— Извини, что задержалась.
— Такую красоту стоило ждать, — ответил он, очарованный ею.
— Спасибо.
— Я принес кое-что поесть, ты, наверное, проголодалась. Сядем поближе к камину.
— Чудесно. Кабинет — мое любимое место в доме.
Они вошли, и он плотно закрыл дверь.
— Гроза еще не прекратилась?
— Сильный дождь.
— Это совсем неплохо. Еще приятнее быть дома в тепле и безопасности, когда на улице такая погода, — улыбнулась Рени.
Они удобно устроились на диване, потягивая бренди и слушая, как дождь стучит по стеклам.
— Я совсем не проголодалась, Маршалл. Поешь сам, если хочешь.
— Единственное в мире, чего я хочу, так это только ты, — произнес он с нежностью, от чего Рени покраснела. — Не смущайся.
— Я просто немного нервничаю. — Она поставила бокал и посмотрела на него. — Я безумно тебя люблю. Как я вообще могла стерпеть, видя тебя с Джулианой сегодня вечером.
— А что в этом ужасного?
— Ну как же! Дорри сказала, что ты с ней долго встречаешься и Джулиана любит тебя…
— Очевидно, моя сестра не совсем в курсе… — Он взял ее руки в свои и посмотрел прямо в глаза. — Я хочу, чтобы между нами не было никаких недомолвок. Давай поклянемся, что будем говорить друг другу только правду.
— Я согласна и хочу, чтобы ты был мне прежде всего другом.
— Я тоже. Я так люблю тебя и хочу быть с тобой. Ты единственная женщина, которая обыграла меня в триктрак, — пошутил он и невинно поцеловал ее.
Рени положила голову ему на плечо.
— Я люблю тебя, — прошептала она и призывно посмотрела на Маршалла.
Они повалились на диван.
— Рени, пойдем наверх.
— Не надо. У камина теплее.
Как хорошо, что они не пошли наверх, где… нет, не хочется даже думать. Лучшего места, чем здесь у камина, где они были так близки, не найти. Он приподнял ее и крепко обнял.
— Так теплее?
— Да. — Она прижалась к нему.
Маршалл целовал ее долго и страстно, шепча что-то на ухо, потом стал ласкать губами ее шею. Рени подсознательно понимала, что он собирается сейчас сделать. Ей почти ничего не было известно об интимных отношениях между мужчиной и женщиной. Она знала только, что это органическая часть замужества и что в результате появляются дети. В Лемане ее всячески ограждали от этой стороны жизни, и отец не любил обсуждать подобные вопросы. Покорность боролась в ней со страстью, поглотившей ее. Маршалл расстегнул платье и просунул внутрь руку. Он вскрикнул от удивления, обнаружив, что под платьем ничего нет.
Рени откинулась назад.
— Я думала, тебе будет приятно…
— Конечно, любимая. — Он уложил ее рядом с собой и спустил платье. — Ты еще прекраснее, чем я ожидал.
Он прикоснулся нежно, но она отпрянула.
— Я не сделаю тебе больно, — сказал он ласково, целуя ее. — Не бойся.
Рени наблюдала за ним как завороженная. Он снял рубаху, обнажив загорелое, мускулистое тело. Заметив ее зажатость, Маршалл решил подождать с остальной одеждой. Пусть немного привыкнет, перестанет стесняться. Он вытянулся рядом, спиной к огню, прижал ее к себе и стал тихонько целовать в губы. Ее напряжение постепенно исчезало; теперь она сама желала продолжения поцелуя. Когда в очередной раз он прикоснулся к ее губам, она затрепетала, и стон вырвался как будто из глубины души. Она еще крепче прижалась, чтобы полнее ощутить тепло, исходившее от него, Он скользнул ниже и стал ласкать ее упругие соски. Радостный восторг объял ее, и она вся выгнулась, словно призывая ласкать ее полную грудь. Маршалл гладил ягодицы и добрался до самого сокровенного места. Рени стонала от наслаждения, свободно двигаясь под ним. Никогда она не испытывала ничего подобного. Каждое его движение, каждый поцелуй приближал ее к… К чему? Она не знала наверняка, но предощущала нечто необыкновенное. Маршалл был очарован ее страстью. Он изменил ритм и снова начал покрывать жаркими поцелуями ее шею и грудь.
Рени стала двигаться в такт ему, плавно и осторожно, замирая от наслаждения. При каждом толчке ток пробегал по всему телу. Вдруг откуда-то издалека она услышала его голос и очнулась, Рени лежала неподвижно, глядя на улыбающегося любовника. Вдруг она обхватила его за шею и крепко прижала к себе.
— Я и не подозревала… — прошептала она.
— Я знаю, любимая.
Она снова покраснела. Он взял ее руку и положил на ее самое теплое и влажное место.
— Теперь ты готова, — произнес он охрипшим голосом.
Рени стыдливо отдернула руку, а Маршалл эту ее руку поцеловал.
Он на мгновение отодвинулся и увидел ее широко раскрытые глаза.
— Умоляю, не смотри так. Едва ли может что-то свершиться, пока я одет.
— Но я…
— Вскоре ты познаешь мое тело так же хорошо, как свое, — ласково убеждал он ее.
Он лег на нее сверху и осторожно развел ее ноги. Когда Рени ощутила его восставшую плоть на своем животе, она перестала дышать.
— Что… что я должна делать? — Ей хотелось сделать ему приятное, но она боялась неизвестности.
— Просто расслабься и поцелуй меня, — объяснил он.
Маршалл жадно искал ее губы. К своему удивлению, Рени все поняла. Она стала двигать бедрами, и он застонал, отвечая на этот старый как мир призыв. Чуть приподняв ягодицы, он проник в ее горячее лоно.
— Маршалл, мне больно! — закричала она.
— Извини. — Он отпустил ее на миг, а затем снова повторил движение. Рени отстранилась, глаза ее наполнились слезами.
— Полежи спокойно, — успокаивал ее Маршалл поглаживая. — Будет немного больно только сначала. Я буду очень осторожен. — И он поцеловал ее в заплаканные глаза.
— Но ты такой большой! — воскликнула Рени.
— Спасибо, — усмехнулся он. — Боже, как ты прекрасна!
Маршалл убрал с ее лица растрепавшиеся волосы и снова поцеловал, продвигаясь все глубже и глубже. Рени ласкала руками ему спину, чувствуя, что боль прошла и все, что с ней происходит, доставляет невероятное наслаждение. В этот раз она поцеловала его еще более страстно, извиваясь всем телом и отвечая на каждое его движение. Он понял, что она уже готова, и, поблагодарив Бога за свое терпение, задвигался энергичнее.
Рени вцепилась в его широкие плечи и сильнее прижалась к нему бедрами, когда движения его стали более частыми и сильными. Вдруг он напрягся и крепко сжал ее, а затем плавно остановился, обмяк и всем телом повалился на нее. Рени чувствовала, как бьется его сердце, и поняла, что он испытывает блаженство. Через мгновение он сполз с нее и расположился рядом, подальше от камина.
— Ты великолепна!
Рени улыбнулась и чмокнула его в щеку.
Еще долго они так лежали, пребывая во власти свершившегося чуда.
— Как мне хорошо с тобой! Будем вот так лежать вечно… — Она прильнула к нему.
