Когда же Красная Армия зимой 1942–1943 перешла в общее наступление, ГКО расширил роль войск охраны тыла в борьбе с немецкими разведывательно-диверсионными группами и поручил им новые задачи по надзору за строительством оборонительных рубежей и позиций, эвакуации промышленных предприятий, охрану и этапирование военнопленных, а также солдат и офицеров Красной Армии, обвиненных в измене советскому государству. Для более эффективного выполнения этих задач ГКО в мае 1943 года преобразовал Управление войск НКВД по охране тыла действующей армии в самостоятельное главное управление.
В конце 1943 года и в 1944 году круг ответственности внутренних войск НКВД резко расширился — кроме прежнего спектра задач, и так уже довольно обширного, ГКО возложил на них ответственность за поддержание порядка и борьбу с «контрреволюционными» и «антисоциалистическими» элементами на всех огромных территориях, освобожденных Красной Армией — особенно в Белоруссии, на Украине, в Крыму и в Галиции.
Кроме поддерживавших Красную Армию на протяжении всей войны 53 дивизий, 20 бригад и 30 бронепоездов НКВД, в составе внутренних войск были также сформированы особые снайперские команды, выделявшиеся в распоряжение ключевых фронтов и армий{282}. В итоге наряду с ГРУ и «СМЕРШ» эта «армия внутри армии» обеспечивала сохранение безопасности и поддержание железной дисциплины в Советском Союзе, в его Красной Армии и на огромных территориях, занятых советскими войсками за пределами довоенных границ Советского Союза.
Генеральный штаб Красной Армии (ГШ КА)
Накануне войны за все стратегическое планирование, а во время войны — за руководство действиями Советских вооруженных сил на фронте перед Ставкой отвечали 12 управлений и три отдела, подчиненные Генеральному штабу Красной Армии. Эти управления и отделы ведали всеми оперативными, мобилизационными и организационными вопросами в Советских вооруженных силах, за исключением военного обучения и подготовки, за которые нес ответственность НКО (см. таблицу 2.2){283}.
Поскольку Генеральный штаб был главным органом Ставки, ответственным за планирование и ведение военных действий, после начала войны ГКО принялся освобождать его от второстепенных функций, чтоб он мог сосредоточить свое внимание на важнейших оперативных вопросах. Например, 28 июня ГКО перевел в подчинение НКО и других наркоматов организационное и мобилизационное управления Генштаба, его управления комплектования, строительных войск, военных сообщений, Автодорожное управление, органы снабжения, а также центр связи Генштаба{284}. После этой реорганизации у Генштаба остались лишь Оперативное и Разведывательное управления, Управление устройства тыла, Управление строительства укрепленных районов, военно-топографическое и шифровальное управления, а также отделы общих вопросов, военно-исторический и кадровый.
Однако по мере разворачивания войны ГКО постепенно определялся с тем, какие организации действительно необходимы для ведения и обеспечения боевых действий. В соответствии с этим он формировал в Генштабе новые управления. Например, участие Генштаба в организационных вопросах было таким значительным, что ГКО в апреле 1942 года сформировал в нем новое Организационное управление. Кроме того, в конце июля 1941 года ГКО ненадолго создал в Генштабе Управление автомобильно-дорожного транспорта, а позже — новые отделы: секретного управления, по использованию опыта войны и специальных задач{285}. Некоторые из этих отделов, такие, как отделы использования опыта войны и особых задач, к концу войны стали полноправными управлениями; другие же, такие, как Управление оперативного тыла, вернулись к статусу отделов.
Поскольку в Генштабе и НКО работали управления и отделы с весьма схожими функциями, то эти органы тесно сотрудничали друг с другом при выполнении общих задач. Например, в сфере организации и формирования частей и соединений Генштаб, определяя наиболее эффективную структуру Красной Армии, тесно взаимодействовал с Главупраформом (ГУФУ КА).
Сразу же после начала войны огромные потери войск Красной Армии и хаотическая мобилизация вызвали в Генштабе серьезную перетряску кадров, которая серьезно расстроила его деятельность и снизила эффективность работы. Например, в конце июня — начале июля НКО перевел 393 штабных офицера старшего и среднего начсостава из Генштаба на посты в действующих фронтах и армиях Красной Армии. 18 августа 1941 года из Генштаба было взято еще 449 офицеров. В результате Генштаб стал испытывать хроническую нехватку офицеров Генерального штаба. Эта нехватка колебалась в диапазоне от 78 % в 1941 году до 29 % в конце 1942 года; с середины 1943 года и до самого конца войны она составляла порядка 10 %. Таким образом, хотя в последние два года войны Генштаб был полностью укомплектован, его средняя укомплектованность на протяжении войны равнялась приблизительно 85 %{286}.
И наконец, подобно другим наркоматам и ключевым правительственным органам, Генеральный штаб за время войны несколько раз перемещался в соответствии с изменениями военной обстановки. Например, в июне-июле 1941 года воздушные атаки немцев на Москву вынудили Генштаб несколько раз переезжать в пределах Москвы, а когда войска вермахта в октябре приблизились к городу, Генштаб ради безопасности передислоцировался в Куйбышев. Во время его отсутствия в Москве для обеспечения непрерывной поддержки Ставки оставалась оперативная штабная группа Генерального штаба во главе с А. М. Василевским.
Оперативное управление
Главное оперативное управление или ГОУ[113], оно же Первое управление, было наиболее важным управлением Генерального штаба, а его начальник, служивший также первым заместителем начальника Генштаба — наиболее важным из старших штабных офицеров. Основываясь на руководящих указаниях, полученных от Ставки и начальника Генштаба, ГОУ отвечало за оперативное планирование, сбор и анализ всей информации о положении на фронтах и за обеспечение надлежащего исполнения распоряжений Ставки.
В соответствии с распоряжениями Ставки и в контакте с начальником Генштаба ГОУ планировало, готовило и проводило стратегические операции Красной Армии, набрасывая вчерне общие контуры этих операций, устанавливая войскам цели и задачи, определяя наиболее действенные способы проведения этих операций. Коль скоро Ставка одобряла эти оперативные планы и отдавала надлежащие распоряжения, ГОУ помогало действующим фронтам спланировать и подготовить эти операции, а позднее — контролировало реальное ведение спланированных им операций посредством представителей Ставки во фронтах и армиях либо отряжая собственных представителей на каждую конкретную операцию. Поскольку начальник Оперативного управления и два его заместителя были единственными офицерами Генштаба, которые сопровождали начальника Генштаба во время докладов Сталину и Ставке, начальник Оперативного отдела обязан был знать практически обо всем, происходящем в Генеральном штабе, а все другие управления, соответственно, тесно сотрудничали с ГОУ{287}.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
