что даже сопровождающие нас мастера едва справляются с водой.
Рельмар наводит порядок, выпустив ауру чудовищной силы. Все замирают, точно кролики при виде тигра.
— Достаточно! — одним словом он затыкает сотни глоток.
— И зачем ты его провоцируешь⁈ — цыкает Лиу, пихнув меня в бок.
— Рен, тебе хана, — озирается по сторонам Юн. — И нам, похоже, тоже. Не волнуйся, если от тебя что-то останется, похороним достойно, — с нервным смешком завершает он.
— Уж я надеюсь! — хмыкаю, игнорируя сотни горящих ненавистью взглядов, нацеленных на две наших лодки. — Учитывая, как я вчера на себе носил твою тушу, с тебя ещё и посмертная ода, длинная, не меньше трёх куплетов.
Товарищ лишь отмахивается.
Итак, внимания зрителей я добился, теперь осталось только изменить их настрой.
Сначала лодки пристают к трибунам, и Юн и Лиу вместе с сопровождающим нас наставником покидают судно.
Раскрасневшаяся девушка смотрит в мою сторону, словно провожает в последний путь.
— Удачи Рен! — тихо шепчет она, но ветер доносит её слова.
Юн боязливо оглядываясь по сторонам, лишь машет мне напутственно вслед.
Моя лодка двигается вдоль трибун к внутренним воротом павильона, а в это время Рельмар возносит руки к небу и громыхает:
— Я объявляю испытание Потока открытым!
В этот момент с трибун срываются сразу несколько практиков. Грациозно, подобно водяным змеями, они падают на неспокойные воды, но даже не думают погружаться или тонуть. Вместо этого двигаются по лазурной глади, словно по льду. Волны расходятся от них, рисуя причудливый узор, который не получается целиком разглядеть из лодки.
Практики сходятся в ритуальной схватке, не стремясь убить друг друга, а скорее демонстрируя всю красоту парного стиля, совмещённого с водными техниками.
Первое синхронное столкновение восьми бойцов в центре образует мощную волну, которая кольцом опоясывает их и раскатывается в стороны. Они взмывают над ареной, создавая под ногами водяные гребни. Следуя за клинками адептов, эти потоки поднимаются, становясь исполинскими змеями, полностью состоящими из бирюзовой стихии.
Оскалившись, призванные существа бросаются друг на друга, но не атакуют, а сплетаются в кольца, позволяя всадникам использовать их в качестве поля битвы. Восьмёрка адептов, грациозно и стремительно, демонстрируют всю красоту боевого стиля секты.
Дух и вправду захватывает. Хоть со стороны и кажется, что адептам это даётся очень легко, но я улавливаю их ауры. Концентрация внимания запредельная. Каждое движение отточено и отработано бесчисленное количество раз. Техники служат продолжением их мысли. Вот оно — настоящее боевое искусство.
Все восемь адептов стоят на этапа Серебряного Богомола. Долина действительно сильна своими практиками. В степи с этим было похуже, по крайней мере, в провинции Цаоен.
Любоваться удаётся недолго. Водяные ворота поднимаются, и мы исчезаем внутри.
Пока выступают лучшие ученики центрального павильона, мы заняты подготовкой. Мою одежду приходится сменить на тренировочную Лазурного Потока.
«Это дань традициям секты», — поясняет сопровождающий меня мастер. Как всегда с подбором нужных размеров для меня возникают трудности. Пока они ищут подходящий наряд, я успеваю расспросить других учеников, в чём именно будет заключаться испытание.
— Для каждого адепта обычно подбирают что-то уникальное, по его силам и возможностям, — объясняет один из учеников из внешнего лагеря. — Что там будет, сложно угадать. В прошлом году, я слышал, одному из парней дали особый эликсир, который должен был испытать его волю и крепость тела… Так бедняга одеревенел и нёс какую-то околесицу. Похоже наблюдал жуткие видения. Корчился в муках перед всей сектой, опозорился и ушёл из долины…
— За что с ним так? — ощутив злость к организаторам такого непотребства, спрашиваю я.
— Непочтительно вёл себя с одним из наставников.
— Дай угадаю, с Дайцанам, ага?
— Гадай меньше, — обрывает меня хмурая девушка.
Хотя по её мимике понятно, что я угадал.
— Испытания подбирают так, чтобы было немного шансов на победу, — хмыкнув, она пробегается по мне взглядом и кривится. — У тебя их точно не будет, чужак.
— Ты, наверное, видишь будущее? — не сдерживаю сарказма.
— А что тут видеть? У тебя всё на лице написано, — поджав губы, она отворачивается.
Узнать подробностей не получается и тут, но мне удаётся немного познакомиться с основными учениками. Не все дружелюбны, но и не так агрессивны, как народ на трибунах. Там толпа поддается всеобщему помешательству, будто стая диких зверей.
Проблему с униформой всё-таки удаётся решить, и мы выходим на нижний ряд трибун, где расположены лавки для участвующих в испытании.
Успеваем на самый конец открывающего представления. Сейчас бирюзовую гладь покрывает узор из льда, по которому скользят ученицы. Четыре девушки демонстрируют искусство водяной техники, создав ледяных фамильяров-монстров, и заставляют их сражаться. Постепенно я вникаю в суть происходящего. Это словно театральная постановка.
Представление заканчивается сражением водяного змея с исполинской черепахой. Несложно догадаться, кого она олицетворяет. Символ секты Лазурного Потока меньше своего врага, но постепенно он набирает мощь, превращаясь в настоящего дракона. Мифическое существо скручивается вокруг ледяной черепахи, после чего ломает её, отправляя на дно.
Аплодисменты накрывают водяную арену, а я с любопытством наблюдаю за ученицами. Девушки примерно на моём уровне силы, но им это представление далось очень тяжело. Ауры стали совсем тусклые, выложились до предела.
На сцену поднимается «достопочтенный» Дайцан. Выждав пока аплодисменты стихнут, он торжественно простирает руку к центру и обращается опять ко мне:
— Приглашаю тебя на арену, Рен.
Сразу два мастера поднимаются с трибун, поэтому я невозмутимо встаю и следую за ними. Перед нами открывается лестница, уходящая на несколько ступеней под воду. Встав по краям от меня, сопровождающие касаются руками каменных перил. Воздух становится обжигающе холодным. Тонкая ледяная корка спускается к воде, и на поверхности бассейна формируется крепкая на вид дорожка. Узкая, шириной в один мой шаг.
Через миг я уже шагаю по ней, стараясь не потерять равновесие. С обеих сторон накатывают небольшие волны, делая дорожку крайне скользкой. Не хватало ещё навернуться. Точно обрадую Дайцана. На подошвах тренировочных сандалей, сделанных из растительного волокна, выращиваю мелкие шипы, как у розы.
Мой шаг становится увереннее, и вскоре я уже догоняю край ледяной дороги. Количество Ки в технике мастеров увеличивается, а в центре стремительно формируется круглая ледяная платформа.
— Отдадим дань уважения секте Водяного Дракона, — произносит Дайцан. — Пусть чужак, не вступивший в наши ряды, пройдёт традиционное испытание Потока. Покажет, как он умеет справляться с первородной стихией.
Пока белолицый сотрсяает воздух, я подмечаю, что дорожка, по которой
