рыдая уже чуть не в голос.
− Ну тише-тише. – Влас поднял мой подбородок и посмотрел в глаза. Его ладонь легла на щеку, ласково вытирая слезы большим пальцем. Я смотрела на него, не в силах отпустить.
– Нам нужно бежать, Дина. Слышишь? Я рад, что нашел тебя, но против этих людей в одиночку мало что смогу сделать. Необходимо дать сигнал Докеру, сообщить отрядам, где мы. Здесь телефон не ловит, − он заговорил очень быстро, не прекращая смотреть мне в глаза. − Надо немедленно уходить, пока тебя главарь не нашел. Боюсь даже представить, что тогда будет. Все знают, он тот еще садист.
Лампочка вновь потухла. Коридор заполнила темнота, а тишину разрывал тихий треск электричества.
− Стой, – прошептал он и приложил указательный палец к своим губам, прислушиваясь. Я забыла, как дышать, испугавшись, что он услышал чьи-то шаги. Его взгляд был направлен куда-то вверх, когда лампочка вновь с треском начала зажигаться. – Это ведь я.
Его лицо вмиг разразила демоническая улыбка, а во взгляде заплясали черти. Я замерла от резкой перемены, не в состоянии разжать пальцы, которые так и продолжали сжимать в кулаках его футболку где-то в районе ребер. Моя голова дернулась в отрицательном жесте.
− Н-нет, – голос начал дрожать, а сердце пропустило удар. – Нет, – прошептала я отчаянно. Влас склонил голову набок, протянул руку и костяшками пальцев погладил меня по щеке.
– Не может быть, – все еще шептала я, вглядываясь в его лицо.
− Увы, милая, но может, – он продолжал улыбаться, ласково вытирая слезы.
− Я тебе не верю. Пожалуйста. Скажи, что это шутка, – едва слышно произнесли мои губы. Пальцы не желали отпускать футболку. Я прикоснулась лбом к его грудной клетке, наблюдая, как капли слез падали на пол. Вот он, его запах. Запах смеха, сладкой ваты и крепких объятий. Этого не может быть. Как же не верилось в происходящее. Он сначала замер, потом нежно поцеловал меня в макушку.
− Пожалуйста, – взмолилась я, продолжая всхлипывать. Надо было что-то делать.
Я резко оттолкнула его и бросилась бежать, не чувствуя земли, а он спокойно стоял и смотрел мне вслед. Темнота вновь заполнила глаза, я бежала, казалось, в пустоту, в неизвестность, сворачивала в разные коридоры, задыхаясь от слез. Влас прокричал мне вслед, разрывая вновь давящую тишину:
− Беги, дорогая, беги что есть сил. Давненько я не охотился. – Он двинулся с места, продолжая ухмыляться, уверенно шагая во тьму.
Коридоры, коридоры, повороты, длинные проходы… Я остановилась, спрятавшись в одном из уголков, в попытке отдышаться. Это не мог быть он. Этого просто не может быть. Он был таким добрым, таким надежным. Надо здраво подумать, что делать дальше, как выбраться из этого бесконечного лабиринта. Я начала дергать дверь за дверью. Заперто. Сквозь тишину слышались медленные шаги Власа, который вразвалочку ходил по коридорам, насвистывая что-то себе под нос. Мелодия разносилась по всему лабиринту, эхом отбиваясь от стен. Она показалась слишком знакомой. Откуда я её знаю? Вдруг в голове всплыл образ Дока. Именно он любил насвистывать этот же мотив.
− Зачем ты это делаешь? – крикнула я и быстро перебежала в другой коридор.
− Потому что это весело, – хмыкнул Влас. – Милая, ты плохо играешь в прятки. Мне кажется, твое, как паровоз, дыхание даже Докер услышал. Неужели ты в детстве не пряталась?
Я задержала дыхание, продолжая бесшумно передвигаться.
− Хочешь, я могу посчитать для тебя? Раз, два, три, четыре, пять, я иду искать, − задорно проговорил он.
Я прилипла к стене, посреди одного из коридоров, пытаясь тихо сделать хоть маленький глоток воздуха. Тело начало пробивать спазмы, глаза постоянно переполнялись слезами. Я прижала ладонь к лицу, зажимая рот и нос, пока его голос проникал в сознание:
− Ну а кто не спрятался?
Он вдруг резко замолчал. Спазмы, спазмы, спазмы. Я буквально задыхалась и судорожно вертела головой, смотря в оба конца коридора, пока в одном из них не увидела его черную возвышающуюся фигуру. Он вышел из-за угла и добавил:
− Я не виноват. Ну же, паршиво прячешься. Беги! Или мне стимул тебе прибавить?
Влас достал из-за спины пистолет. Я резко рванула с места и побежала в другую сторону, пока он продолжал стоять и наблюдать за мной.
− А где та смелая нахалка, которая с уверенностью мне говорила, что в состоянии за себя постоять? Я хочу её увидеть, а не трусливого, дрожащего от страха котенка, − последние слова он будто выплюнул мне в спину.
Эти коридоры были бесконечными. Звук его спокойных шагов и свист эхом отбивались от стен.
− Милая, − проговорил он по слогам. – Иди ко мне. Ты же хочешь, я знаю.
Я вдруг осознала, что вновь вернулась к тому месту, где мигала лампочка. Я продолжала бежать, как вдруг почувствовала сильные руки, сзади обхватившие тело, прижимая к себе спиной.
− Поймал! – счастливо воскликнул Влас. − Почти как тогда, в переходе. Помнишь? – Его радостный голос эхом пронесся по лабиринту. – Конечно помнишь. Я всегда умел безошибочно определять эмоции.
Я начала вырываться, но он только сильнее прижал меня к себе. Я чувствовала на затылке его спокойное дыхание. Влас продолжил уже тихо:
– Ты же не глупенькая девочка и должна понимать, что попытки бегства бесполезны, к тому же наказуемы. Хотя, вынужден признать, я немного повеселился. – Он держал меня одной рукой, обхватив за живот, а второй ласково убрал мои спадающие на плечи волосы, обнажая кожу. Я почувствовала, как он мягко обхватил ладонью шею и соблазнительно прошептал на ухо:
− Я еще подумаю, что с тобой делать дальше. Ну а пока… − Влас сделал небольшую паузу, одновременно сильно с обеих сторон придавливая пальцами сонные артерии. – Сладких снов, дорогая.
В глазах потемнело. Я постепенно теряла сознание.
***
− Мне необходимо, чтобы ты сейчас вырубил свои эмоции и включил здравый смысл. Мне нужен мой друг, а не истеричка, метающая вещи. Мы найдем её, слышишь? Ник! Посмотри на меня. Да, я пошел на большой риск, осознавая, либо сейчас, либо никогда. Это был последний шанс на определение предателя. – Докер поднялся с места и прошелся по комнате.
− О чем ты говоришь? Этих шансов было бы множество. Почему последний?
− Потому что после прошлой ночи я начал замечать в ней отблеск Алины. И не говори, что ты не понимаешь, о чем речь. Ты давно на неё так смотришь, желая уберечь от всего вселенского зла, даже от меня. Примерно что-то отдаленное я вчера тоже
