пожертвованиям в пользу неимущих. «Кто делится с ближним от всего, дает каждому просящему, тот идет путем света» (Варн. Поел., гл. 19). Христианские писатели высоко ставят тех, кто во время поста, воздерживаясь от пресыщения, бывает в состоянии уделять необходимое для бедных (Ерм. Под. 5). Св. Киприан осуждает богатых, которые приходили в церковь с пустыми руками и за богослужением пользовались той долей, которая назначалась для бедных (Кн. «о благотворении»).
Когда с течением времени христианские общества сделались многочисленнее и явилась нужда иметь многих духовных лиц, возникает мысль и забота о том, чтобы доходы церковные увеличить и сделать их более правильными. Увещания Оригена, Киприана и книга так называемых «Постановлений апостольских» свидетельствуют, что вообще доходы духовенства были очень незначительны. Этой беде старались помочь через утверждение обычая приносить на пользу церкви начатки и десятину от стяжаний. Этот источник доходов указывался ветхозаветными учреждениями и законами.
Учение о начатках и десятине, как источнике церковных доходов, развивается в церкви постепенно. У церковных писателей II века ясных свидетельств относительно этого предмета не находим. Иное дело в III веке. У св. Ипполита встречаем уже указание на обычай приносить начатки в церковь; приносились начатки хлебного зерна, вина, масла, меда, молока, шерсти и заработной платы; все это вместе с начатками от плодов земных приносилось в храм епископу, который и благословлял приносимое. Оставались ли эти начатки на пользу церкви, или же по благословении возвращались владельцу, об этом прямо не говорится. Но принимая во внимание слова молитвы, которая произносилась над начатками: «да будут они в насыщение неимущим из народа Твоего», правильнее утверждать, что начатки были достоянием церковным (Апост. Постан. кн. 8, гл. 40). Этим положено начало пожертвований начатков в пользу церкви. О десятине Ипполит, однако же, ничего не упоминает. Также и Киприан кажется ничего не знал о подобном учреждении в христианском обществе. Если же Киприан в одном из своих писем проводит параллель между ветхозаветными левитами и христианскими клириками, то здесь раскрывается учение не о десятине, а о том, что духовенство должно пользоваться свободой от мирских занятий, чтобы беспрепятственнее служить Богу. Мысли эти само собой предполагают, что духовенство должно содержаться на счет верующих, но не на счет десятины, а вообще от подаяний. При другом случае Киприан говорит, что прежде христиане продавали свои дома и деньги полагали к ногам апостолов, а теперь мы не даем даже и десятины от своих стяжаний (Кн. «о единстве церкви»).
Обычай брать десятину сначала появляется на востоке и отсюда переходит на запад. На востоке прежде всех учитель церкви Ориген заговорил о десятине, а также и о начатках. Об этом предмете он в особенности распространяется в одной беседе (которая известна с именем de primitiis offerendis – лучшее из предложений лат.). Отправляясь от мысли, что Ветхий Завет повелевает жертвовать в пользу священников начатки от плодов и домашних животных, он считает необходимым буквальное исполнение этих предписаний и в христианстве. Он говорит: «Пусть не возражают мне, что ветхозаветные правила не обязательны для христиан, потому что в Ветхом Завете есть различного рода предписания. Псалом XVIII говорит о законе, заповеди и оправдании. «Закон» – это такое предписание, которое находит в христианстве свое высшее исполнение, и потому христиане должны понимать и соблюдать его не буквально, а в смысле духовном. Сюда принадлежит закон, которым предписывается праздник Пасхи и Обрезание. «Заповедь» (наприм., десятисловие) не имеет прообразовательного значения, а потому должна быть принимаема и хранима христианами буквально. «Оправдание» же позволяет и буквальное и аллегорическое объяснение. Предписание касательно начатков есть «заповедь», а потому и в христианстве оно должно было исполняемо с буквальной точностью». Основания для этого Ориген представляет следующие: «прилично и целесообразно приносить начатки для священников новозаветных, ибо Господь сказал: благовествующие евангелие живут от благовестия и служащие алтарю питаются от алтаря. Далее, через подобную жертву верующие дают свидетельство о том, что они получили плоды от Бога. Ибо если кто верует, что он получает их от Бога, то он знает, что он воздает тем честь Богу за Его дары, если дает начатки священникам. Наконец, Иисус сказал: горе вам, фарисеи, ибо вы даете десятину от самого малого, а важнейшее в законе забываете. Лицемеры! Одно должно делать и другого не оставлять. Если Христос таким образом требует, чтобы давали начатки и десятину, то тем более Он требует этого от своих учеников, праведность которых должна быть больше праведности фарисеев» (Orig. in Num. hom. 11). В сочинениях Оригена встречаем даже одно место, в котором начатки и десятина рассматриваются не как свободные дары, а как прямая обязанность верующих (in les. Nav. hom. 17). Несомненно, во времена Оригена вопрос о десятине и начатках решен был, по крайней мере, в теории. Вскоре эта теория переходит и в практику.
На той же точке зрения, как Ориген, стоит и писатель «Постановлений Апостольских». Если, однако же, Ориген главным образом имеет в виду начатки, десятины же лишь только касается, то писатель «Постановлений» ставит то и другое рядом на одной линии. Это было шагом вперед в вопросе о церковных доходах. Во II книге Постановлений говорится: «По повелению Божьему даваемые десятины и начатки должен епископ употреблять, руководясь справедливостью, и добровольные дары, доставляемые ради бедных, он должен расходовать также» (кн. II, гл. 25). Здесь находится ясное различение между узаконенными и добровольными жертвами. Дальше в том же месте Постановлений говорится: «Как в Ветхом Завете священники имели от мирян содержание, так и в Новом Завете те, кои живут для церкви, должны питаться от благ церковных». Затем, приведя изречения из Ветхого Завета, в которых заключается заповедь о десятине, писатель продолжает: «Слушайте это вы, миряне, слыши избранная церковь Божия». Еще решительнее предписания на сей счет, заключающиеся в VIII книге Постановлений. Здесь уже не указывается оснований, почему нужно давать десятину и начатки, а просто предписывается исполнять это, как утвердившееся и общеизвестное правило. «Повелеваю о начатках и десятинах. Всякий начаток приносит епископам, пресвитерам и диаконам на пропитание их, а всякую десятину приносит на пропитание прочих клириков и девственниц, и вдовиц, и бедных» (гл. 30). Десятина и начатки до середины III века не были в обычае, но с этого времени постепенно входят в практику церковную.
По обстоятельствам бывали в церквах особливые чрезвычайные сборы пожертвований. Если обычных приношений было недостаточно для вспомоществования бедным, епископ данной церкви побуждал общину к чрезвычайным пожертвованиям (Ап. Пост., кн. 4, гл. 8). Преимущественно это случалось, когда какая-либо церковь оказывалась в несчастии или беде.
