Читаем без скачивания Академия воровского дозора - Евгений Сухов

– Что же он про себя рассказывал? Чем занимался?

– Рассказал, что занимался контрабандой, на хороших деньгах сидел. Что у него и сейчас кое-что на «черный день» припрятано. Вот только ему всегда недоставало такого надежного помощника, как я. Не буду скрывать, мне лестно было слышать такое. Сразу было понятно, что он птица высокого полета и тем не менее на меня внимание обратил. Я ведь из «ментовки» уходил без всякой надежды на кусок хлеба, а он мне эту надежду подарил. Меня скоро должны были выпустить, вот он и взял мой адресок, чтобы потом связаться. Сказал, что через пару месяцев его тоже отпустят. Майор, ты бы дал закурить, что ли, а то сухота в глотке. Я ведь после твоих сигарет, которыми ты меня тогда угостил, совсем курить перестал. С ДНК-то получилось?

– А ты чего-то другого ожидал? – усмехнулся Арсений. – Не сомневайся, все произошло именно так, как я и говорил. ДНК полностью совпали.

– Я и не сомневаюсь, – раскурил сигарету Петрушев. – Бес меня тогда попутал водку из холодильника вытащить. Но уж больно качественная была, зараза, не удержался. В холодильнике еще и селедочка имелась… Остатки мы догадались с собой унести и в мусорный бак выбросить, а вот пустую бутылку почему-то оставили.

– Что было дальше?

– Через два месяца Вайнсберг мне позвонил. Договорились встретиться в одном милом ресторане. Вот там он мне и сказал, что есть одна тема.

– Что именно сказал? Какими словами?

– Что можно из квартиры одного «бобра» вынести хорошую коллекцию антиквариата. Обещал за работу солидное вознаграждение.

– И сколько, если не секрет?

– Двадцать тысяч «зелеными», – после некоторой паузы ответил Петрушев.

– Что еще ты должен был сделать?

– Если «бобер» будет неправильно себя вести, следовало ему вмазать пару раз по роже, вот и все!

– Этим коллекционером оказался Феоктистов?

– Точно так, – вздохнув, подтвердил Петрушев.

– Что было потом?

– Мы к Феоктистову дважды наведывались. В первый раз его не было, долго ждали. Вскрывать квартиру не хотели, уж слишком серьезная охранная система. Решили подойти в следующий раз, когда он будет дома.

– И как же вы узнали, когда он объявится?

– Этим делом Иосиф Маркович занимался. В таких вещах он спец! Видно, пробил через кого-то. Потом все как по маслу пошло. Позвонили в дверь, Феоктистов открыл ее сам, мы натянули ему на голову мешок и втащили в квартиру. Успокоили малость, чтобы не рыпался и не орал… Пока он лежал, все самое ценное из квартиры забрали.

– Вайнсберг потом подошел?

– Да, попозже, когда мы Феоктистова уже успокоили.

– При нем было что-нибудь?

– Был альбом с фотографиями. Он заглядывал в него и нужные вещички по нему сличал.

– Что именно?

– Картины, вазы, старинное оружие… Было чего! Хата богатая была! Как Эрмитаж.

– А пока он отбирал, чтобы как-то времечко скоротать, решили с мужичками водку уговорить…

– Так и было. Оно как-то сразу повеселее на душе сделалось. Вот только не думали, что это боком может выйти.

– И что потом?

– Сложили все это в сумки, снесли в машину и уехали.

– Водитель знал, что вы ограбили квартиру?

– А кто ему докладывать будет, ведь не начальство же. Отвез, привез, вот и все!

– Тоже верно.

– Пока мы в квартире сидели, он все в машине ковырялся. То свечи протрет, то уровень масла посмотрит, не может сидеть без дела. Когда мы пришли, он чего-то там проворчал, дескать, долго ждал, а потом опять за руль сел.

– Куда вы поехали?

– На Минскую. Там у Иосифа Марковича какой-то скупщик проживал.

– Вещи у него сгрузили?

– У него.

– Квартиру помнишь?

– Помню, конечно… Только это вряд ли вам что даст.

– Почему же?

– Скупщик – дядька тертый, это с первого взгляда видно. У него таких квартир по всей Москве штук десять наберется. Снимет на пару дней, чтобы товар сгрузить, а потом на другую переезжает.

– Что с товаром сделали?

– Это дело Иосифа Марковича, мы только наблюдали… Я понял так: наиболее ценные вещи – старинное оружие, картины – подготовили к дальней дороге.

– Может, ты знаешь, куда он собирался их отправить?

Пожав плечами, Петрушев неохотно ответил:

– Я в его дела не лез. Мне это без надобности, платил он хорошо, и на том спасибо. Но как-то обмолвился о Германии.

– А с мелкими вещами что сделали?

– Нам отдал, – неожиданно скривился Петрушев.

– Это помимо денег, что ли?

– Вместо денег… Их у него вдруг не оказалось. Дал нам кое-какое золотишко, из товара кое-что, небольшие драгоценности. Сказал, чтобы мы сами их реализовывали. Дескать, заботится о нас, потому что так можно больше заработать. Только предупредил, чтобы в Москве вещами не «светили». Вот нам и пришлось все это золотишко по барыгам в захолустье сплавлять.

– И сколько вышло?

– Там копейки дают! – отмахнулся Петрушев. – Лучше и не вспоминать.

– А картины, что были обнаружены в машине, он тоже дал тебе на реализацию?

– Тут другая история, посерьезнее. Эти картины для Лиони Хофер, она должна была в Германию их везти по каким-то своим каналам.

– Что за каналы?

– Знаю только, что для очень серьезных клиентов, большие деньги сулили. Если бы меня тогда не задержали, мне тоже хороший кусок обещали.

– Значит, Вайнсберг сотрудничал с этой Лиони?

– Слово «сотрудничал» не совсем верное, они были любовниками.

– Ах, вот оно что!

– Когда она в Москву приезжала, Иосиф Маркович для нее шикарные апартаменты снимал на Арбате.

– С кем еще сотрудничал Вайнсберг?

– Всех и не упомнишь, – задумавшись, ответил Петрушев. – Круг общения у него был широк. Мужик он коммуникабельный… Помню, очень плотно Вайнсберг общался с одним породистым греком.

– Как его звали?

– Нестор.

– Когда он объявился?

– Сразу на следующий день, как мы хату взяли. Мы тогда водку у Иосифа Марковича пили, а Нестор попозже подошел и все за плечи его тискал. Говорил, что в Батуми Вайнсберга ждут очень серьезные люди. Дескать, встретят, как короля! Отблагодарят за все…

– Что еще было?

– Что еще… А еще Вайнсберг хотел убить Лиони. Чего-то они там не поладили. Киллера он искал, перед тем как в Германию улететь.

– Вот как… И кого же нашел?

– Меня, – просто сказал Петрушев.

Глава 12

Красотка Лиони, или Кого я должен убить?

Двумя неделями ранее

– Послушай, Валентина, сколько мы с тобой знакомы? – спросил Вайнсберг.

Женщина наморщила крохотный аккуратный носик, после чего обидчиво произнесла:

– Я же тебя просила, не называй меня Валентиной. Неужели тебе сложно запомнить? Я – Лиони! И уже давно… Лиони Хофер и не хочу иметь ничего общего с прежней жизнью.

– Раньше тебе твое имя нравилось.

– Это было в другой жизни. С того времени прошло тысяча лет. Я стала другой.

– По тебе этого не скажешь. По мне, ты стала гораздо краше, чем в молодые годы.

– Это не так… Мы изменились, причем далеко не в лучшую сторону. Ты это знаешь не хуже меня.

Откинув одеяло, Лиони поднялась с постели и, взяв с тумбочки пачку сигарет, подошла к распахнутому балкону. Несильные порывы ветра обдували занавески, изгибая ткань в кривые тревожные линии. Не стесняясь наготы, она распахнула портьеры пошире и пустила тонкую струйку прямо в шум многомиллионного города.

– Не боишься, что тебя могут увидеть?

– Во мне нет ничего такого, чего я могла бы стыдиться, – ответила женщина.

Это было правдой.

Сам он за последние несколько лет сильно сдал: погрузнел, потяжелел, с возрастом усилилась хромота (последствие травмы, полученной в детстве), на макушке образовалась светлая поляна, а в смоляную ухоженную бородку вкрались серебряные пряди. А Валентина выглядела по-прежнему свежо, словно время раскололось об ее крепкое девичье тело. И причем никакой пластики!

Вот так в жизни и бывает – одному природа дарит все, а другому достаются только брызги!

– Мало ли… Будут говорить, – с прищуром смотрел на любимую женщину Вайнсберг.

– Пускай говорят, – воткнула она окурок в землю цветочного горшка. – Мне до этого нет никакого дела. А потом, ты ведь эту квартиру снимаешь, так ведь? Сегодня мы здесь, завтра будем в другом месте.

– Может, переедешь ко мне? – неожиданно предложил Иосиф Маркович. – А то встречаемся какими-то урывками, как какие-то подростки.

– Иосиф, ты же знаешь, что это не нужно ни тебе, ни мне. Мы и так с тобой прекрасно проводим время. Давай оставим все как есть. Договорились?

– Хорошо… Алекс знает… что ты сейчас со мной?

– Думаю, о чем-то догадывается, – неопределенно пожала она плечами. – Но мы с ним не связаны никакими обязательствами. Мы вполне взрослые люди, а потому можем поступать так, как нам заблагорассудится. К тому же я не думаю, что в настоящее время он по мне сильно скучает.