Программа партии отрицала австро-венгерское Соглашение, как не учитывавшее жизненно важные интересы славянских народов монархии, и предусматривала создание автономной сербской Воеводины в союзе с румынами, русинами и словаками на равноправной основе. В связи с обострением Восточного вопроса программа поддерживала идею южнославянского братства и балканской солидарности, необходимости начала национально-освободительной борьбы угнетенных народов против турецкой тирании вплоть до создания Балканской конфедерации84.
Партия развивала идеи о самоуправлении («Восточная Швейцария») и югославянской федерации. Милетич не поддерживал тезис Народной партии в Хорватии об объединении Хорватии, Далмации и Словении в единую политическую единицу, которая на федеративном принципе заключит реальную унию с Венгрией. Лидер воеводинских сербов опасался, что усиленной таким образом Австрии будет открыт путь на Балканы, что не позволит Сербии стать центром югославянского объединения85. Милетич критиковал идею о федерации в рамках монархии, как и конфедерацию с венграми. Он считал, что объединенная Хорватия «не может быть точкой кристаллизации южного славянства»86.
Партии Милетича противостояло консервативное движение воеводинских сербов, опиравшихся на церковь и сербские традиции. Первоначально главой движения стал генерал Джордже Стратимирович. В борьбе против венгерской политики это движение (иногда именуемое «калуджерской партией»), считала необходимым установление связей с венским двором87.
Постепенно в Сербской народной свободной партии выделился ряд течений, что привело к расколу партийных рядов и перегруппировке политических сил. Оппозиционные Милетичу течения представляли «нотабилететы» во главе Н. Максимовичем и С. Касапиновичем, выступавшие за прекращение борьбы с дуализмом; «новая омладина» под руководством Я. Томича и Л. Нанчича, требовали, наоборот, расширения борьбы с дуализмом в общественной и экономической сфере; «умеренные либералы» во главе с М. Полит-Десанчичем и М. Димитриевичем были против изменения политики партии, утвержденной Бечкерекской программой 1869 г. В результате возникших разногласий в 1887 г. партия распалась, и на ее осколках образовались Либеральная и Радикальная партии.
Либеральное крыло отбросило программу Милетича и приняло так называемую Кикиндскую программу (1884), перейдя на позицию поддержки австро-венгерского Соглашения и необходимости сотрудничества с венграми. Круг Полит-Десанчича и Димитриевича основал новую газету «Браник».
Группа во главе с Я. Томичем взяла в свои руки партийную газету «Застава» и в 1887 г. создала новую Сербскую народную радикальную партию с определенной социалистической направленностью. Политику радикалов определяла неукротимая, фанатичная натура Яши Томича[69], не принимавшего никаких компромиссов с венгерским режимом. Воеводинские радикалы дополнили Бечкерекскую программу социально-экономическими требованиями и вскоре стали ведущей партией Воеводины. Программы партии 1903 и 1904 г. требовали установления равноправия сербского народа с хорватами в Хорватии и Славонии, открытия сербских православных школ, ликвидации унии Австрии с Венгрией и развития отечественной промышленности. Радикальная партия победила на выборах 1902 г. в Церковно-народный сабор и сохранила ведущие позиции вплоть до 1910 г.
По переписи 1910 г. в Воеводине проживало 38,6 % славян, 31,7 % венгров, 22,7 % немцев и 6 % румын. Венгерские власти здесь, как и в Хорватии и Славонии, проводили политику усиленной мадьяризации. Так, в 1910 г. венгерских основных школ было 560, сербских – 157, немецких – 120, румынских – 4188. Решающие удары по автономии сербского народа в Воеводине венгерское правительство нанесло в 1878 г. принятием закона об обязательном изучении венгерского языка в школах (закон был расширен в 1893 и 1907 г.) и ликвидацией в 1912 г. сербской церковно-школьной автономии.
Политика «нового курса» и хорватско-сербская коалиция. В начале XX в. Далмация как составная часть Австрийской монархии подверглась германизации и централизации. Немецкий язык проникал не только в органы управления, но и в систему образования. Опасения далматинцев перед германским «Натиском на Восток» усилились после получения Германией в 1902 г. от Турции концессии на строительство багдадской железной дороги. Кроме того, австрийские правящие круги ясно дали понять, что далматинцам не приходится рассчитывать на выделение кредитов, с помощью которых можно было бы решить насущные социально-экономические проблемы региона.
Весной 1903 г. по финансовому вопросу обострились отношения между Хорватией и Венгрией. Бюджет Хорватии-Славонии на протяжении шести лет не увеличивался, система управления оказалась перед лицом банкротства. В марте 1903 г. в Загребе, Осиеке и других городах начались многотысячные демонстрации и митинги протеста, движение в основном носило стихийный, неорганизованный характер. Дело дошло до кровопролития и применения армии для подавления народного движения. Бан Куэн-Хедервари оставил свой пост, однако это было связано с решением австрийского императора отправить его как человека, пользовавшегося особым доверием императора, для разрешения венгерского кризиса.
Хорватская оппозиция в основном оставалась в стороне, в связи со своей «государственно-правовой политикой», далекой от народа, слабой организацией и страха перед репрессиями власти. Новый бан Теодор Пеячевич отказался от применения силы, более того, смягчил гонения на прессу и выпустил из-под ареста ряд оппозиционных лидеров. Но систему управления, созданную Куэном-Хедервари, он оставил в неприкосновенности.
В 1903 г. Венгрию охватил острый политический кризис. Осенью далматинские политические лидеры выдвинули доктрину «нового курса». Появление этой политической концепции именно в Далмации было не случайным. Ущерб экономике, нанесенный «винной клаузулой», привел в начале 1903 г. к массовому голоду среди населения, среди которого усиливались настроения против Вены и политики германизации (в Бановине особенно остро ощущалась политика мадьяризации – поэтому национально-политическая борьба была направлена в первую очередь против Пешта). Кроме того, сербскохорватские отношения здесь были значительно лучше, чем в Бановине.
Политика «нового курса» начала реализовываться под лозунгом Трумбича «от Альп до Марицы на оборону против германизма», при этом он полагал возможным не только сербско-хорватское сотрудничество, но и союз с итальянцами и венграми89. Программа-максимум подразумевала создание независимого югославянского государства посредством использования кризиса в монархии, сотрудничество хорватов и сербов, а также всех народов, подвергающихся угрозе свому национальному существованию со стороны германского «Натиска на Восток», т. е. с венграми и итальянцами. Расчет заключался в том, что общая поддержка венгерских правящих кругов со стороны югославян в их борьбе за персональную унию будет оценена и взамен те позволят прийти к власти в Хорватии хорватской политической элите. План борьбы включал в себя пункты оздоровления экономической ситуации в Далмации и введения в качестве официального языка на ее территории хорватско-сербского. Программа-минимум заключалась в присоединении Далмации к Хорватии-Славонии. Этапы борьбы подразумевались следующие: ревизия Соглашения 1868 г., обретение финансовой самостоятельности Хорватии-Славонии, соединение Далмации с Хорватией и как итог – создание независимого югославянского государства.
Летом 1904 г. в венгерском парламенте начались дебаты по поводу репрессий министра-председателя Тиссы против оппозиции, в результате которых парламент был распущен. На новых выборах победу одержала оппозиция, среди которой наиболее влиятельной была Независимая партия, а всю Венгрию охватили волнения. В 1905 г. разразился венгерский конституционный кризис, вызванный стремлением венгерской коалиции оппозиционных партий под руководством Ференца Кошута к независимости Венгрии, создания собственной венгерской армии и права на самостоятельные международные отношения. У хорватского народа обоснованные опасения вызывали пункты программы венгерской оппозиции под обобщенным названием «мадьяризация», понимаемая как установление превосходства венгерского языка и культуры среди невенгерских народов90.
Весной 1905 г. слиянием Народной хорватской партии и Партии права была создана единая Хорватская партия (Hrvatska stranka), выступавшая за объединение Далмации с Хорватией и Славонией и укрепление хорватского самосознания в Далмации. Вне ее рамок остались три правашские группы: в Задаре, в Дубровнике и Шибенике. В августе 1905 г. Й. Смодлака основал хорватскую Демократическую партию (Demokratska stranka 1905–1906) и одновременно в Сплите предпринял издание ее печатного органа «Sloboda» («Свобода»). Программа партии включала пункты о принадлежности хорватов и сербов одному народу «с двумя равноправными национальными наименованиями» и об отделении церкви «на основе принципа свободная церковь в свободном государстве»91.
