Читаем без скачивания Ямайский флибустьер - Виктор Губарев

— Да, ваше превосходительство, это он, — сдержанно кивнул сеньор Мальдонадо.

Губернатор снова взглянул на вожака флибустьеров.

— Капитан Рок, что привело вас в воды нашего вице-королевства? Желание грабить, чинить насилия и убивать подданных его величества?

«Не спрашивай, каналья, и я не стану тебе врать», — подумал Бразилец, поднимая на дона Хуана глаза, светившиеся безумным огнём. А вслух прохрипел:

— Что вы, сеньор губернатор. У вас сложились превратные представления обо мне. Я не разбойник с большой дороги, я — честный корсар.

— Вы отъявленный мошенник, вор и убийца. Думаете, мы ничего не знаем о ваших кровавых похождениях и жестоких расправах над ни в чем не повинными людьми? Разве не вы сожгли на Кубе нескольких несчастных колонистов, бросив их связанными между огромными кострами? И в чем же была вина этих людей? В том, что они хотели помешать вам разграбить их корраль?

— Вы приписываете мне чужие грехи, — глухо промолвил капитан флибустьеров.

— Перечень ваших грехов будет составлен после допросов в казематах крепости, — процедил сквозь зубы сеньор де Эскивель. — И когда мы узнаем обо всех ваших преступлениях, суд не замедлит вынести вам смертный приговор.

— Терпеть не могу беседы на эту тему, — взгляд пирата стал ещё более мрачным. — Хотите меня повесить?

— Хочу избавить жителей Америки от страха перед таким гнусным мерзавцем, как вы.

Бразилец побагровел и, теряя выдержу, зло тряхнул кандалами.

— Берегитесь, сеньор губернатор! На свободе у меня остались друзья, способные на все. Если вы, не дай бог, доведете дело до виселицы, вам не сносить головы.

— Вы дурак! — Лиценциат поджал губы и подал знак альфересу. — Уведите его.

— Разрешите и мне удалиться, — почтительно обратился к губернатору капитан Мальдонадо. — Сегодня в крепости будет много дел.

Через несколько минут конвоиры погнали пленных разбойников к мрачному сооружению, возвышавшемуся над городом и портом.

Крепость-тюрьма была построена по плану средневековых замков: двойные каменные стены, увенчание смотровыми башнями, вокруг — глубокие рвы с водой, в воротах — массивные железные двери. Приблизиться к ним можно было, лишь пройдя через подъемный мост, который опускался на железных цепях.

Когда пиратов ввели внутрь, они почувствовали себя заживо погребенными. Внутренние коридоры крепости и все камеры были погружены в полутьму. В нишах кое-где тускло мерцали фонари, но в основном свет проникал лишь через узенькие оконца, больше напоминавшие щели, перекрытые толстыми прутьями решеток. Всюду виднелись огромные навесные замки, болты и тяжелые ржавые цепи — к ним крепились кандалы. Под потолком находились крохотные отверстия для вентиляции, пол был выложен плитами из серого камня, между плитами кое-где проросла трава.

На втором этаже находилась центральная угловая башня. Она располагалась таким образом, чтобы из нее можно было видеть все другие башни, а также часовых.

Пленников затолкали в сырую камеру с низким потолком и единственным окном, перегороженным железным прутом. Двери камеры захлопнулись, потом послышался лязг засовов и скрежет ключа в замке — и наступила тишина.

Глава 16

Бесследно исчезнувшие

Флибустьеры, оставшиеся на борту «Американки», ожидали возвращения своих товарищей ровно сутки. Когда забрезжил рассвет второго дня, а каноэ так и не появилось, Железнобокий поднял всю команду на ноги.

— С ними что-то стряслось, — сказал он, вглядываясь в суровые лица окруживших его разбойников. — Нужно идти к Кампече.

— Ты что, Джон? — поежился Оливье Обри. — Там же два военных корабля.

— Мы не будем заходить в гавань и рисковать своими шеями, — пояснил квартирмейстер. — Просто поймаем в море какого-нибудь рыбака и спросим у него, что новенького в городе. Если Бразилец засыпался, об этом наверняка известно всем местным жителям.

Согласившись с мнением Железнобокого, пираты вывели бригантину из Бока-дель-Кабальо и, подняв паруса, пошли на приличном расстоянии от побережья курсом зюйд.

Подозрения Боулза вскоре подтвердились. Двое индейцев — отец и сын, — перехваченные в нескольких милях к северо-западу от Кампече, рассказали флибустьерам обо всем, что произошло в порту днем раньше.

— Ваших друзей отвели в крепость, — закончил свое повествование пожилой индеец. — Люди говорят, что всех их должны повесить.

Разбойники, столпившиеся на палубе, возмущенно зашумели; лишь губы Энрике де Беррео тронула недобрая усмешка, но этого, к счастью для него, никто не заметил.

— Спокойно, ребята! — подняв руку, властно прикрикнул Железнобокий, требуя тишины. — Спокойно! К сожалению, случилось то, что иногда случается с искателями приключений, — игра судьбы. Давайте теперь отпустим этих туземцев и помозгуем, что делать дальше.

Индейцам позволили вернуться в их жалкое каноэ; затем у грот-мачты состоялось короткое совещание.

— На судне осталось пятнадцать человек, — сказал Бэзил Блейк. — Помочь нашим товарищам, угодившим в лапы донов, мы не в состоянии. Да и шататься у здешних берегов с такими малыми силами нет смысла — взять хорошую добычу нам все равно не удастся, а нарваться на неприятности мы можем в любой момент.

— Каково твое предложение? — нетерпеливо спросил Боулз.

— Идти к южному берегу Кубы, на острова Хардинес. Там часто отдыхают пираты с Тортуги и Ямайки, и там легко пополнить команду новыми людьми.

— Предложение Бэзила мне по вкусу, — промолвил квартирмейстер. — Но, возможно, кто-то имеет на сей счет иное мнение…

— А если вернуться на Ямайку? — неуверенно начал Пит Грааф. — Там тоже можно найти немало людей, склонных к перемене мест.

— Вернуться в Порт-Ройял без добычи — значит, стать всеобщим посмешищем, — проворчал Том-Гром. — Нет, я согласен с Бэзилом: нужно идти к островам Хардинес.

— Проголосуем, — сказал Боулз.

Большинство разбойников поддержало предложение, высказанное Бэзилом Блейком, так что первый вопрос повестки дня — о выборе курса — был решен довольно быстро. Вслед за этим начали выбирать капитана. Претендентов на командирскую должность было двое: Джон Боулз и Том-Гром.

— На море и так полно неожиданностей, — заметил выступивший в прениях плотник Дирк Вермеер. — Нe хватает еще, чтобы Том-Гром начал командовать нами.

— Чем тебе не нравится Том? — запальчиво крикнул кто-то из дружков претендента.

— В драке ему нет равных, — пояснил плотник, но он никудышный организатор. В ситуации, где требуется проявить хладнокровие, выдержку и умение вести за собой, Том взрывается как порох и лезет на рожон, пытаясь в одиночку одолеть целую армию.

Доводы Дирка Вермеера показались пиратам убедительными. Кандидатура Тома-Грома была отвергнута, а новым вожаком после непродолжительной дискуссии избрали Джона Боулза.

На ставшее вакантным место квартирмейстера претендовали три кандидата: Бэзил Блейк, Том-Гром и Оливье Обри. У Блейка были неплохие шансы, однако его чрезмерное пристрастие к рому и драгоценным камням все же не позволило вверить его заботам корабельные кладовые и казну. Кандидатура француза Оливье Обри тоже не прошла. Хотя у него имелся ряд достоинств, например, осторожность в суждениях, уравновешенность характера и — в часы пирушки — необыкновенная жизнерадостность, флибустьеры относили его к категории людей, которым безразлично, сидит ли горшок у них на голове или они сидят на нем задом. О таких типах обычно принято говорить — ни рыба ни мясо. Так что в итоге новым квартирмейстером был избран Том-Гром. Исполнять обязанности штурмана взялся Беррео-Секейра, а место боцмана занял Блейк.

Покинув залив Новой Испании, пиратская бригантина вернулась через Юкатанский пролив в Карибское мере и, часто меняя галсы, в начале августа появилась у южных островков Кубинского архипелага. Места эти напоминали тропический оазис среда пустынных вод. Изящные пальмы возвышались над пенящимися валами, накатывавшимися на белые песчаные пляжи. На некоторых островах гнездились колонии розовых и пурпурных фламинго, вплетавшие в пестрые пейзажи тропиков свои фантастические узоры. Туземцы и иностранцы добывали здесь рыбу, черепах, лангустов, креветок, раков-отшельников, крабов, устриц и раковины гигантских стромбусов — рифовых моллюсков, мясо которых всегда считалось деликатесом.

Архипелаг Харданес-де-ла-Рейна, интересовавший морских разбойников, состоит из множества островков, разбросанных в заливе Гуаканаябо, в районе дельты реки Кауто и банки Гран-Бахо-де-Буэна-Эсперанса, а также островов к востоку от залива Санта-Мария. Посетив некоторые из них и не обнаружив следов пребывания других пиратских судов, «Американка» бросила якорь в уже знакомой читателю укромной бухте Игуаны на Москитовом острове. Отстроив развалившуюся хижину, Боулз и его товарищи в течение нескольких дней бороздили на шлюпке окрестные воды, пока во время одной из вылазок не нашли покинутое полузатопленное каноэ. Последнее было отремонтировано, снабжено веслами и приспособлено для промысла.