Новое ГВСУ Смирнова и связанная с ним Санитарная служба отвечали за оказание медицинской помощи и эвакуацию раненых, противоэпидемические мероприятия, лечение больных и предотвращение массовых заболеваний в рядах армии. Оно выполняло эти обязанности путем создания сложной сети медицинских учреждений, санитарных частей и госпиталей по всей войсковой структуре, простирающейся от фронта до уровня роты{242}.
Весьма характерным показателем тех трудностей со снабжением, с которыми Красная Армия столкнулась в первые четыре месяца войны, является неадекватность норм пайков в системе распределения продовольствия. НКО пытался исправить ее, учредив в сентябре 1941 года более простое, но и более эффективное распределение продовольствия по полевым войскам{243}. Распоряжение НКО устанавливало новые ежемесячные нормы продовольствия и фуража, разделенные на 14 категорий. Эти нормы были основаны на реальной, а не теоретической численности войск и на тех боевых задачах, которые они действительно выполняли (см. главу 4){244}. Осенью 1941 года ГКО также сформировал Комитет продовольственного и вещевого снабжения Красной Армии под председательством партийного деятеля А. И. Микояна, призванный проводить в жизнь распоряжения ГКО, касающиеся снабжении войск, и восстановить централизованное руководство во всей системе снабжения. Этот комитет выполнил свою задачу, хотя и медленно.
Приказ НКО от 20 ноября 1941 года свидетельствовал об остром интересе ВКП(б) к вопросам тыла. Он возлагал на членов военных советов фронтов и армий ответственность за работу тыла, обязав их обеспечивать выполнение приказов военных советов и координировать деятельность служб тыла с местными партийными и советскими органами в зонах ответственности фронтов и армий{245}.
На протяжении всего 1941 года и в начале 1942 года ГКО и НКО медленно, но непрерывно реорганизовывали и реформировали тыл Красной Армии. Когда число работников в управлениях и отделах тыла в действующих фронтах и армиях сократилось, а их эффективность повысилась, управление стало более стабильным и надежным, а части и учреждения службы тыла — более подвижными, гибкими и действенными. Одновременно уменьшилась глубина тыла фронтов и армий, а учреждения тыла развертывались все ближе к снабжаемым ими войскам. Помогало этим усилиям и введение новой системы снабжения, основанной на принципе «от себя». Этот принцип означал, что вышестоящие органы отвечали за обеспечение припасами подчиненных им войск. Возросшее количество автотранспорта, обеспеченное в немалой степени благодаря ленд-лизу[99], позволило повысить централизацию распределения припасов.
В 1942 году ГКО с НКО все время продолжали реорганизовывать структуру тыла вооруженных сил, особенно улучшая управление им. Например, ГКО 27 января изъял службу продовольственного снабжения из ведомства Главного интендантского управления, преобразовал ее в независимое Главное управление продовольственного снабжения Красной Армии или ГУПС[100] и назначил его начальником Д. В. Павлова, бывшего народного комиссара торговли. В то же время он преобразовал отделы, отвечавшие за продовольственное снабжение во фронтах и армиях, в полноправные управления и подчинил их напрямую соответствующим начальникам тыла, назначив генерала П. И. Драчева главным интендантом Красной Армии{246}.
Вскоре после этого, 19 апреля 1942 года, НКО упразднил Главное управление тыла Красной Армии и подчинил его бывший штаб, управления и отделы начальнику тыла Красной Армии{247}. Таким образом ГУПС и другие тыловые управления стали прямо подчинены Хрулеву{248}.
Эта реорганизация продолжилась 22 мая 1942 года, когда ГКО назначил Хрулева заместителем наркома обороны и создал пост начальника тыла ВМФ, назначив на эту должность генерал-лейтенанта береговой службы С. И. Воробьева. В тот же день ГКО также реорганизовал структуру тыла Красной Армии, увеличив полномочия начальников тыла в действующих фронтах. Теперь они стали заместителями командующих фронтов, а во всех корпусах и дивизиях были учреждены аналогичные посты. Это возложило на данных начальников (заместителей командующих) ответственность за все аспекты тылового обеспечения в пределах их юрисдикции, в том числе за снабжение вооружением, техникой и военным имуществом, за эвакуацию и за обеспечение подчиненных им служб тыла{249}. И наконец, ГКО ввел аналогичную иерархию в медицинских службах — академик H. Н. Бурденко стал главным хирургом Красной Армии, а ряд других лиц был назначен на аналогичные посты на уровне НКО, во фронтах и армиях{250}.
Продолжая эту реорганизацию, в январе 1943 года ГКО повысил статус управления продовольственного снабжения (УПС) до статуса самостоятельного главного управления, но в июне преобразовал его в подчиненное управление под контролем начальника Главного интендантского управления тыла Красной Армии{251}. В результате к середине 1943 года возникла новая система продовольственного снабжения, которая просуществовала до конца войны. Теперь она напрямую подчинялась УПС и начальнику тыла Красной Армии через его генерал-интенданта.
В эту систему входили органы продовольственного снабжения на всех уровнях вплоть до батальона{252}. Когда НКО сформировал в 1943 году воздушные армии, в каждой из таких армий был создан армейский тыл, а также тыловые части, учреждения и органы во всех крупных соединениях ПВО. И на протяжении всей войны Хрулев, которому в ноябре 1942 года присвоили звание генерал-полковника, а в ноябре 1943 года — генерала армии, оставался начальником тыла Красной Армии и надзирал за этой реформированной системой{253}.
По любым меркам масштаб тылового снабжения, которым обеспечивали во время войны действующие фронты и армии начальник тыла Красной Армии и связанные с ним управления НКО, просто потрясал. Помимо 100 000 километров дорог, построенных и отремонтированных дорожным управлением, а также 117 000 километров железных дорог, построенных и отремонтированных НКПС, другие тыловые войска построили свыше 6000 аэродромов, а также постоянно снабжали советских партизан и подпольщиков во вражеском тылу{254}.
В то же самое время главные и оперативные управления начальника тыла получили, отправили на склады и распределили в полевых войсках больше 10 миллионов тонн боеприпасов и огромное количество продовольствия, фуража и других материалов. Одни только грузовики перевезли более 145 миллионов тонн грузов, а железнодорожный транспорт — еще 19 миллионов железнодорожных вагонов. Хотя большую часть обмундирования и другого вещевого довольствия Красной Армии дала советская легкая промышленность, вещевое управление также собирало вещевое довольствие у работников советской промышленности и у гражданских лиц — на основе добровольных пожертвований или реквизиции. Например, УВС за время войны обеспечило солдат Красной Армии более чем 38 миллионами шинелей, 70 миллионами комплектов обмундирования, 117 миллионами наборов нижнего белья, 64 миллионами пар сапог, 20 миллионами телогреек и ватных штанов и 2 миллионами овчинных тулупов{255}.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
