Читаем без скачивания Сорванные цветы - Наталия Левитина

– У меня дела с вашей фирмой. Мы давно знакомы с Виктором.

– Олег, прошу тебя, оставь меня в покое!

– Катя!

– Ну как ты не понимаешь? Я уже начала успокаиваться. А ты все портишь своими внезапными появлениями! Ты – пройденный этап. Все.

Олег остолбенел.

– Я – пройденный этап?! Ну спасибо, милая. Затянула, как трясина, всю душу вымотала, поставила штамп «пройденный этап» и выбросила! Все мне ясно. Прощай.

Он направился к двери. Теперь замерла Катерина: она не ожидала, что Олег так легко сдаст позиции и отступит. Но в дверях он все же обернулся.

– Хорошо, я – пройденный этап. А ты кто? Кто ты сейчас? Посмотри на себя. Зачем это вульгарное, безвкусное платье? Приманка для новой жертвы? Кого ты теперь решила поймать в свои сети? Желаю удачи. Не знаю, чем уж я тебя не устроил, но надеюсь, новый твой любовник оправдает ожидания. Успеха.

Олег вышел. Дверь захлопнулась с пушечным выстрелом. Катя положила руки на стол и уткнулась в них лицом. Внезапно она увидела себя со стороны. Ярко накрашенная, в коротком платье, с ногами, открытыми почти до нижнего белья. Секретарша Виктора Терентьева, который не пропускает мимо себя ни одной девочки, – Олегу наверняка об этом известно, раз знаком с ним давно. «Что он обо мне подумал! – запаниковала Катя. – Боже мой! Как это ужасно! Он решил, что я стала заурядной офисной девицей, наложницей шефа, женщиной свободного поведения! Боже мой, но я ведь не такая!»

Катя рванулась было из кабинета – догнать, остановить Олега, объяснить ему, что все не так, что он ошибается, что это платье – случайность, что она все та же Катерина, которую он любил... Но остановилась.

«Пусть, – мрачно подумала она. – Пусть думает что хочет. Все равно он уже в прошлом, и это никак нельзя исправить».

Напряженный день не кончился визитом Олега. Катерине предстояло еще одно испытание.

Вечером Орыся высадила ее около супермаркета.

Последнюю неделю месяца Катя жила на деньги, которые ей дала подруга. Она совсем не покупала еды, питаясь в экспресс-кафе на бесплатные талоны. Но некоторые вещи были более необходимы, чем питание: мыло «Палмолив», дезодорант, чулки, гигиенические прокладки, крем и так далее. Без всего этого никак нельзя было обойтись. Поэтому в магазине Катя, лелея мысль о скорой зарплате, спустила все оставшиеся деньги. «Компенсация за визит Олега», – решила она, расплачиваясь в кассе за «Импульс», «Эльсэв», две оранжевые упаковки «Либресс», рулон туалетной бумаги и крем «Нивеа». В продуктовом отделе Катя не удержалась и купила один лимон (с веточкой и зеленым листиком) и коробку шоколадных конфет.

Она пробиралась неосвещенной улицей от задней стены супермаркета к «своему» двору, стараясь не собирать полами шубы грязноватый снег с верхушек сугробов, и предвкушала: сейчас она сделает ароматизированную ванну, помоет голову «Эльсэвом», намажет лицо и шею толстым слоем крема и будет пятнадцать минут плескаться в теплой воде. Потом – пить чай с лимоном и конфетами. Съест сразу половину коробки – теперь она может не опасаться за свою фигуру.

На фоне этих приятных мыслей образ Олега Кирилловича бледнел, растворялся и уже не причинял былых страданий. Даже воспоминание о том, что он почти оскорбил ее сегодня, не вызывало негодования. «Ну и пусть, – думала Катерина, – пусть он считает меня кем угодно. Сейчас искупаюсь, возьму книгу и буду есть шоколад. Сколько захочу – столько и съем. Вот так вот! Какой же бессовестный! Как он смеет думать про меня всякие гадости? Нет, моя любовь уже кончилась. Теперь он меня раздражает. Действительно, время лечит. Но что-то слишком оперативно. И месяца не прошло! Но если он еще пару раз появится в нашей фирме и заподозрит меня в чем-нибудь мерзком, мое раздражение сменится ненавистью. Как быстро, однако, кончилась моя любовь. А была ли она?..» Катя собиралась страдать по крайней мере год.

Сзади послышалось дыхание, и кто-то схватил Катю за локоть. Катя вскрикнула и резко обернулась.

«Маньяк! Убийца! – пронеслось в голове. – Он меня задушит!»

Высокий парень, лица которого она не увидела в темноте, отпрянул назад, за Катину спину, схватил ее сзади за воротник шубы, а другой рукой попытался вырвать сумку. Когда Катерина осознала, что покушаются не на ее жизнь, а на ее магазинные трофеи, силы вернулись к ней, и она гневно закричала:

– Сумку мою захотел?! Не отдам! Ты, кретин! Урод!

Мысль о том, что у нее сейчас отберут ее маленькое вечернее счастье, купленное на последние деньги, и дезодорант, и шампунь – о нет, только не это! – и коробку шоколадных конфет, привела Катерину в ярость.

– Сволочь! – вопила она, вырываясь из рук бандита. – Ничего не получишь, ничего!

Никогда еще в жизни Катя не испытывала столь яркого чувства гнева и освобождения. Законы поведения, страх, благовоспитанность – все осталось где-то позади. Только лютый собственнический инстинкт управлял сейчас ею. Она была готова драться насмерть, кусаться и царапаться, как первобытная женщина, отстаивающая добытую ногу мамонта.

Внезапно совсем рядом на дорожке показалась небольшая компания. Парень бросил Катю и оживленным галопом умчался прочь по сугробам.

– Девушка, что с вами? – спросил кто-то.

Катя сидела на снегу.

– Все нормально, – ответила Катя срывающимся голосом, – у меня пытались сумку отобрать..

– Да у тебя кровь, – сказала одна из женщин, приглядываясь. Катерину извлекли из сугроба.

– Хорошо, что ножом не пырнули, – сказал мужчина. – Шуба-то дорогая.

– Нет, он только сумку хотел.

– Дойдешь сама до дому? Тебе далеко?

– Нет, недалеко.

Катя махнула рукой за деревья, откуда выглядывал ее дом, и побежала.

Всю ночь она носилась по саванне, преследуя антилопу. Она была сильной, быстрой львицей, и ей хотелось вонзить острые когти в теплую глупую добычу, рвать зубами ее кожу, орошать сухую землю ручьями вскипающей крови. Катя проснулась среди ночи. Лоб покрылся испариной, в груди тяжело билось сердце. «Что со мной? – лихорадочно думала она. – Я готова была убить его. За гигиенические прокладки и коробку конфет! Я готова была зубами вцепиться в его горло! Неужели это я? Почему я такая агрессивная, злая?! Костюм испорчен, Виктор Сергеевич пристает, Олег терроризирует своей любовью, бандит покушается на мои драгоценные вещички! Почему все так враждебно?! Почему я все время должна сражаться? – Катя уткнулась головой в подушку и попыталась зареветь. – Я хочу домой, к маме!».

Попытка всласть поплакать с треском провалилась. Вместо этого Катерина перевернулась на спину и гордо улыбнулась в темноте. По крайней мере, в битве с грабителем она вышла победительницей.

– Наша задача: за один час задушить как можно большее количество девочек, – объяснял Андрей Максиму.

Они сидели в автомобиле и смотрели сквозь стекла на плотный поток людей, идущих мимо них по зимней улице. Максим то и дело взглядом выхватывал из толпы привлекательное женское лицо.

– Для этого ты прикупил такой заманчивый шарфик? – скептическим тоном осведомился Макс. – Будешь завлекать жертву?

Андрей сегодня действительно надел яркий шарф, который, по его мнению, мило сочетался с дорогим черным пальто.

– А что? Плохо? – с подозрением спросил он.

– Да нет. Просто сейчас у тебя вид опытного жиголо. А это не твоя стезя.

– Шарф мне подарила Софья Викентьевна. Я полагал, что выгляжу в нем неплохо.

– Так оно и есть, – кротко согласился Макс. – Ты выглядел бы неплохо даже в лаптях и со страусиным пером на голове.

– Но ты меня отвлек! – возмутился Андрей. – У меня мало времени. Давай, двигаемся. Знакомься с девушкой и по возможности пытайся ее задушить.

– Но чтобы потом ни одна душа не смогла тебя опознать, чтобы на девице не было синяков, ссадин и ее взгляд, желательно, оставался умиротворенным.

– На что ты меня толкаешь?

– Это следственный эксперимент. Я пытаюсь понять, почему жертвы не сопротивляются.

– А если я снова напорюсь на садистку? Типа воронежской Алисы? Мне страшно, Эндрю!

– Давай-давай, выходи, нечего дрожать. Встречаемся здесь через час.

Андрей пробирался сквозь толпу, высматривая симпатичных девочек. «Я жиголо, – убеждал он себя. – Как принято знакомиться с женщинами? Вот эта, в синей шапочке? Нет, слишком деловая, не остановится. Вот хорошенькая, в зеленом пуховике...»

– Девушка! – окликнул Андрей, поражаясь, как нерешительно и робко звучит его голос.

Девушка с готовностью притормозила.

– Э... Который час?

Девушка выдернула из толстого рукава белое запястье и четко сообщила:

– Четырнадцать восемнадцать. Пожалуйста.

В следующее мгновение зеленый пуховик уже растворился в толпе.

«Черт!»

– Девушка!

Красотка в песцовом полушубке и норковом берете настороженно окинула взглядом неудачливого альфонса.

– Я вас слушаю.

– Не подскажете, который час?

Девушка смерила Андрея с ног до головы оценивающим взглядом и, видимо, осталась довольна.