– Граждане понятые, – казенным голосом обратился к ним майор, – в чемодане из черного пластика находится статуэтка из желтого металла, предположительно из золота, ангел со сложенными крыльями. – Развязав следующий мешочек, он извлек крупную золотую брошь, инкрустированную платиной, в самом центре которой сверкал крупный александрит. – Ювелирное изделие из желтого металла…
После того как описали вещи из первого чемодана, принялись за второй. Вскрывали чемодан аккуратно, но получилось как-то нервно. Хабаков обратил внимание на то, что руки у сменщика слегка дрожали. Очевидно, в эту минуту он получал изрядную долю адреналина, лоб вспотел, щеки красные…
К этому приемщику следует присмотреться пообстоятельнее.
Замок, сухо щелкнув, сдался. Вроде бы и нечему было больше удивляться – все восторги растрачены на предыдущий чемодан, но когда Арсений приподнял крышку, то увидел скрученные холсты.
– А вот и фламандская живопись!
Покружив по городу, Джонатан Смит сделал неприятное открытие – темно-синий «Фольксваген» даже не думал прятаться, а шел за ним едва ли не вплотную. Следовало что-нибудь придумать посерьезнее, чтобы сбросить поднадоевший «хвост».
Вытащив телефон, он отыскал в списке контактов «Гарри» и позвонил.
– Слушаю, босс.
– Вот что, Гарри, купи два билета в Австралию, один на меня по запасному паспорту, я летел с ним в прошлый раз в ЮАР, а другой на Сюзанну. Мне просто сейчас некогда этим заниматься.
– Сделаю. Что за спешка, босс?
– Мне бы не хотелось тебя пугать, но вокруг становится жарко. Мне это не нравится.
– Это должно было когда-нибудь случиться. Тогда я беру билет еще и на себя. Летим вместе!
– Ты правильно поступаешь. Ладно, давай до встречи, у нас еще будет время поговорить, – отключил Джонатан телефон.
Теперь осталось последнее – переговорить с Сюзанной. Очень хотелось верить, что она последует за ним.
Смит прошел в квартиру. Из дальней комнаты звучала ее энергичная речь – Сюзанна с кем-то разговаривала по телефону. Кажется, она была сильно возбуждена и даже не заметила его появления.
– Сюзанна! – окликнул Джонатан девушку. – Что ты решила?
Она умолкла и через секунду вышла. Привычных объятий не последовало – в руке она держала пистолет.
– Я остаюсь, – произнесла Сюзанна, и в голосе ее Джонатан услышал сожаление. – Тебе тоже лучше остаться.
– Что все это значит?
– Садись на стул, скоро ты все узнаешь.
– Значит, это и есть тот самый сюрприз, о котором ты мне говорила?
– Ты умеешь быть злопамятным, – слегка скривилась она.
– Когда все это началось?
– Ты действительно хочешь это знать?
– Да.
– С самого начала… С того самого дня, как мы повстречались.
– То есть тогда, когда я припарковался в неположенном месте?
– Именно так.
– Ты знала, что я на тебя западу?
– Мы проанализировали тип женщин, какие тебе нравятся. И выбор пал на меня.
– Для чего все это было нужно?
– Ты был нам не нужен. Нам нужен Уайт, и ты поможешь нам его взять.
– А что потом будет со мной?
– Это решаю не я. Но за тобой тоже кое-что имеется, вспомни отель.
– Думаю, что ничего хорошего меня не ждет… А кто тот парень, с которым ты выходила из управления?
– Он мой босс. Мы наблюдали за тобой из окна, когда ты подъехал.
– Теперь я понимаю, насколько я был глуп.
– Не совсем… Мне понравились твои цветы.
– Я старался выбрать лучшие… Неужели у нас с тобой ничего не было? Мне казалось, что мы подходим друг другу.
– Тебе так показалось.
Теперь перед ним стоял враг, не имеющий ни национальности, ни возраста, ни пола. Он может быть и привлекательной женщиной, и дряхлым стариком, но к нему, как учили его в двадцать второй специальной аэродесантной службе, не должно быть жалости. Это единственный выход, чтобы выжить и победить.
Телефон, прозвеневший в сумке Сюзанны, заставил ее отвлечься на сотую долю секунды, которой вполне хватило, чтобы извлечь из-под куртки пистолет и выстрелить в грудь женщины. Сюзанна упала мгновенно, ненужным предметом в сторону отлетел пистолет.
Подскочив к ней, Джонатан застряс ее за плечи:
– Ну, почему ты так со мной поступила?! Почему?! Ведь мы были с тобой счастливы!
– Прости, – едва слышно произнесла девушка.
Некоторое время Смит сидел неподвижно, словно рассчитывал на воскрешение Сюзанны, а потом позвонил Уайту:
– У меня проблемы с моей девочкой.
– Она жива?
– Нет, – ответил он после продолжительной паузы.
– Я же тебя предупреждал, что длительные связи не доводят до добра… Ладно, это будет тебе наука на будущее. Теперь тебе нужно немедленно исчезнуть. Ты знаешь Портобелло Роуд-сквер, рядом с блошиным рынком?
– Знаю.
– Подъезжай туда немедленно. Мои люди тебя подберут и отправят на самолете во Францию. Оттуда тебе придется перебраться в Аргентину. Посидишь там некоторое время, а потом, когда все утрясется, вернешься обратно. Ты все понял?
– Да.
Мистер Уайт выключил громкую связь.
– Ты все слышал? – спросил он у Гарри, стоявшего напротив.
– Да.
– Знаешь, что нужно делать?
– Да, сэр, – ответил Гарри и, прежде чем старик произнес следующую фразу, извлек из кармана пистолет и выстрелил ему в лоб.
Тело мистера Уайта мягко сползло с кресла.
Потом Гарри поднял трубку и набрал последний номер:
– Он оказался большой сволочью, босс, как ты и предполагал. Мне кажется, что ты вообще никогда не ошибаешься…
– Бывает, – прозвучало тяжелое признание. – Ты сделал то, что должен.
– Пришло время перебираться в другое место, у нас достаточно денег, чтобы благополучно скоротать старость где-нибудь на берегу теплого моря.
– Отдых и теплое море отменяются, я лечу в Сирию, – ответил Джонатан. – Сейчас там жарко и нужны хорошие солдаты. Ты со мной?
– Как всегда!
С Киевского вокзала майор Хабаков возвращался в хорошем настроении. Было о чем доложить начальству. Но прежде следовало сделать звонок Феоктистову.
– Слушаю вас, – прозвучал в трубке усталый женский голос.
– Позовите, пожалуйста, Потапа Викторовича! Его коллекция найдена. Хочется сообщить ему об этом лично. Представляю, как он обрадуется!
Некоторое время в трубке висела гнетущая тишина, после чего все тот же усталый голос объявил:
– Ваше сообщение немного запоздало… Потап Викторович умер два часа назад… Простите, не могу говорить…
Арсений вдруг поймал себя на том, что продолжает вслушиваться в прерывистые гудки, словно рассчитывал на продолжение прерванного разговора. Не случилось…
Отключив телефон, он устало побрел к дому.
