не признать, разумеется, про себя, что сам бы он не смог втиснуться в такое узкое пространство, но Юра был прирожденным водителем. Уставшие, они поднялись в квартиру и вскоре свалились без сил, едва успев принять наскоро душ.
Утром, разумеется, проспали, а когда Даня открыл глаза и взглянул на часы, было уже одиннадцать. Он подскочил, растолкал брата, на что ушло немало времени. Когда Юра, наконец, сообразил, что к чему, быстро собрались, наспех. Понимали, что не только опоздали на работу, но еще и наверняка заставили волноваться Полину, — от нее было много пропущенных звонков и сообщений. Она волновалась, а они даже забыли о ней!
— Придется в этом месяце выдать ей премию, — заметил Даня. — К тому же, он нее было много толку. Ведь это она заметила Павла на вечеринке.
— На испытательном сроке разве положена премия? — задумчиво произнес Юра. — Впрочем, как считаешь нужным. Ты у нас главный.
Через двадцать минут они уже были в офисе, но не забыли заглянуть к Исмаилу: позавтракать не успели, а проснуться без кофе в тот день оказалось крайне затруднительным.
Глава 14. Развязка
Я вернулась в офис, села в свое кресло, включила компьютер, снова проверила почту и сообщения на телефоне. Ну как же так! Мало того, что они пропали сами, так еще и нет никого, кто мог бы проверить мою версию! Неужели, все труды даром! Но сейчас самое главное найти Даню и Юру. И понять, что делать, если они не объявятся в ближайшее время. Что тогда делать мне? Вызывать полицию? Обращаться к кому-то из друзей и знакомых? Или снова обратиться к ней… Нет, пока с этим стоит подождать. Дело зашло не так далеко, чтобы ее беспокоить. Она слишком занята… Может, как всегда звать Антона и вместе с ним пытаться разыскать следы братьев, пытаться самой проверить свою версию и найти Дашу?
Миллионы мыслей теснились в моей голове, образуя невероятный хаос, я ничего не понимала и ни на чем не могла сосредоточиться. И в итоге так и не пришла ни к какому выводу, а только впала в отчаяние и сидела, словно каменное изваяние, не в силах пошевелиться, чувствуя, как колотится сердце.
Наконец, когда мое отчаяние почти достигло дна и я чувствовала, как прямо передо мной разверзлась бездна, дверь в офис с грохотом распахнулась, и вбежали Юра и Даня. Оба были растрепанными, помятыми, с грязными коленями и рукавами. Было очевидно, что они провели бессонную ночь, хотя бы потому, что в руках каждый держал по стакану двойного эспрессо от Исмаила.
Я уставилась на них, не зная, с чего начать. Кричать, возмущаться, ругать? Или же все-таки сочувствовать, сопереживать?
— Простите, Аполлинария Николаевна, — тут же произнес Даня.
— Поля, прости, — поддакнул Юра. — Мы видели твои сообщения, но сначала было не до того, не знали, что отвечать, не успевали. А под конец уже просто отрубились. А с утра подумали, что быстрее будет добежать до офиса, чтобы ты убедилась, что с нами все в порядке, чем названивать.
— Вид ваш оставляет желать лучшего, — ледяным тоном ответила я. — И да, я переживала и волновалась, если вы об этом.
— Прости! — снова повторил Юра. — Наверное, мы эгоисты. Но мы думали, что речь идет о человеческой жизни, думали, все переживания и сантименты — потом. Но вообще, ты на будущее лучше будь поспокойнее, не нужно за нас переживать! Когда открываешь детективное агентство, понимаешь, что с этим связаны определенные риски. Мы сами выбрали такую жизнь.
— На будущее, пожалуйста, оставляйте четкие инструкции, с пояснениями, где вас искать! Кто-то же должен вас прикрывать!
— Конечно, мы оставили все Тимуру. Но хорошо, будем дублировать и вам тоже, — согласился Даня. — Одна голова хорошо — а две лучше, в этом есть определенная логика.
— Так что в итоге случилось, где вы были, почему не отвечали и почему выглядите так ужасно? — строго спросила я, прощать их пока не собиралась. — К тому же, вы чуть было не лишили меня первой зарплаты. Кто бы мне ее выдал, если бы вы погибли?
— Плохо о нас думаешь! — возмутился Юра. — На этот счет у Тимура тоже были инструкции. Так что без зарплаты не останешься даже в случае нашей смерти. Мы люди честные. Кстати, мы застраховали жизни. И я, и Даня. И тебе советуем, на всякий случай. Мало ли что.
— Не знаю, я скептически отношусь к страхованию.
— Подумай, никто не торопит, — миролюбиво заметил Юра.
— Так где вы были и что случилось? Как Василиса? Я не решилась позвонить ей, но очень хотелось!
Наконец, они успокоились, уселись в кресла и рассказали историю, которая была приведена выше.
Я слушала, и глаза мои раскрывались все шире и шире от изумления.
— То есть… — наконец, произнесла я.
— То есть, мы пошли по ложному следу, — откликнулся Даня.
— Не совсем, — возразил Юра. — Нам все-таки удалось защитить Василису от мошенника, а, напомню, нашей клиенткой была именно она. От Павла мы пока вообще не получили никакой оплаты, кроме шашлыков и пива.
— Не могу поверить, что Андрей — мошенник… В смысле, конечно, он больше, чем кто-либо похож на мошенника! Но не думала, что он зайдет так далеко и что метит так высоко! Это же надо, попытаться заработать на чувствах бедной девушки…
— Богатство предполагает определенные неудобства, — Юра пожал плечами. — Всегда найдется кто-то, кто попытается облегчить твои карманы. Благо, мы оказались рядом. Василиса, кстати, предложила нам пост советников по принятию особо сложных решений. Мы сказали, что подумаем.
— Почему?
— Потому что мы все-таки детективы, а не прорицатели и не хироманты, — ответил Даня.
— Но мы подумаем, — тут же добавил Юра, которому явно не хотелось расставаться с обществом Василисы.
Повисло недолгое молчание, которое нарушил Даня.
— Так вот, как говорил, мы пошли по ложному следу. История с Андреем никак не связана с исчезновением Даши. Даже с ложью об исчезновении Даши она не связана, потому что Андрей совершенно точно действовал без ведома Павла. Таким образом, эту загадку нам еще предстоит разрешить. А главное — меня все время преследует мысль, что я что-то видел и упустил… Но не могу вспомнить, что именно…
С этими словами Даня поднялся и принялся расхаживать взад-вперед по офису.
— Зато я кое-что видела и не упустила, — сухо сказала я.
Братья синхронно повернулись ко мне, на их лицах мелькнуло удивление.
— Что это значит? — строго спросил Даня. — После нашего отъезда на даче произошло еще что-то? Или это какой-то сарказм в наш адрес?
— Это значит,
