В то же мгновение рот Кэди закрыла большая ладонь и сильные руки оттащили ее вглубь, в темноту. Она ни на секунду не усомнилась, что мужчина, который схватил ее, – Коул.
– Почему ты не послушалась меня и не осталась там, где я тебе велел? – зашипел он ей прямо в ухо. – Ладно, не отвечай. Пойдем скорее. Это просто охотники, они никому не причинят вреда.
Кэди не двигалась с места.
– Никому не причинят вреда? – взвилась она. – А как насчет орлов? – Последнее слово она произнесла с особым ударением.
Несмотря на темноту она заметила, как сверкают его глаза.
– Ты права. Они охотники, а мужской компании нельзя доверять. Не будь тебя со мной, я, может, и присоединился бы к ним, но поскольку ты рядом – я им не доверяю.
Проигнорировав такой комплимент, Кэди уставилась на Коула.
– И ты собираешься просто так уйти, не обращая внимания на эту бойню?
В мутном свете луны она заметила, как меняется выражение лица Коула, отражая то, что он чувствует, пытаясь ее понять. Наконец недоверие все-таки возобладало над пониманием.
– Только не говори, что ты имеешь что-нибудь против истребления кучки, этих поганых прожорливых птиц!
Кэди глубоко вздохнула.
– Орел – символ Соединенных Штатов. Эта птица…
– Что? – от возмущения Коул даже задохнулся и, наклонившись, вплотную приблизил лицо к лицу Кэди. – Орел символизирует нашу великую страну? Ты с ума сошла? Эти птицы питаются падалью. Они ничем не лучше грифов. К тому же они очень опасны для фермеров. Их необходимо отстреливать.
Резко повернувшись, Кэди зашагала вниз по тропинке. Через овраг обязательно должен быть проход, так что она сможет добраться до руин. Она понятия не имела, что сделает или скажет этим людям, когда до них доберется, но она должна что-нибудь придумать, чтобы остановить эту бойню.
Коул обхватил ее за талию и притянул к себе.
– Отпусти меня, или я закричу, – зашипела Кэди, изо всех сил пытаясь освободиться от его мощной хватки.
– Если ты успокоишься, я тебя отпущу. – Когда она перестала дергаться, он освободил ее руку, но повернул так, чтобы она посмотрела на него. – Ладно, значит, ты не одобряешь убийство орлов, так…
– Зачем они это делают? Какая польза этим людям от того, что они подстрелили этих великолепных птиц? Даже я не могу ничего приготовить из мяса орла.
– Рад это слышать, – похвалил Коул и, заметив, что Кэди снова монет отвернуться, удержал ее за руку. – Послушай, что сделано, то сделано. Никто этих птиц не оживит. Эти люди продадут перья и заработают немного денег. Вот и все.
– Да?! А как насчет завтрашнего дня? Завтра они проснутся и пойдут убивать новых орлов? – Кэди глубоко вздохнула. – Коул, ты просто понятия не имеешь, что стало с животными и птицами в мое время. Люди понастроили дома на большей части свободных земель, поэтому птицам почти не осталось места для гнездовий. Охотники отстреливают бедных созданий из автоматического оружия, они…
– Картина ясная, но что я могу сделать? Ты хочешь, чтобы я заплатил им за перья так, чтобы эти люди никогда больше не захотели охотиться на птиц?
– Чем выше цена, тем больше птиц они убивают. Я знаю, ты не можешь заставить всех охотников прекратить убивать орлов, но не можешь ли ты заставить хотя бы этих людей отказаться от убийства? Только этих троих?
Коул заглянул в огромные умоляющие глаза Кэди и понял, что он, может, и не в состоянии остановить этих людей, но он готов умереть, пытаясь это сделать. В его голове одна идея сменяла другую. Пригрозить им, что, если кто-нибудь из них убьет хотя бы одну из проклятых птиц, он, Коул Джордан, лично отыщет этого человека и убьет его? Подумав об этом, Коул понял, что одному ему никак не внушить этим охотникам страх, которого хватило бы на всю их оставшуюся жизнь. Деньги заставляют людей забывать обо всем.
Вдруг Коула осенила идея, от которой он улыбнулся, причем так, что Кэди поняла: он намерен предпринять нечто не совсем обычное. Может, даже не совсем законное..
– Ты ведь никому из них не причинишь вреда, правда? – прошептала она. – Ты не станешь стрелять этими твоими стрелами в…
– Я хочу, чтобы ты поклялась мне, что будешь сидеть здесь совсем тихо и только наблюдать. Больше ничего. Ты ни во что не ввяжешься. Обещаешь?
– Я не могу дать такого обещания. А если эти люди попытаются тебя подстрелить? Он заправил прядку ей за ухо.
– Ты будешь переживать?
– Конечно. Если ты погибнешь, кто поможет мне найти наскальные рисунки, чтобы я вернулась к человеку, которого люблю?
Кэди знала, что это она сама себе напоминает о своей великой любви, потому что именно в этот момент она, кажется, не помнила ни о каком другом мире, кроме того, в котором сейчас находилась. И, может, не могла думать ни о каком другом мужчине, кроме этого.
Коул слегка нахмурился, взял ее руки в свои и сжал их.
– Помни, что я тебе нужен. Пожалуйста, помни, что если ты произведешь хотя бы малейший шум или внезапное движение, эти люди меня подстрелят. А если меня не станет, кто будет тебя здесь защищать?
– О! – Глаза Кэди расширились, но по выражению лица Коула она догадалась, что он, скорее всего, поддразнивает ее. Может, она испугалась только потому, что смотрела слишком много вестернов, где все во все стреляли. – Что ты собираешься делать?
– Нечто обалденное! – сверкнул он глазами.
Какое-то мгновение Кэди смотрела на Коула в замешательстве, потом вспомнила свою длиннющую лекцию относительно происхождения и незаконного использования наркотиков в Америке. Она, пожалуй, слишком увлеклась, раз успела порассказать и о сленге, и о кроссовках на белой подошве, и о крэке, и о рэпе? Прежде чем она сумела ответить себе на этот вопрос, он быстро и нежно поцеловал ее и молча скользнул в темноту.
Устроившись, словно в амфитеатре зрительного зала, она наблюдала за тем, как мужчины за оврагом устраиваются на ночлег. Позевывающей Кэди оставалось только завидовать им и мечтать о том, чтобы прижаться к Коулу и… «Нет!» – приказала она себе. Она хочет вернуться назад, в свою собственную постель в квартире в Вирджинии, а на утро отправиться повидать Грегори. Она не желает кутаться в спальном мешке со своим мужем.., с Коулом, поправила сама себя Кэди. Ей нужен Грегори, а не Коул.
Внимание Кэди привлекло какое-то движение за ложбиной, и она, выпрямившись, села. То, что она увидела, заставило ее усиленно протереть глаза. Почти обнаженный мужчина с кожей, цвет которой сливался с грязными развалинами за его спиной, бесшумно прошел перед спящими уже охотниками и швырнул горстку травы в огонь. Потом, сняв пару отделенных от тушек орлиных крыльев из тех, что висели на стене, он принялся размахивать ими над костром, направляя дым на спящих.
