– Прошу извинить за опоздание, милорд, – учтиво улыбнулась Эдвина.
– Ничего страшного, – отозвался он, несколько приободренный собственными рациональными рассуждениями. Все же она прекрасно подходит на роль его жены. И нет необходимости искать новых кандидаток.
– Но нам уже пора. Игроки наверняка разметили дорожку.
Энтони взял ее под руку, и они вышли из дома. Он похвалил погоду. Эдвина подтвердила, что погода сегодня изумительная. Он упомянул о вчерашней погоде. С этой минуты она соглашалась со всем, что бы он ни сказал. Уже через минуту он не мог вспомнить, о чем шла речь.
Истощив все темы, связанные с погодой, они замолчали. Наконец три минуты спустя, проведенные в полной тишине, Эдвина вдруг выпалила:
– Что вы изучали в университете?
Энтони недоуменно уставился на нее. Он впервые слышал подобный вопрос из уст юной леди.
– Обычные предметы, – ответил он наконец.
– Какие «обычные»? – настаивала она с нехарактерным для нее нетерпением.
– В основном историю. И немного – литературу.
– Вот как? – протянула она. – Я люблю читать.
– Правда?
На этот раз он воззрился на нее с неподдельным интересом. Вот уж кого нельзя посчитать синим чулком!
– И что же вы любите читать?
Эдвина мгновенно оживилась:
– Романы, если хочется отвлечься. Философские труды, если меня томит жажда самосовершенствования.
– Философия? Не переношу ничего в этом роде.
Эдвина очаровательно рассмеялась:
– Кейт тоже такова! Вечно твердит, что сама знает, как ей жить, и не нуждается в указаниях давно умерших людей.
Энтони вспомнил свои впечатления от чтения в университете трудов Аристотеля, Бентама и Декарта. Потом вспомнил, что ощущал, когда уклонялся все в том же университете от чтения всяческих философских трудов.
– Думаю, – пробормотал он, – что в этом я на стороне вашей сестры.
– Вы, и вдруг согласились с Кейт? – весело спросила Эдвина. – Необходимо срочно найти записную книжку и отметить число и время. Должно быть, это впервые в истории!
Энтони смерил Эдвину косым оценивающим взглядом.
– В вас куда больше дерзости, чем вы хотите показать.
– О, мне далеко до Кейт!
– А в этом нет ни малейших сомнений.
Он услышал смешок Эдвины, но когда повернулся к ней, та всеми силами старалась принять серьезный вид.
Наконец они добрались до поля и увидели дожидавшихся их игроков. Все терпеливо ждали, лениво помахивая молотками.
– О дьявол! – выругался Энтони, совершенно позабыв о том, что находится рядом с дамой, на которой хотел жениться, – она захватила молот смерти!
Глава 10
Вечеринка в сельском доме – весьма опасное событие. Женатые люди вдруг понимают, что им больше по вкусу общество чужой половины, а неженатые часто возвращаются в город, заключив подозрительно поспешную помолвку.
И действительно, наиболее поразительные помолвки заключаются в тихой, патриархальной обстановке.
«Светская хроника леди Уистлдаун». 2 мая 1814 года
– Вы не слишком спешили добраться сюда, – заметил Колин, едва Энтони и Эдвина подошли к остальной компании. – Ну вот, все уже готовы. Эдвина, вам – голубой молоток. Энтони, тебе – розовый.
– Мне розовый, а ей… – Он бесцеремонно ткнул пальцем в Кейт. – …достался молот смерти?
– Я позволил ей выбирать первой. Она наша гостья, – напомнил Колин.
– Энтони обычно берет себе черный молоток, – пояснила Дафна. – И даже дал ему свое имя.
– Вы не должны довольствоваться розовым, – вмешалась Эдвина. – Вам этот цвет совершенно не идет. Вот. – Она протянула ему свой молоток. – Почему бы нам не поменяться?
– Вздор! – воскликнул Колин. – Мы специально выделили вам голубой! В тон ваших глаз.
Кейт послышалось, что Энтони застонал.
– Я возьму розовый, – объявил он, выхватив оскорбительный молоток, – и все равно выиграю. Давайте начнем!
Как только Эдвину представили герцогской чете, все опустили мячи у ближайших ворот и приготовились начать игру.
– Пусть начнет самая младшая! – предложил Колин с галантным поклоном в сторону Эдвины.
Но та покачала головой:
– Лучше я буду последней. В этом случае у меня появится возможность понаблюдать за более опытными игроками.
– Мудрая женщина, – пробормотал Колин. – В таком случае начнем со старшего. Энтони, ты самый древний из нас.
– Прости, братец, но Гастингс на несколько месяцев старше.
– Почему у меня такое чувство, что мы оказались в самом центре семейной ссоры? – прошептала Эдвина сестре.
– Просто Бриджертоны весьма серьезно относятся к игре в пэлл-мэлл, – пояснила Кейт тоже шепотом.
И действительно, сейчас все трое Бриджертонов весьма напоминали бульдогов, готовых на все ради выигрыша.
– Эге-ге! – погрозил Колин пальцем. – Никаких столкновений не допускается.
– Мы понятия не имеем, что такое столкновение, – заметила Кейт, – поскольку никто не позаботился объяснить нам правила игры.
– Просто следите за нами! – деловито предложила Дафна, – и сами поймете, что делать.
– По-моему, – тихо сказала Кейт Эдвине, – целью является утопить в озере шар противника.
– В самом деле?
– Нет, разумеется. Но именно так считают Бриджертоны.
– Опять шепчетесь? – окликнул их Колин. – Гастингс, бейте по чертову мячу. У нас не так много времени.
– Колин, – вмешалась Дафна, – не смей ругаться. Здесь дамы.
– Ты не считаешься! – отрезал Колин.
– Здесь еще две молодые леди, забыл?
Колин растерянно моргнул и обратился к сестрам:
– Вы не возражаете?
– Нисколько, – заверила Кейт, совершенно завороженная происходящим. Эдвина только головой покачала.
– Вот и хорошо. Гастингс, да двигайтесь же!
Герцог чуть подтолкнул свой шар к воротам.
– Надеюсь, вы понимаете, – спросил он, ни к кому в особенности не обращаясь, – что я никогда раньше не играл в пэлл-мэлл?
– Хорошенько ударь по мячу, дорогой, так, чтобы он пролетел сквозь эти ворота, – посоветовала Дафна, показывая на первые ворота.
– Но разве это не последние ворота? – удивился Энтони.
– Первые.
– Но они должны быть последними, – настаивал Энтони. Дафна воинственно выдвинула подбородок:
– Я сама размечала дорожку. И это первые ворота.
– Похоже, сейчас прольется кровь, – шепотом заметила Эдвина.
Герцог повернулся к Энтони и наградил его фальшивой улыбкой:
– Думаю, мне придется поверить Дафне.
– Тем более что это она размечала дорожку, – поддержала Кейт.
Энтони, Колин, Саймон и Дафна потрясенно уставились на Кейт, словно не веря, что у нее хватило храбрости вмешаться в разговор.
