написал Коляну:
«Привет, Коль! Я вернулся, не поверишь, где я сейчас.
«ПРИВЕТ, ЛЕХИЧ, ГДЕ ТЫ?!»
«Я в Будищах, около церкви, с отцом Феодосием.
«ОАУ?! А что ты там делаешь?»
«Я зашел случайно и встретил тут старого знакомого, приходи, чаю попьем.»
«Бегу!»
Я сел за стол, а бабульки принесли горячий самовар, две тарелки с кашей и еще какую-то еду на других тарелках.
– Угощайся Алексей, каша гречневая, думаю, тебе в самый раз сейчас будет.
Я уже не слушал отца Феодосия. Я ел так, что за ушами трещало, я был очень голоден. Он сидел за столом и с улыбкой смотрел на меня. Когда я уже почти доел, я вдруг почувствовал удар по спине. Я повернулся и увидел радостного и улыбающегося Коляна.
–Ну вот вся честная компания в сборе, – сказал отец Феодосий
– Здорово, Леха.
– Здорово, Колян.
Я обнял Коляна, что было сил, я реально соскучился по нему
– Тихо, тихо конь здоровый, поломаешь же меня,– прохрипел он. Я слегка ослабил свои объятия, и мы втроем сели за стол.
– Ты прочитал, что я тебе прислал? – спросил Колян, вопросительно глядя на меня.
– Да, все прочитал, последнее – пока ехал, уже тут.
– Ну и как тебе?
– Честно говоря, я в шоке. Все это выглядит, как полный бред. Хотя то, что я хожу между измерениями, тоже нормальным не выглядит. Вот отца Феодосия я знаю лично! Считай, уже 70 лет как знаю, но мне-то всего 26, а вам отец Феодосий?
– Мне вроде как 105, может, больше, я уж точно и не помню. Какая разница, сколько мне лет? Когда мы встретились с тобой, я тебя всего на семь лет старше был, а теперь мне уже пора туда, а все не берут. Теперь вот думаю, может, потому и не берут, что вас тут ждал?
– Кто его знает, там все так странно, – сказал Колян – Я только вот вернулся из четвертого путешествия и тебе закончил писать. Хотел пойти помочь Лилии собраться, а тут – бах, ты на связи. Я аж обалдел от этого, а ты еще – давай рассказывай, что у тебя и как было.
Я начал свой рассказ, но где-то на минут через двадцать у Коляна зазвонил телефон. Он его поднял и начал говорить:
–Лиля, привет! Леха вернулся! Мы тут на центральной, у Отца Феодосия. Да ты не переживай, успеем мы собраться, Леха поможет. Лиля, бери Асю и приходи к нам… Ну ладно, мы к тебе придем… Мы недолго… Да да, нам нужно поговорить.... Да.... Ну блин, нам нужно поговорить, Леха с войны вернулся!
Коля багровел, и видимо, уже был готов выйти из себя. Отец Феодосий положил свою руку ему на плечо и сказал:
–Скажи ей, что мы сейчас все к вам придем и поможем собраться.
– Тут Отец Феодосий говорит, что мы сейчас все придем и поможем.
Колян положил трубку и сказал:
–Теперь надо идти, иначе мне и правда влетит, что-то ее опять несет.
– Женщины – это наши камни точильные, чтобы мы не расслаблялись особенно. Не забывай ее благодарить, – сказал отец Феодосий.
– Ага, точно точильные. Точат на ровном месте, – пробурчал Колян. Я про себя подумал, что лучше не заводить два камня, а то выходят жернова, между которыми в муку может смолоть.
Мы пошли к дому Коляна .Он, видимо, все еще находился под впечатлением своего путешествия и тараторил без умолку:
– Отец Феодосий, я сегодня в последний раз ходил туда, куда вам рассказывал, больше не пойду. В этот раз, мне кажется, я побывал в самом настоящем аду…
Он рассказывал ему то, что я уже успел прочитать: про ад, про людей, превратившихся в камни. Про детей, которые там оказываются. Отец Феодосий слушал, кивал головой и вздыхал. Когда Николай закончил, мы подошли к его дому. Отец Феодосий сел на лавочку, которая была около забора дома Коляна и сказал:
– Да, воистину неисповедимы пути Господни. В странном месте ты побывал, Николай, это реально адское дно. Очень опасными путями ты ходишь, но ведет тебя ангел, видимо. Каждый раз тебя святые выручают. Мне тяжело принять твой рассказ в чистом виде. Но я думаю, что ты получил ровно те образы, которые ты смог принять. Видимо, я получу свои образы и свои обители, которые у меня вот тут, – он постучал пальцем себе по голове.
– Но тем не менее, все твои образы, которые ты мне рассказал, я понимаю. И дети, которые в камни превращаются, мне тоже близки. Я чувствовал, что-то очень похожее, когда отпевал младенцев. Я чувствовал их ужас и непонимание того, что же с ними происходит. И может быть, моя молитва приводила к ним ангела или святого в тех самых комнатах. И другое, что ты увидел, верно – необратимость тех, кто сам лишил себя жизни, наложил на себя руки. Он не хотят жить, поэтому не могут спастись. Зачем спасать тех, кто не хочет жить?
Отец Феодосий как-то сгорбился и оперся локтями на колени, я испугался, что ему плохо:
– Отец Феодосий, вам плохо?
– Нет, Алексей, мне очень хорошо. Теперь мне многое открылось, вы двое – мои ангелы. Вот провожу вас и тоже собираться буду, надеюсь, примет меня Господь уже.
Мы переглянулись с Коляном, не зная, что на это отвечать.
–Ну ладно, отдохнул – и хорошо, идем уже, – сказал Отец Феодосий и встал.
Мы зашли в дом Коляна. Там все было вверх дном, хотя вещей было и не так много. Мы начали помогать упаковывать вещи и грузить все в машину. Отец Феодосий, как истинный командир, взял руководство сборами на себя, и дело пошло очень быстро. Мы за полчаса все уложили и упаковали. Последним в багажник Колян уложил «ключ от Измерений», завернутый в наволочку. И мы сели пить чай.
– Теперь ты поведай нам о своих приключениях, Алексей, – сказал мне отец Феодосий.
– Я был на войне, рядом с вами, отец, хотя до сих пор не понимаю, как такое возможно? Видимо, тот мир сильно похож на этот, но кто тогда к Вам приходил? Есть, может быть, мир который опережает наш?
– Видимо, так и есть. А может, Элронд нам чего-то не договорил? – вставил Колян.
– Видимо, да. Но что меня больше всего удивило на войне, так это моя встреча с немцами. Я очнулся в немецком госпитале, рядом со мной лежал немец Ганс. Он стал моим другом. Он хороший человек, правда, с причудой. Он был повернут на свиньях и вкусной
