хвостом начало размазываться и теряться.
— Пока что нет среди вас настолько недостойных, к счастью, — ответствовала Ворвею Намира, а потом обратилась и ко всей группе. — Но отсеять неумех всё равно пришла пора. Сейчас пирамиды Герусет не используются как «маслодавильни» для душ преступников. Но в них я до сих пор храню энергию про запас — больше, чем даже сможет вобрать аура Воплощения. И подобная ценность нуждается в уходе. Вам предстоит прибраться снаружи пирамид для того, чтобы Хаос не захватил их через изменённую навами природу.
Артара осторожно облетела Воплощения, держась ниже их.
— Госпожа Намира, разреши мне в таком случае вылететь вперёд и обследовать пирамиду на предмет засады! Если навы подобрались к ним, то, может статься, деструкторы тоже засели неподалёку и только и ждут, чтобы атаковать самых младших учеников!
До сих пор непривычно, что к верховной жрице обращаются на «ты». В этом мире и в правилах его языка вообще не принято подчёркивать уважение множественным числом.
