Миграции африканских народов продолжались веками и не прекращаются по сей день. Часто на пути мигрантов возникали препятствия — горы, могучие реки, леса, пустыни, зоны, зараженные мухой цеце. Незнание географии, страх перед неизвестным останавливали людей или сильно замедляли движение. Двигались обычно переходами по 50–100 километров, останавливались, строили хижины. Современные фульбе унаследовали от этих мигрантов многое, например быстрые разведывательные группы, осматривающие местность и вступающие в контакты с жителями. Но предполагаемое эфиопское или «нубийское» происхождение фульбе означает миграцию особого плана: пересечение всей Африки с востока на запад. Французский этнограф Анри Лот попытался разобраться в этой проблеме.
Большинство ученых и путешественников прошлого века не имели представления о том, что Сахара некогда не была пустыней. Единственным человеком, выдвинувшим гипотезу о цветущей Сахаре, был немецкий путешественник Генрих Барт. Для середины XIX века это было гениальное предположение, основанное на глубоком знании Африки и ее жителей. «Сахара не всегда была пустыней», — заключил Барт, увидев наскальные изображения быков в Тель-Нзахрене. Здесь на скалах отчетливо видны сцены водопоя близ дороги, и есть все основания полагать, что скот использовался не только как средство пропитания, но и как тягловая сила, заменял сегодняшнего верблюда. Этого единственно возможного посредника между разрозненными пунктами привалов в Великой пустыне наших Дней на древних и наскальных рисунках можно не искать — тогда в нем просто не было необходимости.
Предположения Г. Барта подтвердились: на огромном протяжении от Нила до Атлантики в Сахаре обнаружены рисунки быков. Значит, в определенную эпоху пустыню населяли скотоводческие народы? Изображения людей недостаточно однородны, чтобы понять, какая именно народность или даже раса представлена в наскальной композиции. В целом на рисунках стройные, гибкие люди, похожие больше на эфиопов, чем на жителей Западной Африки. У некоторых женщин на изображениях характерные прически, они удивительно похожи на фульбские. Их косички — точные копии косичек фульбских девушек из Масины. «Стоя перед этими немыми свидетелями тысячелетней давности, я был поражен их сходством с фульбе, и, честное слово, первая мысль, возникшая при виде наскальных картин, была: это фульбе», — писал Лот. Характерные бычьи фигуры рядом с людьми только усиливают это сходство, а сцены танцев посреди стад точно отражают пастушеский уклад современных фульбе-бороро (то есть фульбе, не перешедших к оседлости, а оставшихся пастухами). В этих гармонических изображениях людей и животных четко видны различные детали, одежда из тонкой голубоватой ткани на смуглой коже. И быки, быки вокруг хижин… Как похоже это на фульбский быт!
Возраст рисунков вызвал множество споров, однако недавние находки неолитической утвари несколько прояснили картину: первые миграции с востока Африки на запад континента относятся к V тысячелетию до н. э. Следы рисунков можно увидеть в различных горных массивах пустыни — Тибести, восточном Тассилин-Аджере, Хоггаре. Первых двух пунктов мигранты с востока должны были достигнуть раньше других; наскальные рисунки там наиболее многочисленны и сконцентрированы. Все это дает основания полагать, что пастухи следовали прямо по территории нынешней пустыни, а не по саванне у ее южной кромки.
Качество наскальных рисунков разных массивов различно, и определить время их рождения сложно, однако прослеживается одна закономерность: к западу качество рисунков становится хуже, они блекнут, пропадает пластичность изображений, как будто наступает художественное вырождение. Объяснение этому найдено такое.
Песчаниковые плато Тассилин-Аджер и Тибести с многочисленными естественными укрытиями художники, конечно же, предпочли гранитному Хоггару, на последнем рисунков меньше. Можно предположить, что древние художники, выйдя из Тассилин-Аджера и двигаясь на запад, находили все меньше и меньше нужных им скал для рисования — попадались каменистые и песчаные пустыни.
Полагают, что первичной причиной миграции было чрезмерное развитие скотоводства — явление, вполне допустимое для зари одомашнивания, ведь у людей не было практического опыта разведения домашних животных. Быстрое размножение животных заставляло пастухов ускорять темп миграции и гнать скот все дальше на запад. Скорость передвижений росла, подгоняла Сахара: началось высыхание Великой пустыни, остановить которое было невозможно.
Около VIII века н. э. фульбе пришли в долину реки Сенегал, завоевали жизненное пространство на Фута-Торо (Сенегал) и в Масине (Мали), а оттуда пошли обратно на восток — искать новые пастбища. Сегодня мы наблюдаем картину их странствий: на огромном протяжении между плато Дарфур в Судане и рекой Сенегал рассеяны многочисленные группы одного и того же народа — фульбе. Остается, однако, нерешенным вопрос, где они жили до прихода в долину Сенегала. Некоторые ученые настаивают на их марокканской родине, но в качестве доказательств приводят только изображения людей эфиопского типа. Было бы абсурдом считать, что все «эфиопские» изображения в Сахаре — фульбские, в неолитический период ее травянистые долины населяли различные племена, как негроидные, так и эфиопидные, и все они могли принимать участие и миграциях, все они могли оставить свои «автографы» на скалах пустыни.
Женщины фульбе издавна считаются одними из красивейших в Западной Африке
Тут может возникнуть справедливый вопрос: почему фульбе не сохранили до сегодняшних дней свое искусство рисовальщиков на скалах? Ведь среди современных фульбе мало художников. Но вспомним, что их искусство было уже на закате, когда они пришли в Западную Сахару, — там рисунков почти нет. Можно вспомнить и бушменов — кто не знает их талантливых, реалистических рисунков в Южной и Юго-Западной Африке? Но и эти рисунки довольно старые: последнего бушменского художника видели в конце прошлого века, и сейчас обычай рисования у них забыт. Не похоже ли это на случай с фульбе? Западный Судан, где они живут, по крайней мере последнее тысячелетие, отнюдь не самое благоприятное место для поддержания художественных традиций. Немногие очаги подобного рода были найдены в Мали (близ Бамако и в Банди-агаре). Они не выдержали испытания временем. Однако у фульбе сохранился превосходный художественный вкус. Немногие народы Африки так владеют искусством причесок, как фульбе.
Есть ли еще какие-нибудь подтверждения восточноафриканского происхождения фульбе? На помощь историкам и этнографам пришли специалисты по естественным наукам, а также лингвисты. Перечислим кое-что из того, что уже сделано.
