ней с самого первого дня Академии, после гибели отца она стала для него родной, как никто другой, практически единственным, кого он слушался.
И хоть Наруто и рассказали, что казнили именно клона, это не сильно помогло — он замкнулся, постоянно молчал и лишь изредка проговаривал: «Если бы я был сильней и умней — этого бы не случилось», будто бы не веря в то, что это клон. Узумаки вышел из дома лишь на третий день, и то, на тренировку. Какаши первый раз в жизни видел Наруто в таком состоянии и даже не думал, что такой весёлый парень может быть настолько поникшим.
Саске же не хотел никого видеть. Дни напролёт он проводил на полигоне, и при любом упоминании Аризы чуть ли не взрывался от гнева. Он взбешённо требовал больше никогда не произносить это имя рядом с ним, что даже слышать о ней не желает. Но в глубине его души Хатаке видел невыносимое горе и одиночество, с которыми парень не мог справиться. Какаши потерял любимую ученицу, Наруто лучшего друга детства, а Саске лишился всего, на чём держался его мир. Его метания в отчаянии и вспышки ярости можно было понять.
Проходили дни, а ситуация к лучшему не изменялась. К ним в команду добавили Сакуру, парни были недовольны, увидев колоссальную разницу по силе между девочками, к ней они относились спокойно, но ни во что не ставили новую участницу. Они выполняли миссии, но их командная работа сошла на нет. Саске и Наруто нуждались в друг друге, но наотрез отказывались общаться, между ними вспыхивали регулярные конфликты на почве Аризы. Как только Какаши и Наруто начинали разговор про Саито, Саске тут же требовал их заткнуться, и этот приказ для Узумаки был равносилен объявлению войны. Пропасть между ними лишь увеличивалась, и нужно было что-то предпринять.
Давление со стороны жителей деревни всё также не утихало, и команду это лишь отягощало. Все СМИ ещё несколько недель не могли успокоиться, каждый житель страны знал про произошедшее двадцать пятого февраля. Из-за этого частенько на них кидали презрительные взгляды и обвиняли в случившемся.
Шиноби также стали недолюбливать эту команду. Действия Итачи и Аризы повлекли за собой ухудшение репутации и спад экономики, меньше заказчиков хотело обращаться в деревню, где произошёл такой инцидент. Ведь внутренне все понимали, раз руководство допустило такое, то оно слабое. А никто не хотел доверять деньги и жизни слабым. Даже сам Даймё уменьшил бюджет и повысил налоги.
Шиноби оставались без миссий, негодовали, и все эмоции выплёскивали на самых близких друзей преступников при любом удобном случае.
Цунаде видела отношение жителей к команде №7 и осознавала, что для их и без того неустойчивой психики это чрезвычайно пагубно. Такой напор лишь осложнял процесс восстановления. Поэтому предпринимать что-то нужно было срочно.
— Вызывали, Цунаде-сама? — произнёс Какаши. После C-ранговой миссии всю их команду вызвали в кабинет Хокаге в резиденцию для важного разговора.
— Да, у меня для каждого из вас хорошая новость, — серьёзно заявила Сенджу рядом с которой стоял Жабий саннин. — Начну с Наруто.
— Ум? — удивился Узумаки, внимательно на него посмотрев.
— Мы с Джираей обо всём договорились, и скоро ты с ним отправляешься тренироваться на три года.
— А?! — удивился Саске, что стоял рядом. — Наруто на три года уходит тренироваться?
— Всё это время я собирал информацию. Недавно Акацуки потерпели сильный разгром в схватке с Безымянным и потеряли немало людей. Нам поступила информация, что на два-три года они затихнут, поэтому мы должны тебя натренировать, чтобы, когда они начнут активно действовать, мы были во всеоружии. Ты готов?
— Ещё как, — серьёзно заявил Наруто. — Уже устал ждать.
— Тогда отлично, выдвигаемся через два дня, — усмехнулся Джирайя.
— Теперь ты, Саске… — перевела Цунаде напряженный взгляд на Учиху. — Ты отправишься на трёхлетнюю миссию в организацию Безымянного. Под его же руководством будут проходить твои тренировки.
— Что? — поражённо переспросил Саске, хоть и прекрасно всё слышал. — Почему к нему?!
— Нам нужны свои уши и глаза в его организации. Тем более, он сможет научить тебя пользоваться шаринганом, так как сам им владеет. Это была совместная инициатива. Орден выбрал именно тебя, и совет деревни одобрил эту идею. Первые полгода ты будешь вместе с Какаши, потом он вернётся в деревню. Мы не имеем о них полного представления, хоть и уже много лет с ним взаимодействуем, так что это для безопасности и укрепления сотрудничества. Подготовьтесь как следует, завтра на рассвете выдвигаетесь.
— Есть!
— Тогда можете быть свободны, собирайте вещи, — протянула хокаге.
— Цунаде-сама, у меня к вам большая просьба, — высказалась Сакура и все удивлённо на неё посмотрели.
— Я слушаю, — кивнула Сенджу.
— Пожалуйста, возьмите меня к себе в ученицы, — твёрдо произнесла Сакура. — За этот месяц я увидела, насколько слаба по сравнению с остальными. Я больше не хочу быть обузой. Я знаю, что Ариза была не только гениальным ниндзя, но и первоклассным медиком. И раз ребята уходят тренироваться на три года, я не хочу отставать!
— Хм, — губы Цунаде растянулись в хитрой улыбке, так как она понимала, что наличие медика в команде джинчуурики и последнего Учихи это не прихоть, а необходимость. — Я вижу ты смелая. Что же, Сакура Харуно, я согласна. Но учти, я строгий учитель.
Утром к воротам Конохи провожать Саске пришло немало народа, Наруто, Джирайя, Цунаде, Сакура и ещё несколько ребят из потока. Все провожали Учиху в дальний путь. Сам же парень был уже чуть пободрее, его воодушевляло, что столь сильный шиноби выбрал именно его. За последние недели именно сила и месть стала для него главной целью и обучение под присмотром Безымянного его вполне устраивало, несмотря на прошлые обиды.
Рядом с Саске стояло три члена ордена Безымянного, готовые выдвигаться в любой момент.
— Саске, слушай, — подошёл к другу Наруто.
— Чего тебе?
— Я хотел рассказать кое-что, — удручённо посмотрел на него Узумаки.
Саске увидел непередаваемую грусть в глазах товарища по команде и сразу понял, о чём будет речь.
— Если ты о ней, то не надо.
— Но ты должен это узнать, — нахмурился Наруто, говоря исключительно серьёзно. — Рано или поздно ты всё равно узнаешь, и лучше раньше, чем позже, даттебайо.
— Не утруждай себя, Наруто, она этого не
