Наконец ее осенило: леди Ярдли доводится теткой Форту. А значит, граф наверняка там будет. Более того, на маскараде Эльф снова может стать Лизетт. Если он появится, то, несомненно, узнает алый с золотом наряд и последует за ней. Возможно, ей удастся еще раз увидеть великодушного и веселого Форта.
Разумеется, ей грозит риск разоблачения, и тогда она окажется не только в неловкой ситуации, но даже опасности.
Испытывая одновременно и приятное волнение, и тревогу, девушка сидела, уставившись на карточку с приглашением, пока стук в дверь не вывел ее из задумчивости.
Вошел лакей Аманды:
— Человек по имени Робертс спрашивает, не соизволите ли принять его, миледи.
Робертс? Кто это?
Эльф не сразу вспомнила, что так зовут одного из слуг Маллоранов, приставленных следить за Фортом. Девушка удовлетворенно вздохнула: наконец-то она может заняться чем-то конкретным и забыть на время о своих безумных фантазиях.
«В твоих руках, возможно, судьба государства и жизнь короля, — мысленно ругала она себя, следуя за лакеем. — А ты думаешь о том, как разодеться в красное и провести ночь греха с Фортом Уором!»
Если повезло, Робертс узнал, где живут шотландцы. Тогда она в какой-то степени сможет контролировать ситуацию.
Лакей проводил ее в гостиную экономки, где ждал Робертс, одетый, как почтенный торговец, в бриджи и куртку из шерстяной ворсистой ткани. В таком виде, смешавшись с уличной толпой, он едва ли мог привлечь внимание. Эльф с удовлетворением отметила, что он явно знает свое дело.
Но первые же его слова разочаровали ее.
— Боюсь, мне практически нечего сообщить, миледи.
— Нечего? — огорченно повторила Эльф, опустившись в кресло.
Робертс пожал плечами:
— Граф делает то, что положено делать графу, миледи. И слуги в его доме того же мнения. Ничего сомнительного, разве что несколько дней назад он привел ночью потаскушку, которая вроде сбежала от него. По крайней мере, — добавил он, почесывая свой нос, — утром ее там не Оказалось, и, похоже, это его задело.
Эльф искренне надеялась, что ее щеки не покраснели.
— Не думаю, что это важно Он воспринял это как упрек.
— Сожалею, миледи.
— И никто не наблюдает за домом?
— Никто, миледи, хотя улица довольно оживленная и полностью этого исключить нельзя, если они действуют умело. Они могут даже снять комнату в доме напротив. Наши девушки что-то такое учуяли. Но вы же знаете женщин. — Он дипломатично умолк, с преувеличенным вниманием рассматривая стену.
— Отлично знаю, — уронила Эльф. — Итак, они полагают, что наблюдатели есть, но никто из вас ничего особенного не заметил. А ночью за домом нет слежки? Думаю, это несложно проверить.
— Покорнейше прошу прощения, миледи, но с какой стати наблюдать за его домом, когда он спит? Если граф кого-то интересует, то за ним будут следить днем, а в такой толчее не много увидишь.
— Значит, ничего. — Эльф даже стало дурно от тревоги и разочарования. Видимо, пришло время довести до властей сведения о заговоре.
А что, собственно, она знает? Что человек по имени Мюррей говорил о делах, смахивающих на заговор якобитов с целью убийства короля, и граф Уолгрейв в этом участвует? А она об этом услышала, прогуливаясь по аллее друидов в Воксхолле, прикинувшись — по совершенно немыслимой причине! — француженкой Лизетт Белхарди?
Да ее просто упекут в сумасшедший дом!
— Кроме комнаты в подвале, которую граф велел охранять.
Эльф, глубоко задумавшись, вздрогнула:
— Что?
— Сдается, граф что-то спрятал недавно в подвале, миледи, и приставил сторожить двух парней. Они не знают, что там, да и никто не знает.
— Это не человек?
Робертс отрицательно покачал головой:
— Ни еды, ни воды. И размером никак не больше ребенка, завернутого в плотную ткань. Хотите, чтобы мы попробовали выяснить, в чем дело?
Эльф попыталась угадать, что бы это могло быть, но ничего не придумала.
— А вы сможете все проделать незаметно?
Он опять потер нос.
— Не так-то это просто, миледи. Ключ, понимаете, только один, и граф держит его при себе. Да и парни, что сторожат, — честные. Но я попрошу одного из тамошних наших людей попытаться.
— Тогда сделайте это, но пусть излишне не рискует. Я не хочу, чтобы граф заподозрил слежку за собой. Что насчет шотландцев? Вы навели справки во всех гостиницах?
— Да, миледи. Кругом полно шотландцев — можно только пожалеть, что теперь от них нет проходу, — но никто не подходит под ваше описание Мюррея.
Эльф с досадой вздохнула. Если заговор действительно существует, то он наверняка набирает темп, тогда как она не продвинулась ни на шаг. И уже готова была подумать, что все это плод ее разыгравшегося воображения, если бы таинственный сверток в доме Уолгрейва не возродил ее опасения. Что же могущественный граф держит в запертой и охраняемой комнате, ключ от которой только у него? Должно быть, это очень важно и, наверное, представляет собой опасность.
И какой таинственностью Форт окружил все это! Подобное поведение можно объяснить только причастностью к исключительно секретному делу.
Скажем, измене.
Она должна узнать, что Форт хранит в запертой комнате. Эльф вдруг осознала, что встала и расхаживает взад и вперед по тесной комнатушке, а Робертс с любопытством наблюдает за ней.
Проклятие! Ее мысли приняли опасный и соблазнительный оборот. Определенно, есть один человек, способный выяснить, что же находится в той комнате, — некая дама в алом по имени Лизетт. Если, конечно, Лизетт станет любовницей Форта.
Она остановилась, уставившись невидящим взором на пустой камин. Во рту у нее пересохло, сердце пустилось вскачь, но озноб восторга пробежал по коже. В голове у нее созрел план, в котором идеально сочетались ее собственные желания и долг перед короной.
Так можно разрешить все проблемы.
Если, конечно, забыть об опасности.
Ей придется совершить нечто действительно порочное, то, чего ей хотелось больше всего…
— Думаю, нам следует выманить их наружу, — заявила она, поражаясь самой себе.
— Простите, миледи, что вы сказали?
Поразмыслив еще немного над своим планом, она поглубже втянула воздух.
— Завтра леди Ярдли дает бал-маскарад в своем доме на Кларион-стрит. Граф, по всей вероятности, будет там, ведь леди Ярдли — его тетка. — Она говорила на удивление спокойно, тогда как ее сердце бешено колотилось. — Бал посетит женщина, одетая в полосатое красное платье поверх алой нижней юбки и красный с черным корсаж, обшитый золотой тесьмой. Незадолго до того, как все снимут маски, она уйдет в сопровождении графа. Если кто-нибудь из интересующих нас шотландских джентльменов все-таки окажется там, они определенно попытаются что-нибудь предпринять или хотя бы последуют за упомянутой парой. Таким образом, у вас будет возможность их обнаружить.
