Тут до моего слуха донеслась последняя фарянская фраза. Оказывается, согласно всей этой хрени, которую мне зачитывали битых десять минут, я всего-навсего должен представиться. Погубит пучеглазых когда-нибудь страсть к педантизму. Слово какое-то поганое, вроде пида…
– Вам следует назваться, – снова напомнили мне, – иначе согласно положения…
Я сплюнул и, не в силах больше терпеть эту пытку, представился:
– Я – шкипер Скрайд, между прочим известная в определённых кругах личность, участник боёв и друг герцога Шардра, кроме того имею…
– Вы пират, – моя хвалебная речь, посвящённая мне любимому, была грубо оборвана, – за вами числятся множество неблаговидных поступков, самым серьёзным из которых является нападение на фарянское торговое судно!
Ну да, ещё в самом начале моего пребывания тут мне объяснили, что фаряне не питают нежных чувств к джентльменам удачи. И явиться к ним после попытки ограбления их танкера – просто верх легкомыслия. Хоть и вышло на деле, что обокрали как раз меня, фарянам это до лампочки, они со своими уставами любого подведут под монастырь, а уж пирата – подавно. В общем, хоть не хотелось сматываться, а придётся.
Вполуха слушая целый список инструкций, наставлений и руководств, согласно которым меня признавали виновным, я принялся обдумывать новый маршрут. У пенальцев я уже был, с мардаками расстался недавно, с фарянами всё ясно, до людей далеко. Остаются гаэляне, загадочная раса, загнавшая себя в генетический тупик. С другой стороны они отличаются исключительным дружелюбием, во всяком случае так о них говорят, и не опутаны разными предрассудками, наподобие нелюбви к пиратам. Я принялся искать ближайшую планету, принадлежащую им, как вдруг слух вычленил из фарянского словоблудия слово «Тюрьма».
– … и приговаривается к заключению в колонии общего режима сроком на девяносто дней!
Глава 13
– Идите в жопу! – первым дотянувшись до микрофона, квакнул Квинкер, и, обернувшись ко мне, уточнил: – Я правильно изложил нашу позицию?
– У-гу, – кивнул я, – главное, доходчиво. Гляди, – я указал на монитор, где точка, обозначавшая фарянский корабль, начала стремительно ускоряться.
– Подумаешь, – пожал плечами жабоид, – надо снова свалить.
Нет, постоянно скакать по Галактике, прятаться, фиговая тактика, ни к чему хорошему она не приведёт. Надо срочно что-то менять. Вот только что. И как? И уж точно не сейчас! Я вздохнул, проложил маршрут к ближайшей гаэлянской планете с красивым названием Гелла.
– Пойди, предупреди Дрона, – я глянул на Квинкера.
– И не подумаю, – зелёный демонстративно скрестил руки, – подавится – сам виноват.
– Не подавится, – в проёме возник лейтенант, – мы, солдаты, привыкли обходиться малым и не страдаем обжорством, как некоторые.
Я смотрел на мардака с изумлением, не ожидал от него такой ровной и, главное, логичной реплики… Квинкер казался ошарашенным не меньше и только открывал и закрывал рот.
– Так! – я поднял руку, не желая выслушивать перепалку. – Начинаю отсчёт: десять, девять…
Спорщики разбежались по креслам, пристегнулись и замерли в ожидании перехода, я нажал кнопку «Гиперпрыжок». Ничего не произошло, звездолёт не швырнуло в пространство, он, слегка вздрогнув, остался на месте.
Что за чёрт? Взгляд скользнул по монитору, фаряне были уже совсем близко. По расчётам радара до их прибытия оставалось около семи минут. Я снова попытался отправить корабль в нуль-поле, бесполезно.
– Чего тянешь? – квакнул из угла Квинкер. – На нары захотел?
В груди похолодело, в сознание скользкой змеёй вползла догадка: станция, которую в спешке прилепил к кораблю нанитоид, увеличила массу звездолёта. Настолько что двигатель, рассчитанный на совершенно другие нагрузки, не смог отправить нас в гиперпрыжок.
– Железяку зови! – крикнул Квинкер.
Кого? Я подумал, у зелёного поехала крыша, но вдруг понял, что он имеет ввиду. Палец коснулся нужного сенсора, с наружной стороны окна тут же возник робот.
– Моя нанитоид! – прозвучал знакомый позывной.
– Надо снова, – сразу перешёл к делу я, – как в прошлый раз, ну, смыться. Сможешь? – от волнения меня накрыло косноязычие, робот не шевелился, вероятно, пытался уловить смысл.
– Чего застыл?! – подскочил к нему Квинкер, отчаянно жестикулируя конечностями. – Крутанись снова, – жабоид изобразил неловкий пируэт, – и забрось эту посудину к хренам подальше. Видишь, нас арестовывать едут? – он кивнул на монитор.
Нанитоид слегка склонил корпус, будто прислушиваясь, помедлил, наконец сообщил:
– Чтобы открыть портал, моя надо три дня.
Повисла звенящая тишина, я пытался осознать услышанное. Сбежать не вышло, телепортироваться тоже, что остаётся? Драться? Можно, только бессмысленно. Корабль у пучеглазых военный, хорошо вооружённый, нам не по зубам. Погибнуть геройски тоже настроения нет. Значит, придётся мотать срок. Я скосил глаза к монитору, до встречи с фарянами оставались считанные секунды.
– Хреновая из тебя открывашка! – заклеймил робота Квинкер.
– Моя нанитоид! – не согласился с ним тот.
– Ну и… – скорей всего жабоид послал бы собеседника, но его оборвала сирена.
– Внимание! – послышался всё тот же голос. – Согласно озвученным ранее положениям вы арестованы!
Я настроил сканер, напротив, ощерившись пушками, дрейфовал корабль класса Линкор. Он был больше нашего звездолёта раза в три, мощный, с малиновыми полосами на корме и передней частью в виде трезубца.
– Можете на меня рассчитывать, сэр! – тяжёлая мардакская лапа легла на моё плечо.
– А на меня можете не рассчитывать! – квакнул жабоид. – Я в тюрьмах сидеть не нанимался, лупоглазых не грабил, значит могу рассчитывать на амнистию. Передачи, так и быть, носить буду. Разумеется, за ваш счёт и с учётом издержек.
Я не обиделся, бравурная трепотня Квинкера свидетельствовала лишь о том, что он боится тюрьмы. Мне тоже было не по себе. Один Дрон казался спокойным, хотя угадывать мысли мардаков по физиономии – дело неблагодарное.
– За вами отправлена шлюпка, – донеслось с линкора, – советую вести себя смирно, в противном случае Согласно Конвенции по военнопленным за номером 56, – Квинкер смачно выругался, – к вам будет применена сила.
Я заметил, как сжал кулаки Дрон, как заходили желваки на его скулах. Не наделал бы глупостей, парень он боевой, только вряд ли его силы тут хватит.
– Лейтенант! – скомандовал я. – Отставить мордобой! Будем сдаваться.
– Но сэр, – от удивления у мардака глаза полезли на лоб.
