– Говори.
– Он спас меня еще до нашей с тобой встречи в повозке. Я отправилась в долину не одна, со мной пошли и другие колдуньи. Мы точно не знали, где потайная тропа. Разведчикам не все удалось разузнать у прислуги Хантера Редферна.
Мэгги слушала Арадию, затаив дыхание.
– Вечером в канун Сэмхэйна-Хэллоуина мы бродили в горах, пытаясь подобрать заклинание, которое сделало бы тропу видимой. Вместо этого мы вызвали лавину.
Мэгги совсем перестала дышать:
– Лавину?
– Она не задела твоего брата. Он шел как раз по тропе, которую мы искали. Снежная лавина обрушилась на нас и погубила всех моих спутниц.
– О, – прошептала Мэгги. – Мне так жаль…
– Я не была серьезно ранена, но совсем потеряла способность двигаться. Я почувствовала, что мои подруги погибли, и услышала чей-то зов. Это был твой брат. После схода лавины они с Сильвией побежали посмотреть, не пострадал ли кто-нибудь.
– Майлз всегда спешит на помощь, – тихо сказала Мэгги. – Даже если нужна какая-нибудь ерунда: батарейки или теплые носки.
– Невозможно выразить словами мою радость, когда я услышала его голос. Он спас мне жизнь. Если бы не он, я бы замерзла в снегу. И еще больше я обрадовалась, поняв, что его девушка – колдунья… – Арадия нахмурилась.
– Ха! – усмехнулась Джина. – Держу пари, твоя радость продолжалась недолго.
– Она тоже моментально поняла, кто я. И я оказалась заложницей у нее в руках, она могла бы мною шантажировать ведьм. Но главное, ей удалось бы завоевать расположение Хантера Редферна. И конечно, она сразу догадалась, что не должна допустить моей встречи с Дилосом.
– Она стремится только к власти, – сказала Мэгги. – Я слышала, как она рассказывала, что ведьмы обидели ее и лишили важного поста в Совете потому, что она не Харман.
Арадия слабо улыбнулась:
– Я тоже не Харман. Но все мы – дочери Элвайзы, Хранительницы Очага. Нам давно пора понять это. – Она покачала головой. – Сильвию настолько потрясло, что я попала к ней в руки, что она не удержалась и рассказала все твоему брату. А он… ну, его эти новости не обрадовали.
– Конечно, нет! – Мэгги всегда гордилась своим братом, и даже в холодной темнице при мысли о нем ей становилось тепло.
– Раньше Сильвия ничего ему про себя не рассказывала, лишь пообещала, что покажет ему волшебную долину, где оживают легенды. Но тут она проговорилась. Он узнал правду о Королевстве Тьмы и о ее желании превратить его в Ночного обитателя. Она сказала, что королевство станет их владением, как только Дилос покинет долину вместе с Хантером Редферном. Майлз мог бы превратиться в вампира или оборотня на выбор. И тогда они оба – Ночные обитатели – безо всяких помех взойдут на царский престол в Королевстве Тьмы…
Мэгги замахала на нее руками. У нее не было слов. Как Сильвия могла оказаться столь глупа? Она что, совсем не знала Майлза?
– Майлзу ничего этого не надо! – Мэгги просто задохнулась от возмущения.
– Да, именно это он ей и сказал. Я почувствовала, что он попал в беду, – вздохнула Арадия. – Но что я могла сделать? Сильвия прекрасно играла свою роль, пока мы спускались вниз, в город. Она притворялась, что печется только о том, чтобы доставить меня в больницу и сообщить спасателям о гибели моих спутниц. Но едва мы переступили порог ее квартиры, все изменилось.
– Я помню эту квартиру, – медленно проговорила Мэгги. – Что за чудовищная компания там собирается?
– Там веселится Царство Ночи, – объяснила Арадия. – Друзья Сильвии. Как только мы вошли, она приказала им схватить нас. Я шепнула Майлзу: «Беги!», но поздно – их было слишком много. Он встал на мою защиту и крикнул, что им придется убить его, прежде чем они доберутся до меня.
Упрямый подбородок Мэгги предательски задрожал. Она чувствовала, как ее сердце медленно бухает внутри и его тяжелые редкие удары отдаются во всем теле.
– Его убили?
– Нет. Тогда не убили, может быть, и вообще не убили. Я не знаю. Они набросились на него, связали и усыпили. Потом вошли двое работорговцев: Берн и Гэвин. Сильвия вызвала их.
«Ну да, они как раз вернулись после похищения Пи Джей, – подумала Мэгги. – Расторопные парни!»
– Они и меня усыпили, – продолжала колдунья. – Сильвия навела на меня порчу и испытала на мне свой эликсир правды. Она не много у меня выведала, потому что не было никакой армии ведьм, идущей войной на Королевство Тьмы (уж лучше б была!), а о том, что я пришла встретиться с Дилосом, она и так знала. – Арадия тяжело вздохнула и кратко завершила свой рассказ: – Эликсир правды – настоящий яд. Из-за него я бредила несколько дней, с трудом понимая, что происходит вокруг. Я будто включалась и выключалась. Меня долго держали в каком-то помещении, ждали подходящей погоды, чтобы перевезти в долину. А Майлза увезли сразу. Я не знаю, что она с ним сделала. До сих пор не знаю.
Мэгги кивнула. Ее сердце билось все так же медленно и тяжело.
– Не понимаю! Зачем ей понадобилось разыгрывать целый спектакль? Она отправилась обратно в горы, чтобы спасатели нашли ее там, и рассказала им, что Майлз упал в расселину в леднике. Но если он убит, почему она просто не сказала, что они расстались и она не знает, где он может быть?
– Думаю, на этот вопрос я смогу ответить, – вздохнула Арадия. – Когда они набросились на нас, Майлз пригрозил, что его друзья знают, с кем он ушел в горы, и если он не вернется, они вспомнят об этом в полиции.
Да. Тогда все ясно. Все, за исключением одного – Мэгги так и не узнала, что с ним случилось. Наступила долгая тишина.
– Он смелый, – с неожиданной серьезностью подытожила Джина. – Если он погиб, то потому, что сделал правильный выбор. Будем надеяться, что и мы сумеем не ошибиться.
Мэгги посмотрела на нее, стараясь понять по ее лицу в темноте, не смеется ли она. Джина не смеялась.
«Кэди превратилась в Арадию, Колдовскую Деву всех ведьм, я – в Освободительницу (хотя не особенно в этом преуспела), но сильнее всего изменилась ты, Джина…»
– Джина, я даже не знаю твоей фамилии… – Мэгги так неожиданно сменила тему, что Джина даже вздрогнула.
– А? Моя фамилия? Была… есть… Маккартни… Мне было четырнадцать, когда они схватили меня. Я сидела в зале игровых автоматов и играла в «Смертельную битву». Потом спустилась в комнату для девочек… Я шла по длинному коридору и вдруг отключилась, а очнулась в повозке работорговцев. Вот и все.
Мэгги протянула ей руку в темноте.
– Рада познакомиться, Джина Маккартни. – Она почувствовала крепкое рукопожатие тонких мозолистых пальцев.
Одной рукой Мэгги держала руку Джины, другой – нежную ладонь Арадии, и все трое – рабыня, школьница и колдунья – сидели вместе, взявшись за руки, в темной тюремной камере и чувствовали себя обычными девушками, попавшими в необычную беду.
