- Ты уже позаботилась, Эрна, - едко молвил граф. – Взять, к примеру, того пса Винна, от которого тебе довелось бежать…
- Как же ты узнал? Не уж-то твои люди и это выяснили? – в глазах девушки сверкнуло любопытство.
- Выяснили… - процедил граф сквозь зубы, а лицо мужчины вмиг стало суровым. – Более он никому не причинит вреда…
- Отчего же? С ним что-то случилось? – девушка напряглась в ожидании ответа.
- Случилось, Эрна, - жгучие глаза графа блеснули зловеще. – Он мёртв.
- Ты велел убить его? – Эрна резко привстала, округлив испуганно очи. Не взирая ни на что, она смерти никому не желала, даже тому мерзкому мужлану.
- Нет, не велел, Эрна. Я сам убил его, собственными руками, - холодно молвил Айк. – И обезглавил.
- Ты безумен! – воскликнула в ужасе девушка, отстраняясь от мужчины. – Зачем? Я достаточно наказала его, ранила ножом! Зачем же было убивать?
- Да, я безумен, потому что болен тобой, - Айк резким движением уложил Эрну на спину, нависая сверху и прожигая взором. – Каждый, кто посмеет тебя обидеть дорого за это заплатит! Я с каждым сумею расправиться, и мои воины это увидали и осознали, когда мы ходили в разведку. Дом того пса неподалёку отселе, так что не составило труда добраться до него… Может хоть так я сумею искупить свою вину перед тобой за совершённые ошибки и причинённую тебе боль…
- Не надо было, Айк… зачем же? – Эрна застыла в оцепенении от такой новости, да уж, не зря графа Диким прозвали, да он настоящий зверь!
- Только не говори, что тебе его жаль, - в голосе мужчины сквозил сарказм. – И более не будем об этом… У нас ночь впереди…
Эрна не успела что-либо произнести, как Айк обрушился жадным и затяжным поцелуем на её приоткрытые уста, затем отстранился, вглядываясь в девичье бледное лицо.
- Как же я изголодался по тебе, мне всегда тебя будет мало, Эрна, - выдохнул он хрипло, тело мужчины казалось напряжённым и Эрна вновь ощутила прилив его неистового желания.
Ночь для обоих выдалась жаркой, этот голод друг по другу можно утолять до бесконечности… Эрна так и уснула в жарких объятиях графа, когда уже близился рассвет. Мужчина также провалился в крепкий сон, прижимая девушку к своей груди. Был ли он когда-либо более счастливым, нежели сейчас? Теперь Айк никогда и никуда не отпустит свой огонёк, даже если придётся удерживать насильно. Пусть сердится, гневается, но жизни без неё граф себе далее не представлял.
Поутру Эрна проснулась и обнаружила, что одна в павильоне. Укутанная в шерстяное одеяло, она сладко потянулась и стыдливо улыбнулась при одном воспоминании и прошлой ночи… Между бёдер немного саднило, а кожа горела от страстных поцелуев Айка и оставленных на ней отметин. Да уж, этот мужчина просто ненасытен…
Она присела на лежанке в коконе одеяла, которое прикрывало наготу. Из ощущения эйфории девушку выдернул внезапный приступ тошноты, Эрне едва удалось сдержать рвотный позыв. Она сделала глубокий вдох и осознала, что также и голодна до безумия, сейчас бы солёной рыбы кусок или замаринованных в винном уксусе овощей… За стенами павильона звучали громкие мужские голоса и хохот, также доносился топот копыт и запах костров.
- Ты уже проснулась, мой огонёк? – в палатку зашёл Айк с радостной и удовлетворённой улыбкой на устах, затем чуть прищурился, разглядывая пристально сидящую на лежанке Эрну.
- Я голодна, словно дикий зверь, - вздохнула девушка и еле заметно улыбнулась в ответ, опуская стыдливо взор.
- Я велел слугам принести еду сюда, так что скоро будет трапеза, - граф приблизился к Эрне и присел на корточки, едва касаясь пальцами её скулы. – Ты очень бледна, уж не болеешь ли? Даже изнурённая работой на моих конюшнях ты выглядела гораздо лучше, - мужчина явно был напряжён и обеспокоен.
- Усталость сказывается, наверное… да и голод, - Эрна всё же решила пока не говорить о беременности, она убрала с чела Айка выбившуюся из хвоста прядь и мило улыбнулась. – Да и ночь выдалась утомительной…
- К таким ночам ты привыкнешь, - вкрадчиво молвил Айк. – Вскоре принесут печённого лосося и ячменную кашу из королевской полевой кухни, голодать тебе уж точно не позволю, мой огонёк.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Ну да, твои аппетиты неуёмны… интересно, сколько же девиц было после меня до нашей вчерашней встречи? – ехидно спросила Эрна с явным недовольством, хмуря веснушчатое личико.
- Если это ревность, то мне лестно, - лицо графа стало серьёзным. – Никого не было после тебя, Эрна… А вчерашняя куртизанка была лишь отчаянной попыткой утолить мой голод по тебе, Идгар знал мою слабость… привёл нарочно рыжеволосую и зеленоглазую девку… - Айк стиснул челюсти и отвёл взгляд в сторону. – Предателя более нет, а ты возможно спасла мою жизнь…
Умывшись в маленьком тазике, Эрна переоделась в чистую рубаху, которую предусмотрительно приобрела на ярмарке перед побегом, затем облачилась в кожаные походные штаны и свой кольчужный жилет. Хоть в дорожной сумке было и платье, но одевать его в военном лагере всё же не было желания. Затем девушка жадно набросилась на принесённую в павильон еду, буквально облизывая свои изящные пальчики и с упоением причмокивая, она даже не заметила, как пристально наблюдает за ней граф.
- Ты как дикая голодная кошка, - Айк криво ухмыльнулся. – Твой зверский аппетит будит голод и во мне… только речь не о еде… - он наколол на клинок кусок лосося и стянув мясо зубами, запил еду красным вином.
- Но уж хватит о голоде, - щёки Эрны чуть зарделись от смущения. – На сегодня так точно хватит…
- Это мы ещё поглядим, - коварно молвил Айк. – Перед грядущей битвой хочется насладиться тобой сполна, мой огонёк…
Глава 24
Поздно вечером Дрого возвращался верхом из соседних владений Мика Рендла, с которым обсуждал бытовые совместные вопросы по сбору урожая, заодно мужчины сытно отужинали и пропустили несколько кружек эля. Дел навалилось довольно много, ведь на плечи управляющего была возложена огромная ответственность в отсутствии господина. Он вёл строгий учёт запасов зерна, бочек с вином и элем, а также скоты и домашних птиц, да и за прислугой глаз да глаз нужен, хмурый Дрого никому спуску не давал и не жаловал.
Конь шёл медленным шагом, Дрого решил немного отдохнуть и насладиться вечерней прогулкой да поразмыслить над делами хозяйскими. Ветер трепал тёмный плащ из тонкой шерсти, который застёгивался на плече с помощью массивной серебряной фибулы с самоцветами. Мужчина был также облачён в доспехи и круглый шлем с наносником, ведь опасность может подстерегать в любой момент.
Внезапно из темноты дубовой рощи выскочило двое мужчин прямо перед конём управляющего, испуганное животное резко притормозило, встало на дыбы и заржало. От нападения разбойников нынче никто не застрахован, один из мужчин схватил лошадь за уздечку.
- Слазь и давай монеты, коль жизнь дорога! – рявкнул один из бандитов, но Дрого молниеносно выхватил из ножен меч и нанёс удар по голове этому разбойнику, тот взвыл от боли и мигом отпрянул в сторону, а второй из напавших схватил тем временем коня за стремя и вонзил небольшой клинок в голень Дрого. Разъярённый управляющий замахнулся на него мечом, но бандит успел отскочить, избегая удара. Дрого же мгновенно пришпорил коня и пустил в галоп, удаляясь от греха подальше, всё же одному из напавших хорошенько досталось, но вот ногу охватила жгучая боль. Надо бы поскорее добраться до крепости и промыть рану.
На территории крепости Айка жил лекарь по прозвищу Мясник, в отличии от травника Мудрого тот являлся довольно хорошим хирургом, мог и зуб больной вырвать, а также неоднократно ему доводилось ампутировать конечности раненых в бою воинов. Параллельно этот человек выполнял и обязанности цирюльника, к которому лично Айк часто обращался побрить бороду.
- Гаррик, зови срочно Мясника! – прорычал сквозь зубы от сильной боли управляющий, едва добравшись до конюшен. Конюхи как раз у костра завершали свою скромную вечернюю трапезу. – Разбойники напали, одного ранил…
