– А ты так уж хорошо прятаться умеешь? – с явным недоверием спросила Смеяна. Она и правда не верила, что кто-то еще, кроме нее самой, сумеет толком спрятаться в лесу. – Ты же не лесной, ты в Прямичеве вырос. Сам говорил.
– Вырос-то вырос! Держимирову дружину в Прямичеве знаешь как зовут? Лешими! Он любит воевать засадными полками, у нас все умеют что в поле, что в лесу биться. Да ладно, что я тебе рассказываю! – словно спохватился он вдруг. – А то опять пойдет на нас походом твой княжич ненаглядный…
Смеяна отстранилась от него и нахмурилась, вспомнив, с чем шла.
– Садись! – Она села на поваленную ель и показала Грачу место рядом с собой.
Он с готовностью сел и выжидательно посмотрел на нее.
– Рассказывай! – потребовала Смеяна. – Про княжну смолятическую. Говорят, ваш князь Держимир к ней два раза сватался. Ведь знаешь – как у них там все вышло?
Вместо ответа Грач наклонился и внимательно заглянул ей в лицо. Непривычно хмурая, Смеяна казалась непохожей на себя.
– А тебе что за дело?
– Рассказывай, нечисть лесная! Мертвые и те после пирогов говорить начинают, а ты и подавно должен!
– А где пироги? – хохотнул Грач, но, видя хмурое лицо Смеяны, унялся и стал рассказывать: – У князя Скородума два сынка-наследника, а дочку надо на сторону отдавать. Да долго он жениха ищет – ей уж двадцать первый год идет. Держимир к ней сватался. Ему же надо на своем берегу хоть с кем-нибудь прочно замириться. А то послали боги соседей, одно племя другого хуже. Рароги хотят всю Краену себе забрать до самого устья и на Ветляну выйти – что ни год, то у нас там война. Личивины на рубежах грабят, в дебричах оборотень князем сел – добра нам ниоткуда ждать не приходится. Сильная родня нужна, а кроме Скородума на Истире дочерей-невест ни у кого нет. А Скородум, лысый пень, Даровану не отдает. Он ее хочет выдать за вашего Светловоя да вдвоем на нас и двинуться. Да не на таких напал!
– Так вы знали, что смолятичи едут княжну за Светловоя сватать?
– А то как же! – Грач даже удивился ее вопросу. – А зачем же еще мы на них полезли? Я Прочена терпеть не могу, глаза б мои на него не глядели, упыря пустоглазого! Так вот – кабы не княжич твой удалой, сватовство бы их не сладилось. А теперь…
– А теперь к зиме надо будет за невестой ехать! – мрачно повторила Смеяна слова городника. – Говорят, встреча назначена в самое новогодье.
– Где? – тут же спросил Грач.
– А я помню? Какой там первый город смолятический от нашей стороны?
– Велишин.
– Значит, там.
– А кто сказал?
– Тот городник, что остался крепость строить. Боговитом звать.
– Остался?
Грач призадумался, потом протяжно просвистел:
– Так что же мне – зимовать в этой норе? Пока он город не построит? Да я тут шерстью обрасту и говорить разучусь, настоящим лешим стану! Ах, город еще! Держимир и так на стены кидается, а тут такая радость!
– С чего ему на стены кидаться? Лучше дела не нашел?
– Так он же думает, что я убитый.
Грач помрачнел, глубоко вздохнул, прикусил губу.
– А ему без тебя никак нельзя? – недоверчиво спросила Смеяна.
– Грустно ему без меня, – серьезно ответил куркутин.
– Ты что, у него в скоморохах состоишь?
– Да нет, я же его брат. Единственный, чтоб ты знала, кровный родич. Без меня он на всем свете один.
– Чего?
Широко раскрыв глаза, Смеяна повернулась к Грачу и даже дернула его за рукав, чтобы он посмотрел на нее. Ей показалось, что она ослышалась. Грач глянул в ее изумленные глаза, потом невесело усмехнулся:
– А ты не знала?
– Откуда мне знать?
– А разве я не сказал? Тогда же, когда ваш старик на меня это надел. – Грач прикоснулся к поясу, где под рубахой был повязан науз. – Я не помню, чего он меня спрашивал, но я ему, похоже, все сказал, что знал. А силен у вас старик, я тебе скажу…
– Ты не говорил, что ты брат князя! – перебив его, воскликнула Смеяна. – Ты сказал, что не знаешь своего отца.
– Ну да, не знаю! – с усмешкой согласился Грач. – Но догадываюсь. И весь Прямичев догадывается. А Держимир так твердо верит. Так что помни – моя голова дорого стоит. Не пять гривен, больше!
Смеяна недоверчиво усмехнулась: никак не верилось, что этот черный леший с грачиным носом – княжеский сын, почти как Светловой! А Грач вдруг взял обе ее руки в свои и заглянул ей в лицо.
– Красавица ты моя! – проникновенно сказал он. – Глаза твои золотые, ненаглядные! Отпустила бы ты меня! Придумай что-нибудь, ты же можешь! Мне в Прямичев надо, и поскорее! Держимир там без меня стены крушит, и некому ему слово доброе сказать! Да и Дарована… Ведь женят Светловоя на ней, верно говорю! Отпусти меня – может, со мной-то будет Держимиру удача, наша будет княжна! Наша, понимаешь?
Смеяна опустила глаза от стыда. Она видела, что Грач все понимает и угадывает ее глупейшую и безнадежную любовь к Светловою, из-за чего ей хочется, чтобы знатная невеста досталась кому-нибудь другому, хотя бы и Держимиру прямичевскому.
– Я бы тебя отпустила… – тихо сказала она. – Не за княжну – пусть ее, как боги велят… Судьба придет – за печкой найдет…
– Э, нет! – весело возразил Грач. – Барахтайся – выплывешь! Ты на меня посмотри – я, сын князя, за жерновом сижу, сижу, потому что знаю – не на век! Я еще в седле буду!
– Будешь, – со вздохом согласилась Смеяна. – Ты-то будешь! Другой бы с такой раной и шага не шагнул, а ты за три версты ушел!
Грач подмигнул ей, и она улыбнулась, не в силах больше грустить. Веселая уверенность Грача передавалась ей, и она тоже начала верить во что-то далекое, смутное, но хорошее.
– Пойдем! – Смеяна вскочила с поваленного ствола и схватила Грача за руку. – Пойдем к Творяну! Я его уговорю!
* * *
Черный кот сидел не на крылечке Творяновой избушки, а на крыше. Для Смеяны это служило верным признаком, что к ведуну только что приходил кто-то чужой. Оставив Грача в нескольких шагах от опушки под дубом, она толкнула дверь.
Творян поднял глаза ей навстречу и ничего не сказал. Смеяна не была здесь с того дня, когда прямо отсюда пошла искать полудянку. Ведун не расспрашивал ее о той встрече, но смотрел втрое внимательнее, и Смеяне казалось, что взгляд его блестящих глаз навыкате прошивает ее насквозь. Это раздражало и даже злило ее, так что хотелось шипеть и царапаться.
И сейчас Смеяна словно споткнулась на пороге – так не хотелось ей сюда идти. Пересилив себя, она шагнула в тесную избушку.
– Кто у тебя был? – спросила она.
– Да городник присылал, – ответил Творян.
Смеяна приободрилась: раз ведун согласен разговаривать, значит, есть надежда договориться.
– Чего же ему от тебя надо?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
