Читаем без скачивания Метро 2033. Сказки Апокалипсиса (сборник) - Вячеслав Бакулин

– Теперь все идут за мной след в след, – строго сказал я, отодвигая засов и открывая ворота. – Это, для тех, кто в танке, не оборот речи, а самый настоящий приказ. И не только идите как я, но и двигайтесь так же.

Сказал – и первым нырнул в хитросплетение зарослей. Как там Шагал рассказывал? Память уже услужливо извлекла необходимую запись, выбрала нужный момент давно минувшего разговора. Сиплый голос звучал в сознании, объяснял дорогу к тайной лежке немногочисленных Василеостровских сталкеров. «От ворот на тридцать градусов левее. Ступай пригнувшись. Через три шага распрямись, еще шаг. Теперь перешагни лозу. Снова два шага, остановись. Направо на девяносто градусов. Двигайся приставным три с половиной метра. Теперь шаг назад…»

Большой проспект превратился в непролазные джунгли, и опасная часть этого вечно зеленого безумия пробралась во дворы. Цель моей странной затеи – бетонная коробка трансформаторной подстанции – была густо оплетена пожелтевшим к осени вьюном, отчего казалась покрытой рыжим мехом. Невозможный симбиоз двух видов растений, хотя кто его знает, ботаник из меня тот еще.

Ключ оказался именно там, где и говорил Шагал, смазанный замок открылся легко, и уютная темнота приняла усталых путников. Впрочем, хозяйка питерских подземелий недолго властвовала в тесном помещении. Щелкнула зажигалка, вспыхнуло пламя, жадно набросившись на загодя заготовленные дрова, потянулся дым в вытяжные отверстия, перекрытые фильтрами.

– Все! – резюмировал я, стягивая опостылевшую маску противогаза. – Снимайте намордники, здесь чисто. Можно расслабиться и отдохнуть. И даже поесть.

– Хорошее место, – произнес неожиданно Эфес. – Надежное. И проводник из тебя хороший. За всю дорогу ни одного выстрела.

Господи, мне показалось, или в его равнодушном взгляде мелькнуло уважение, а тонкие губы тронула одобрительная улыбка?

– Это не только моя заслуга. Нам, скорее, просто повезло. Или всех окрестных тварей распугала Медная Королева, а чайкам просто невозможно охотиться в такой туман.

– Удача – немаловажный фактор в профессии проводника.

Тяжело не согласиться со столь авторитетным мнением. Отряд тем временем располагался на ночевку. Лиза бродила вдоль давно мертвых электрических шкафов, Эфес принялся разбирать свое неизвестное оружие, Юля же решила помочь мне с ужином. На свет был извлечен помятый закопченный котелок, отточенные лезвия ножей нетерпеливо впились в крышки консервных банок.

– А ведь действительно неплохо идем, дальше бы так, – озвучивая, скорее, свои мысли и не рассчитывая на ответ, обронил я. Но девушка неожиданно поддержала беседу:

– Вряд ли получится. Не только мы пробираемся к особняку.

– Вот это поворот. – Я отложил банку и внимательно уставился на собеседницу. Растрепанные волосы (и куда только девалась та аккуратная прическа?), по милому лицу бродят задумчивые тени, рожденные неверным пламенем костра, а пронзительно-синие глаза смотрят в пол, не решаясь встретиться со мной взглядом. Я поймал себя на мысли, что мне безумно хочется заглянуть сейчас в эту невозможную ультрамариновую бездну, чтобы почувствовать и понять… Вот только что? – Расскажи мне о цели нашего путешествия. Что там – в конце?

– Зеркало.

– Прости, я не ослышался? Просто зеркало?

– Не «просто», Штурман, а Зеркало Абсолюта. – Юлия сказала эту нелепицу с таким возвышенным видом, с каким в Метро упоминают разве что об «Эдеме». Однако, судя по всему, мое лицо не отразило того восхищения, которое должно было бушевать в моей душе после этого словосочетания, поэтому девушка, вздохнув, продолжила: – Зеркало Абсолюта – это, по сути, пульт управления окружающим миром. Упоминания о нем встречаются на протяжении многих лет человеческой истории. Последнее его название – Зеркало Дракулы.

– Дракулы? – нервно хихикнул я. Вроде бы смешно, но в то же время как-то не по себе. Я поежился. За надежными бетонными стенами подстанции уже стемнело, и ночная живность выбралась на улицы в поисках добычи. Слышался иногда чей-то далекий вой и мерный стрекот. Неподалеку от заросшего двора кто-то тяжело и шумно вздыхал. – А на фига ему зеркало? Он же в них, вроде бы, не отражался?

– Не перебивай, – попросила Юля, вываливая тушенку в котелок и начиная помешивать густую похлебку. По помещению поплыл совсем домашний аромат. – Дракула тут практически ни при чем. Зеркало доставили в Питер из Италии в начале двадцатого века. Говорят, что оно висело в доме, где хранился прах графа. Так вот, люди, которые смотрелись в Зеркало, испытывали странные ощущения, а после, спустя какое-то время, пропадали. Не сразу удалось установить хоть какую-то закономерность. А именно периодичность – двадцать с хвостиком лет…

– Подожди-ка. Ведь именно столько времени…

– Давай об этом потом, ладно? – Юля обезоруживающе улыбнулась. Странно, но сейчас я готов был поверить в любую ерунду, сказанную этим звонким, насыщенным голосом. – Так вот, Зеркало объявилось в Петербурге, в особняке Брусницыных. Слухи об этом поползли после исчезновения внучки купца. Зеркало спрятали в кладовой. После революции этот жуткий предмет интерьера перекочевал в ДК имени Кирова. А вскоре вновь вернулся на прежнее место, только теперь здесь находилось управление кожевенного завода, и Зеркало повесили на стену в кабинете заместителя директора. Через какое-то время зам исчез. Следующей жертвой Зеркала стал некий рабочий, увидевший свое отражение в темной глубине. После этого кабинет заколотили, и исчезновения на какое-то время прекратились. Однако есть у меня все основания полагать, что тот рабочий не был последним.

– Хорошо, я тебя понял. Это жуткое Зеркало похищает людей… но вы-то здесь при чем? – Я обвел взглядом своих спутников. Эфес отложил оружие и пересел поближе к огню. Зачерпнул в миску ароматного варева и передал посуду Елизавете. Только тут я обратил внимание, что девочка за все время нашего знакомства не произнесла ни слова. Стреляла по сторонам любопытными глазенками, хихикала задорно, но молчала. Вроде бы обычная девчонка, в меру заводная, в меру общительная. Просто не разговаривает, так получается?

Меж тем ужин прервал беседу. Я машинально отправлял пищу в рот и жевал, совершенно не чувствуя вкуса, а мысли мои блуждали где-то далеко. То ли в горах одичавшей Румынии, то ли на руинах старинной виллы в Италии, то ли на запущенном побережье Васильевского острова. Я не мог понять, верит ли Юля в свои слова, или попросту пересказывает чьи-то домыслы. На сумасшедшую она не похожа… впрочем, в нынешнее время поди разберись.

Вся эта история похожа на страшную сказку, даже начать ее можно было бы со слов: «В черном-черном городе, на черной-черной линии»… Вот только город этот посыпан пеплом, а не углем. Но ведь не расскажешь сказку об унылой свалке и замызганном лабиринте под ней, никто слушать не станет. Чтобы тебе поверили, нужны факты, любят их люди, вот прямо всем сердцем обожают. Хотя… Как показала недавняя история с фанатиками из Исхода, население Петербургского метрополитена склонно верить в чудеса. Хотя бы малая его часть.

Еда была съедена, посуда вытерта по мере сил, костерок притух. Я подкинул пару веток. Взбодрившееся пламя осветило дремлющего Эфеса и прижавшуюся к нему девочку. Мне бы такое спокойствие. Юлия долго не решалась вернуться к разговору, удивительно ловко уворачиваясь от моего взгляда. Успела постелить на пол ватник и подложить под голову рюкзак. Устроилась поудобнее и подняла глаза. Будто шилом ткнула.

– Не нужно во мне дырки сверлить. Надо было подождать, пока Лиза заснет. – Юля покосилась на девочку. Показалось мне или прятались все же в васильковых глазах горькая, словно микстура, вина и сожаление. – Слушай дальше. Я тебе не просто так сказала, что это Зеркало Абсолюта, а никакого не Дракулы. Хотя не могу отрицать, что эта часть его истории правдива. Понимаешь, Зеркало возводит в абсолют основное качество человека, включившего его, и проецирует эту черту на весь мир. На весь. То есть, если в твоем характере главенствует сострадание к ближнему, доброта, доверие, то следующую пару десятков лет человечество будет жить, руководствуясь именно этими принципами – за редкими исключениями.

– Почему-то мне кажется, что такие личности добирались до Зеркала крайне редко, – я уже подхватил эту игру и не мог остановиться. – А вот что касается других…

– В точку, – улыбнулась Юля. – Люди алчные, завистливые, агрессивные и похотливые. Они узнавали тайну и тянулись к заветной амальгаме только с одной целью – благо для себя. И мир скатывался все ниже. Хорошо хоть Зеркалу необходимо двадцать с хвостиком лет на, назовем ее так, перезарядку.

– Этого оказалось достаточно, – я обвел рукой бетонные стены, – чтобы докатиться до всего этого. Значит, последний любитель своего отражения и спровоцировал Третью Мировую…