Читаем без скачивания «Я убит подо Ржевом». Трагедия Мончаловского «котла» - Светлана Герасимова

Каждый из Вас может рассказать о собственном подвиге, о личной отваге, о мужественном перенесении тяжелых испытаний. Немало наших товарищей пало смертью героев в этой борьбе. Образы геройски погибших зовут нас к мести, зовут к новым подвигам, к новым победам.

Тяжелые испытания обогатили нас новым боевым опытом, научили еще лучше разгадывать вражеские замыслы и срывать их. Прошедшие бои еще раз убедили нас, что враг не так уж страшен, не так уж силен и боится Красной Армии, ее ударов, ее напора. Так с новыми силами, с богатым опытом – в ружье, товарищи!

Нас ждут новые сражения, новые битвы за честь, за славу, за любимую Родину. Будем в этих грядущих сражениях такими же стойкими, такими же храбрыми и отважными, как в недавних памятных боях. Будем гордо и смело истреблять фашистскую гадину, гнать ее прочь с родной советской земли. Будем с твердой верою глядеть в то недалекое будущее, когда оккупированная часть нашей родины будет освобождена от ига немчуры и снова расцветится всеми красками счастливой созидательной жизни советских людей. Будем идти на врага без страха, уверенно все вперед и вперед, зная, что нами руководит любимый вождь, бесстрашный полководец, родной отец, наш Сталин! Сталин с нами, значит, победа за нами. Командование и политотдел». Типичный пропагандистский текст, в котором говорилось о подвигах воинов, о потерях врага и ни слова о потерях и состоянии собственной армии [текст других листовок см. в Приложениях].

Приехавшее в район Мячино командование армии составляло отчеты и подписывало наградные листы. Последним днем февраля датированы «Доклад о боевой деятельности Южной группы 29-й армии с 16.1.42 г. по 17.2.1942 г.», подписанный в четырех экземплярах командующим 29-й армией генерал-майором Швецовым и членом Военного совета армии бригадным комиссаром Савковым, «Краткий отчет о боевых действиях 29-й армии с 20 января по 18 февраля 1942 г.», подписанный заместителем командующего Калининским фронтом по артиллерии генерал-майором Матвеевым. Если «Доклад…» адресован командующему Калининским фронтом генерал-полковнику И. С. Коневу и члену Военного совета фронта корпусному комиссару «т. Леонову», то адресат «Краткого отчета…» не указан. Есть еще один документ, появившийся, вероятно, в эти же дни, но без указания адресата и без подписей: «Описание боевой деятельности 29-й армии в период с 22.1 по 20.2.42 г.». Исходя из того, что описания проведенных армией операций готовились в оперативных отделах, то, возможно, последний документ также составлен операторами армии. Его конкретным автором мог быть начальник оперативного отдела армии полковник Вишневский, который был в окружении, ситуацию знал хорошо, но это лишь предположение.

Названные документы – в основном описательного характера, без серьезного анализа действий армии и причин ее неудач. Наиболее основательные выводы о методах ведения боевых действий как противника, так и советских войск сделаны генералом Матвеевым в его «Кратком отчете…». К отчету приложены карта обстановки к 24.00 17.2 42 г. и таблицы, представленные в Приложениях к этой книге. Выводы генерала Матвеева приводим полностью, поскольку в них можно найти объяснение причин отдельных неудач соединений и частей 29-й армии:

«1. Противник с особым упорством обороняет подготовленные к круговой обороне населенные пункты. Оборона переднего края всегда при атаках наших частей поддерживалась ударами резервов из глубины и полном взаимодействии с действиями танков и сильной авиации.

2. Как правило, ночных действий противник не вел, избегая, кроме действий отдельных групп автоматчиков, лесных боев.

3. Широко применял маневр в использовании пехоты и танков как с севера, так и с юга.

4. Беспрерывной боевой разведкой быстро обнаруживал слабые места в обороне и открытые фланги наших частей, с немедленными попытками прорваться в этих направлениях.

5. В особенности в последнее время авиация беспрерывно действовала с наземными войсками на поле боя, сосредоточивая массированные удары по артиллерии.

6. Наша пехота, кроме частей 365 сд, показала высокое упорство в обороне и одновременно показала свою слабую выучку по закреплению захваченной местности при наступлении и созданию круговой прочной обороны захваченных населенных пунктов.

7. Одновременно наша пехота не прижимается к фронту разрывов нашей артиллерии, что дает возможность противнику в своей массе при ведении артиллерийского огня отсиживаться в щелях и блиндажах и в дальнейшем поражать нашу пехоту на коротких расстояниях, так как наша артиллерия вынуждена переносить огонь на последующие объекты обороны противника в целях избежания поражения своих войск.

8. Все рода войск плохо ведут разведку противника, в результате чего часто атаки противника являются внезапными и приводят к частному поражению наших войск.

9. Кроме 10 и 14 февраля, армия фактической помощи от своей авиации не имела. Истребительная авиация появлялась над полем боя на короткие сроки, в ряде случаев не вступая в бой с авиацией противника. В целях коренного улучшения дела взаимодействия авиации с наземными с войсками было бы целесообразно армиям, в зависимости от решаемых ими задач, на определенные сроки придавать авиационные группы.

10. Все рода войск не приучены огнем отделений и взводов поражать самолеты противника, действующих на малых высотах.

11. Инженерные войска имеют невысокую выучку в деле создания естественных и искусственных противопехотных и противотанковых препятствий применительно к зимним условиям. В частности, как ни странно, многие общевойсковые начальники рассматривают противотанковую оборону как оборону системой противотанковых орудий, без системы огня пехоты и инженерных препятствий.

12. До сих пор пехота слабо использует огонь винтовок, пулеметов и ротных минометов.

13. Взаимная информация о противнике и положении своих войск, внимание и обеспечение стыков практически разрешаются слабо.

14. Значительная часть командиров рот и батальонов, подчас под всяким видом угроз требует от орудий ПТО стрельбы по мелким группам противника, что быстро используется авиацией и танками противника для разгрома противотанковой обороны. Маневр огнем и колесами в нашей артиллерии в условиях зимы в значительной степени практически на поле боя не доработан.

15. Учет времени, необходимого на подготовку войск к боевым действиям, и вопросы планирования операции по этапам – слабое место в боевых действиях войск».

Анализ действий войск противника и недостатков в действиях собственных войск, проведенный генералом Матвеевым, вполне мог быть использован командованием и других армий Калининского фронта.

После выхода из окружения подготовил докладную записку «О состоянии частей 29-й армии во время боев в окружении» и начальник ОО НКВД 29-й армии майор государственной безопасности В. М. Хачанов, который на себе испытал все тяжести окружения. Датирована «Записка» 5 марта 1942 г. и адресована начальнику ОО НКВД Калининского фронта старшему майору государственной безопасности Н. Г. Ханникову. Если генерал-майор Матвеев основное внимание уделял недостаткам в тактике ведения боев, то в документе В. М. Хачанова перечислялись просчеты в действиях командования фронта, которые, по его мнению, привели к неудачам и бедам армии. Так, среди причин, помешавших овладению Ржевом, он называл передачу 18 января 252-й стрелковой дивизии в 39-ю армию, направление резервной 365-й стрелковой дивизии 22 января на юг и возвращение через трое суток, когда противник уже перехватил инициативу, осуществил соединение своих ржевской и оленинской группировок. К тому же, по мнению В. М. Хачанова, оборонявшие место прорыва 174-я и 246-я стрелковые дивизии после предыдущих наступательных тяжелых боев были настолько малочисленны, что не смогли дать соответствующего отпора противнику, и это «хорошо было известно штабу фронта».

Писал начальник ОО НКВД армии о недооценке командованием фронта действительных сил противника. По его словам, 18 января «данные разведки штаба армии и фронта говорили о том, что противник вводит в бой новую силу… Намерение противника своевременно не было разгадано, так как по указанию Командующего фронтом, силы противника характеризовались как остатки разгромленных частей, не способных не только к контратакам, но к сопротивлению вообще. Лично ком. фронта характеризовал противника, как вшивый взвод саперов и всяких небоеспособных тыловиков».

Неудачи наступления на север оперативной группы генерал-майора Поленова автор «Записки» объяснял тем, что для этого «требовались резервы, которых командование армии выделить не могло, так как ставилось под угрозу оголение всего правого фланга и тыла, а наступление на север влекло бы за собой потерю всей материальной части». В. М. Хачанов также отмечал противоречивость приказов фронта на выход из окружения сначала на север, затем на юг – на соединение с 39-й армией: «После этого был получен не приказ, а совет Командования фронта “что обстановка диктует – пробиваться на соединение с Масленниковым…”. По мнению, автора «Записки», эти два совершенно разноречивых приказа командования фронта привели к бессмысленной переброске частей армии и противник, почувствовав слабость наших войск, перешел в наступление…»